День 2 (2/2)
— О-ого…
Тут прабабушка Дакуман пропала. Дайто резко повернул голову к попутчице и сказал:
— Сейчас появятся демоны, что живут во тьме. Постарайся не терять спокойствие. Они слепы, но чувствуют страх.
Румико кивнула и сжала руку Дайто крепче. И тут она услышала какое-то урчание, отчего школьница просто вцепилась в руку Дакумана и прижала к его плечу свою головушку. Она крепко зажмурила глаза и поджала ноги. Ей было…страшно. И это не просто страх, это был прям хтонический ужас. Бедняжку бросило в холодный пот, по коже стали бегать мурашки, она вся задрожала. Но тут все мигом было снято. И настало спокойствие, какое-то умиротворение. А все лишь от того, что Дайто положил ей на голову руку и стал гладить. Казалось бы, Румико надо удивляться, но ей не хотелось. Она все таяла и таяла, погружаясь в царство Морфея. Всё произошло так быстро, что ни она, ни, скорее всего, вы, читатели, ничего не поняли. И я тоже ничего не понял. Единственный, кто хоть что-то осознавал, это Дайто, так что все вопросы к нему.
— Эй, просыпайся. Мы приехали.
Румико открыла глаза. Она посмотрела вверх и увидела хмурое лицо Дайто. И тут девушка осознала, что она лежит, а её голова находится на коленях у Дакумана. Тут же Румико вся раскраснелась, а Дайто аккуратно приподнял её за плечи, вернул девушку в сидячее положение, после чего взял свой портфель и вышел из вагона электрички. Румико, схватив свой портфельчик, понеслась за Дакуманом.
Сравнявшись с одноклассником, девушка стала осматриваться. Сначала виднелись отдельно стоящие традиционные японские дома — минки, а после стали появляться и современные. То был город Мезуши, самый обычный городишко в регионе Кинки префектуры Вакаяма. Население — пару десятков тысяч человек с лишним. Основной доход города — маленькие магазинчики, сельское хозяйство и морской промысел — рыболовство и судоходство, хоть в Мезуши был всего один порт, не самый большой, но и не гавань для одной жалкой шхуны.
Если бы заместо Дайто Дакумана был бы другой житель этого городка, то все вышесказанное он бы рассказал, может, даже больше. Но с Румико был лысый молчаливый истукан, от которого охерительную историю вовек не услышишь.
— А ты где живёшь? — спросила Румико. Но сразу же шлепнула себя по лбу — ей самой вопрос показался глупым, ведь она ж и так в родном городе Дайто.
— Здесь, — Дакуман указал на дом современного типа.
— Ого, какой домик…
— Обычный самый.
— Ну, для меня он довольно милый!
Дайто не ответил. Но Румико почувствовала, что Дайто коснулся её руки. Видимо, это был какой-то знак…
Дайто отворил дверь и, обернувшись, спросил:
— Ты…погостишь?
— …по-моему, это очень быстро! Я с тобой даже толком не общалась, даже…
— Хм. Не хочешь?
— Не то, чтобы не хочу…
А Дакуман продолжал смотреть. Вроде он смотрел пристально, но взгляд его не угнетал девушку. Румико, поправив пару прядей, смущённо отвела взгляд. И тут Дайто протянул ей деньги.
— Это на проезд. Обычно перед прощанием дают телефон, но у меня мобильника нет.
— А? — удивилась Румико, а сама подумала: «Бедный Дайто…»
— Не удивляйся. Телефоны нужны, чтобы звонить или переписываться с друзьями, — сказал Дайто. Он постоял ещё какое-то время, видимо, что-то хотел сказать, но так и не подобрал слова. — Хорошего тебе вечера. До завтра, — Дакуман закрыл дверь. Румико, постояв немного у двери, вздохнула и направилась к станции. Тут к ней пристал какой-то странный человек в маске, от которого несло перегаром.
— А ты кто? Я что-то тебя здесь не видел.
— Ой, я, эм…не местная.
— Угадал, значит, — сказал алкаш. Он осмотрел дом Дакумана, после повернулся к Румико и спросил:
— Ты его подруга?
— Эм, я…я даже не знаю…м-можно и так сказать.
— О как, — алкаш почесал подбородок. — Слушай. Этот человек хоть и холодный, но вроде как нормальный. Это как скала холодная, которую если немного поковыряешь, найдёшь алмазы.
— Это вы к чему? Вы пьяный?
— Девочка, я после рождения сына пью только безалкогольное. И нет, я не пьяный…просто я люблю немного поболтать, — ответил алкаш. — А ты ничего такая…ну, всех благ тебе, — алкаш уже было ушел, оставив Румико стоять на улице. Но тут он развернулся, подошёл и спросил:
— Тебя надо провести до станции?
— Н-нет, я помню дорогу, спасибо большое! — Румико поклонилась.
Алкаш, шмыгнув носом, тоже поклонился и отправился домой, пробурчав под нос: «А она вежливая…» А Румико отправилась к станции.
Школьница, уже будучи дома, лежала на своей кровати и думала о высоком однокласснике, доме, который навсегда ей запомнился. События вроде быстро несутся, а вроде и нет. Я бы описал мысли Румико, но они так быстро крутились в её голове, что я не успел бы уследить их ход. Но было ясно одно — она заинтересовалась Дакуманом. Она хотела найти бриллианты в этой тёмной горе, очень хотела. Но все же она уснула. А такой сладкой — буквально, если подумать — могут сниться только сладкие сны про животных, сладости и прочее. Жаль, что Дайто ничего не снилось. А алкашу снилось пиво, причём алкогольное, а не та моча, что он пил.