Глава 9. Сомнения (1/2)
Выходные после праздника прошли без происшествий. Гарри и Гил сидели у Умы, собирали с ней ее новый пазл. Крюк ругался, что покупать головоломку с мелкими деталями и кораблем — плохая идея. Вечер воскресенья проходил спокойно. Гил пытался найди детальки для рамки, Гарри собирал палубу корабля, а Ума искала море. Они включили тихую музыку на фон. Гарри, поставив последнюю деталь, встал и в честь своей победы раздал все газировку.
— Кстати, жаль, ты не выиграла. Костюм был шикарным, — Крюк улыбнулся и подмигнул девушке. — У Гила, правда, лучше, ведь его шил я.
Гарри посмотрел на Уму. Она закатила глаза и продолжила молча собирать пазл. Крюк лег на головоломку, загораживая детальки.
— Ну давайте разговаривать. Мы же не в гробу, — парень подпер лицо рукой. — Давайте я начну тогда, — он растянулся на пазле и довольно улыбнулся. — Пэнни больше не будет приставать ко мне с разговорами. Она дала мне шляпу и белый флаг на вечеринке.
Гил недовольно потрепал друга по волосам, пытаясь поднять его голову со своей лодыжки.
— О, она все-таки сдалась? — парень поднял брови. — Я думал, мои советы никому не нужны. Подошел к ней, поговорил, привел в пример ситуацию вашу с Умой, ну, когда еще Ума на тебе сидела, — Гил посмотрел на Гарри, словив его недовольный взгляд.
Парень принял сидячее положение и дал другу подзатыльник.
— Ты опять язык за зубами не держишь? — нахмурился Гарри. — Нет, ну тебе того раза не хватило? Только на этот раз вместо кулака может быть крюк, — он смотрел на Гила, который опустил взгляд в пол. — Только не строй обиженного. Ну сказал ты Пэнни, дал совет, но зачем было говорить про нас с Умой и потом мне, что ты ей насоветовал?
— Гарри, — Ума ударила парня в плечо. — Расслабься. Это же Гил.
Гарри закатил глаза и встал, поправляя штаны. Он аккуратно обошел пазл и посмотрел на друзей.
— Ты куда? — сын Гастона наконец поднял голову и невинно взглянул на Крюка.
— Прогуляться, — ответил парень, выходя.
Ума, когда Гарри вышел, тоже дала Гилу слабый подзатыльник.
— Ну эй! — парень продолжил собирать рамку пазла.
Крюк убрал руки в карманы и прошел за угол, останавливаясь возле двери Пэнни. Он оперся на противоположную стену и смотрел на дверную ручку. Гарри выдохнул, подойдя. Парень хотел постучать, но остановился: нет, он все еще обижен, хотя это чувство медленно остывало в груди. Крюк поправил волосы, кусая щеку. Он медленно стал ходить взад-вперед по коридору, задумавшись. Ручка двери Пэнни дернулась. Из комнаты вышел Джей. Он улыбался до тех пор, пока не заметил Гарри.
— Что ты тут делаешь, придурок? — парень нахмурился. — Если ты пошел к Пэнни, то дуй назад. Она не хочет тебя видеть, — прошипел Джей.
— И с каких пор она не хочет меня видеть? — Крюк усмехнулся.
— С этого момента. Если я в твоих глазах приставал к твоей сестре, то в моих глазах ты приставал к Пэнни. Я считаю ее своей сестрой, поэтому не смей к ней приближаться, — Джей наклонился к лицу Гарри.
— Охх, напугал, — парень схватился за сердце. — Сейчас умру, что ты наделал? Ты серьезно думаешь, что называя какую-то левую девушку своей сестрой, ты становишься ей родным? Ну, у тебя мозг не больше, чем у улитки.
— Если завтра я увижу тебя на стадионе рядом с ней, я не знаю, что сделаю.
— Узнаешь — скажи, — Гарри пожал плечами и наклонился к лицу Джею ближе. — Давай. Придумай прямо сейчас. Мне очень интересно.
— Встретишься со своим отцом, — шепотом сказал парень, сжав зубы; Крюк мигом изменился в лице.
— Что ты имеешь в виду? — Гарри слегка опешил.
— Крокодил не отказался бы от еще одного обеда Крюком.
