Это снова охота, и вновь на меня (2/2)
Папа очень правильно всё решил, и главное — вовремя. Единственный выход в такой ситуации — бежать, бросив и потомство, и сокровища. Только вот куда…
Мир не слишком гостеприимен к драконам. Особенно к истинным, императорским. И ещё более — к молодым императорским, уже успевшим создать собственное ядро, но ещё не набравшим ни должного уровня, ни магической силы. Друг для друга они — еда, способ быстро увеличить магическую силу, поэтому стая императорских драконов равной силы — это гадюшник, где все постоянно предают всех, ища способ незаметно подобраться и перегрызть глотку. Либо, если кто-то один сильнее остальных — курятник, где старший дракон не позволяет младшим есть друг друга, зато сам их ест когда и как захочет. Именно поэтому папа Гаэлион свалил из своей стаи и завёл отдельное гнездо при первой возможности.
Но и одиночное проживание — далеко не гарантия безопасности. Необитаемые земли почти целиком принадлежат филориалам, которые драконов ненавидят. В Фобрее и Силтвельте при обнаружении диких драконов на них сразу бросают армию. В Зелтобле решением драконьего вопроса занимаются наёмники и авантюристы, но такие, что шансов против них нет — с высочайшей подготовкой и лучшей экипировкой, не говоря уж об уровне. Кое-как устроиться можно только в Мелромарке и Шилдфридене — но почти все безопасные места в этих странах давно уже разобраны.
Гаэлион с таким трудом нашёл себе хорошее место, кое-как устроился, собрал сокровищницу, создал своё ядро, заплодил местность своими потомками-полукровками… все условия, казалось, чтобы тихо набрать хотя бы сотый уровень. После сотого уровня убитый дракон может воскреснуть в виде драколича — это уже даёт хоть какую-то гарантию от искателей приключений, которые обычно в таких нюансах не разбираются. Гаэлион смог тихой сапой набрать семидесятый. Это очень много — ведь каждый бой с равным по уровню мог стать для него смертельным. А с более слабых противников экспы не наберёшь. Тем не менее, он бы дожал до сотого, Виндия верила в папу… но тут эти Волны всё испортили!
Нет, сами по себе толпы монстров проблемой для дракона не были. Наоборот, это прекрасная возможность дополнительно перекусить и набрать экспы. Но при Волнах появляются Герои — Легендарные Оружия призывают себе носителей, а Звёздные — избирают. И всем Героям срочно нужна экспа, деньги и уникальные материалы для прокачки. И в гнезде дракона можно найти всё это сразу. Порой бывает, что им даже никто не платит — они сами приходят, услышав, что в такой-то местности появился одинокий молодой дракон.
Перебрав возможные варианты, Виндия пришла к выводу, что папа летит в Шилдфриден. Направление вроде бы совпадало, или по крайней мере, было достаточно близко. Конечно, на постоянное жительство там обосноваться невозможно — там охотится Такт с его гаремом. Но переждать неделю-другую — пока Герой Посоха не плюнет и не уйдёт — вполне реально.
Дракон летел быстро, и будь он один — вероятно, смог бы достичь места назначения за один перелёт. Но его маленькая всадница не имела такой выносливости, чтобы просидеть на нём почти сутки. Виндии надо было есть, пить, ходить в туалет, наконец. Поэтому, удалившись от гнезда километров на четыреста, Гаэлион пошёл на посадку.
— Папа, но мы же ничего с собой не взяли, — выдохнула девочка, как только слезла с шеи приёмного отца. — Ни золота, ни драгоценностей, ни припасов… Если я попытаюсь попрошайничать в деревне, меня в лучшем случае прогонят, а то и возьмут в рабство… мы же всё ещё в Мелромарке…
Нет, папа всё правильно сделал. У них не было времени собираться, от сторожевого барьера всего пять или десять минут ходьбы до точки, откуда Герой Посоха смог бы увидеть летящего дракона. А если бы он увидел, как Гаэлион смывается, то скорее всего, уже не отпустил бы их — способов остановить в воздухе или сесть на хвост у него много. Но теперь они полностью разорены…
— Может, ты загрызёшь или убьёшь дыханием парочку диких монстров, а я попробую их приготовить?
В целом поваром Виндия была неплохим, так как с детства вынуждена была готовить сама себе. Правда, все специи, приправы, даже банальная соль остались там же — в пещере. Вкусноту не приготовить, но что-то съедобное, чтобы не умереть с голоду, она, пожалуй, смогла бы соорудить на драконьем огне, особенно если монстры знакомые.
Гаэлион недовольно зарычал, а потом отрыгнул… три золотых монеты и меч?!
— Большинство крестьян — нубы. У тебя двенадцатый уровень, если ты будешь вооружена, они на тебя не полезут. Избегай только рыцарей, авантюристов и прочих лиц со значимым уровнем.
— Папа, но как ты…
— Как всё остальное, малышка. Драконья магия.