Парень замер и посмотрел в глаза Джею. Он усмехнулся и, похлопав Гарри по груди, ушел. Крюк смотрел перед собой. В голове смешались разные мысли, и все они были негативного характера. Он так долго писал письма отцу, вкладывал в них частичку души, а оказалось, что он мертв. Гарри покрылся мурашками. Почему-то в груди неприятно защемило, в носу защипало. Он сжал зубы и быстро пошел обратно к Уме. Крюк закусил нижнюю губу.
Парень зашел в комнату и закрыл дверь. Он закрыл глаза, сдерживая ком слез в горле. Гарри на ватных ногах опустился рядом с Гилом и, слабо шатаясь, смотрел перед собой. Ума взглянула на друга.
— Эй, — она провела ладонью перед его глазами. — Ты в порядке?
— У меня отец умер, — парень посмотрел на Уму. — Почти не помню его, но как-то больно, что ли.
Ума подняла брови и посмотрела ему в глаза. Она сжала губы.
— Кто тебе такое сказал? — девушка удивилась. — Если бы он умер, мне бы мама сказала. Но она недавно письмо присылала. Твой отец часто спрашивает о тебе.
Гарри медленно улыбнулся и быстро протер глаза, убирая появившиеся слезы. Он наклонился к Уме и сжал ее плечи.
— Что он пишет?! У меня для него тоже есть письма, — Крюк подошел к кровати и залез под матрас, достав из-под него помятую тетрадь. — Писал, когда сидел один.
Гил взял у него тетрадь. Гарри бросил на парня хмурый взгляд.
— Вылетишь из окна, если откроешь, — он улыбнулся, не скрывая агрессии.
Ума сжала губы.
— Интересно, что ты писал, — она выдохнула. — Хочешь отправить их?
— Секунду, — Гарри зашел в ванную и, заперевшись, сел на корзину для белья.
Парень открыл первое письмо и стал читать его. Уж лучше сейчас освежить память, чем потом мучаться, что написал что-то не то.
«<s>Привет, папс</s> Здравствуй, отец,
Не думал, что докачусь до того, что начну писать письма. <s>Мне очень грустно, что ты меня бросил.</s> <s>Мне сейчас очень тяжело.</s> У меня все хорошо. Я очень скучаю по тебе, надеюсь, у тебя все нормально… <s>На самом деле мне очень плохо.</s> В школе презирают злодеев, кроме любимцев короля и королевы. Кстати, да, сняли барьер.
<s>Сейчас отбываю свое наказание.</s> Прохожу дополнительные курсы поведения в отдельной комнате, чтобы не отвлекаться на других учеников. <s>Мне тут чертовски плохо.</s> Тут хорошо. Приносят еду, учат.
Еще мне девушка понравилась. Вроде, я ей тоже. Надеюсь, у нас все получится. <s>На самом деле она предала меня, чтобы стать хорошей в лице других.</s> Она дочь Питера Пэна, но она очень хорошая. <s>Она доверяет мне и не считает злодеем.</s>
<s>Я сижу тут только пару часов, но уже очень хочу уйти. Хочу на Остров. Эта школа мне не дом. Я очень хочу к тебе. Я очень скучаю. Пожалуйста, просто обними меня и скажи, что все будет хорошо, как ты делал в гребаном детстве. Еще скажи, что мы справимся, что будем держаться вместе и вместе будем путешествовать</s>».
Крюк покивал и отрицательно покачал головой, листая дальше. Некоторые письма были зачеркнуты, некоторые страницы порваны ручкой, на некоторых — разводы от слез. Парень тяжело выдохнул и открыл последнее письмо, написанное на обложке. Не зачеркнутое. Но страница была волнистой. Писал на последних эмоциях. Гарри вздохнул.
«Пап, я знаю, что ты никогда не прочтешь это, никогда не вернешься ко мне и не скажешь, как любишь меня. Наверняка, у тебя новая жизнь, другие дети и другая жена. А может, жены. Кто тебя знает. Вдруг, ты занялся разгульной жизнью после того, как бросил меня умирать с температурой. Это была обычная простуда, ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ?! О, кстати, я даже узнал, что мы жили на чужом корабле. Очень умно. А еще было очень умно оставить меня с сестрами. Старшую я почти не вижу, а младшая часто мозги выносит. Скажи, может, я неродной сын? Поэтому ты так меня ненавидишь, я понял.