***</p>
Виндия сама была одета как авантюристка (это была её повседневная одежда), поэтому её появление с желанием закупить припасов и с оружием в руках не вызвало у крестьян никаких подозрений. То, что она ещё маленькая, выглядело с точки зрения традиций Мелромарка редким, но вполне возможным случаем — SMS плевать на твой физический возраст, а талант махать мечом, читать заклинания или пролезать в узкие проходы (особенно последнее) может открыться и в ранней юности. Пойти в авантюристы может кто угодно, от принца до нищего, эта карьера открыта любому… вот выжить после этого — совсем другое дело, смертность на низких уровнях в этом деле колоссальная — не меньше, чем у драконов, если, конечно, измерять в процентах, а не в абсолютных числах.
Возник, правда, вопрос с разменом золотых. Ювелирной лавки в деревне не было, своего менялы — тоже. А столько продуктов, чтобы заплатить за них золотой монетой, Виндия бы на себе просто не унесла. И папа бы не поднял, со всей драконьей магией. Но столько и не требовалось. А вот дорогих соли и специй — не хватало. Главное, чтобы они в деревне тоже нашлись!
В конце концов она закупилась не только приправами на пару месяцев вперёд, но и несколькими ценными лечебными зельями — травник в деревне нашёлся. Примерно 75 серебряных монет стоило всё, что Виндия купила, и 25 пришлось отдать за будущие хлопоты по размену монеты на серебро, с последующим разделом между всеми участниками сделки. Обе стороны остались в высшей степени довольны — и даже уверены, что немного надурили партнёра. Но в рамках приличий.
А когда Виндия вернулась, то обомлела — с папой беседовал среброволосый юноша в очках, который уже навещал его примерно месяц назад! Как его там звали… Рванина, кажется? Или Конина? Тот разговор прошёл на повышенных тонах и едва не закончился дракой. После него дракон ещё долго плевался огнём и твердил, что он никогда, ни за что…
Сейчас Гаэлиону пришлось гонор поумерить. Каким бы наглым ни был этот самозваный Герой из другого мира, он был единственным, кто сможет (и главное, захочет) предоставить им защиту. На своих условиях, разумеется, и условия эти не будут лёгкими.
Когда Виндия тихонько подкралась к поляне, где они с папой приземлились, их гость как раз достал из кармана осколок кристалла, от которого исходило какое-то нехорошее, ядовито-радужное свечение. Едва ощутив его ауру, Гаэлион зарычал и немного попятился.
— Ты вообще знаешь, что это такое, пришелец?!
— Отлично знаю, а то зачем бы я к тебе обратился? Это осколок ядра Магического Дракона моего мира, сокращённо — Мадракона.
— Небольшой осколок, — чуть успокоившись, отметил Гаэлион.
— Крошечный даже. В нём меньше одной десятой его полной силы. Основную часть забрали себе Герой Охоты и его спутники, убившие Мадракона. Из того, что удалось добыть мне, две трети я потратил на развитие Книги… а оставшееся хочу, чтобы сожрал ты. С полным ядром Мадракона ты бы не справился, он бы стёр тебя и не заметил. С этим же… есть шанс.
— Есть, — согласился Гаэлион, принюхиваясь. — Рискованная сделка, но так я могу стать сильнее, а мне это сейчас позарез необходимо. Одно не понимаю. Тебе-то какая в этом выгода?
— Не понимаешь? Силу Мадракона я уже забрал, насколько позволяли возможности… но его сила ничто, таких среди вашей породы двенадцать на дюжину. Его настоящее могущество — это ЗНАНИЯ. Мадракон сконцентрировал в себе всю магию моего мира! Он знал и мог использовать вообще все заклинания, какие были придуманы в нём за множество веков! И даже мельчайший осколок его ядра содержит всю память, все его знания — ваши ядра работают по голографическому принципу. Книга Магического Дракона дала мне доступ лишь к малой части этого могущества. А мне нужно всё, целиком. Если ты сможешь победить его в единоборстве душ — ты откроешь мне всё, что он знал. Если же проиграешь — я убью возрождённого Мадракона сам и получу как экспу с материалами, так и целое ядро, с которым можно будет провести множество новых интересных экспериментов.
— Нет! — Виндия не выдержала и метнулась на поляну. — Папа, не надо! Это слишком опасно! Мы найдём другой способ!
Перед глазами внезапно потемнело и она даже не поняла, как случилось, что она лежит на земле, не в силах пошевелиться.
— Не вмешивайся, когда старшие говорят, — сказал незнакомый женский голос откуда-то сверху. Вернее даже не женский, а девичий — судя по всему он принадлежал девочке-подростку примерно одного возраста с ней самой. Но если это ровесница, как она смогла подобраться так незаметно?! У Виндии очень хорошо развиты чувства!
— Отпусти её. Немедленно, — прорычал Гаэлион, и Виндия буквально почувствовала, хотя не могла увидеть, как тот припадает к земле и разжигает внутреннее пламя, готовясь к атаке.
— Успокойся, ящерица. Ничего твоей подружке не будет, её просто придержали, чтобы она не болтала слишком много. Я жду твоего ответа. Да, или нет? Если нет — я ухожу, и выбирайся сам, как знаешь.