Я не хочу доверять никому. Даже тебе. И себе тоже. Я сижу и плачу, как мальчик пяти лет, у которого отобрали отца. А, ну так и есть. Только мне уже почти восемнадцать. Вот, исполнится в середине ноября, если ты не забыл, когда я родился. А ты вообще был рад, когда я на свет появился? Или так, гулял с кем-то?
Кстати, неужели тебе так сложно было рассказать про маму? Почему Гарриет делает вид, что ничего не знает, но она знает. Я вижу это. Так почему ты не наделил меня этой информацией?! Чтобы я потом вырос и думал, что меня все бросили? Ох, отец, у тебя получилось. Даже очень. Я теперь сижу в этих четырех стенах, реву, как девчонка, и думаю, как же мне заслужить любовь и взаимность у Пэнни. Я не хочу видеть ни тебя, ни ее, ни себя в зеркале. Три человека, которых я терпеть не могу. Благодаря тебе.
Поклон до земли. Отец. Хотя нет, слишком громко для тебя».
Гарри стал рвать каждую страницу на мелкие кусочки, запихивая их во внутренние карманы кожаной майки. Крюк, закончив с последним, вышел из ванной. Он улыбнулся и развел руками, начиная слабо смеяться.
— Представляешь, она упала в воду, — парень посмотрел на Уму. — Я напишу новые, отправишь потом.
Девушка покивала, понимая, что Гарри врет. Она вздохнула и взглянула на Гила. Ума решила поменять тему разговора.
— Завтра турней, — проговорила девушка. — У Гила первая игра. Пойдем поддержать его?
— Конечно, — Гарри улыбнулся и помогал Уме дальше собирать пазл. — Посмотрим, как малышня играет.
Гил ушел на тренировку рано утром. Сегодня отменили уроки, потому что матч был с командой другой школы. Гарри, пока друг тратил время на тренировку, сладко спал и обнимал подушку. Ума зашла к нему в комнату и подула в дудку. Крюк подскочил, сонно посмотрев на подругу. Он кинул в нее подушкой, недовольно мыча обрывки фраз.
— Ты дьявол, — прохрипел парень, прокашливаясь. — Чего так рано?
— Рано? Уже одиннадцать. Через час у Гила матч, а ты дрыхнешь, как суслик, — Ума кинула ему трещетку. — Собирайся, буду ждать тебя у общаги.
Гарри сонно простонал и накрылся одеялом с головой. Девушка посмотрела на него и подошла, резко забирая одеяло. Крюк прохныкал. Поспать ему явно не дадут. Парень встал с кровати и лениво поплелся в сторону шкафа. Ума довольно улыбнулась, вышла и пошла вниз, прикупив для парня завтрак.
Крюк спустился и подошел к Уме. Он взял коробочку с завтраком и по пути к стадиону ел яичницу. Парень выкинул грязную коробку в ближайшую мусорку. Гарри забрался с Умой на второй ряд. Он помахал Гилу и стал дудеть. Все обернулись на него.
— Игра еще не началась, не позорь нас, — Ума пихнула друга в плечо и посмеялась. — Привет, Лонни, — она взглянула на подошедших Лонни и Пэнни.
Пэн опустила рядом с Гарри. Парень ухмыльнулся и посмотрел на нее.
— Сдалась, значит? — шепотом спросил он.
— Угу, — Пэнни даже не дернулась и помахала Джею, улыбнувшись. — А что?
— Да так, просто поинтересовался, — Гарри хмыкнул и прищурился. — Объясни правила, я вообще тут не шарю.
— Я тоже, если честно. Смотрю, потому что в той красной зоне всех бьют, — Пэн посмеялась.
— Злодейка, — Крюк позвал парня, разносящего такос, и купил один. — Садистка что ли? М?
Пэнни посмотрела на него и медленно закивала.
— Как ты узнал? — она изобразила шок.
— Да так, феечка Динь-Динь ночью нашептала, — Гарри посмотрел на нее. — Кстати, про тебя спрашивала. Сказал, что не знаю таких, и она адресом ошиблась.
Пэн подняла брови и удивленно заглянула Крюку в глаза. Парень непонимающе нахмурился, поедая такос.
— Что?
— Динь-Динь? Реально? — она забрала у него еду и откусила, возвращая. — Значит, отец искал меня?.. — девушка посмотрела вниз. — Ого…
Гарри опешил от двух вещей сразу: от того, что отобрали еду и от того, что Пэнни не понимала шуток.
— Это прикол был, — Крюк покашлял.
— А. Не смешно.