12. Рисовые колобки (2/2)

— Хорошо, ловлю на слове, — Дзихико вскочила с кровати и опять подошла к шкафу.

Ран, подперев стол, неотрывно следил, как девушка секунд двадцать высматривала что-то в шкафу, а затем достала чёрную толстовку и широкие джинсы. Она обернулась и посмотрела на него с явным намеком. Возникло чувство дежавю. Препираться парень не стал и молча вышел из комнаты.

Через некоторое время дверь отворилась, и оттуда показалась Дзихико. Ее волосы были собраны в низкий хвост, а кофта смешно висела.

Ран хмыкнул, повернулся спиной к Дзихико и немного присел.

— Запрыгивай.

Девушка пару секунд помялась, но всё же забралась. Когда Хайтани сдвинулся и пошёл по лестнице, девушка невольно посильнее вцепилась в него, боясь свалиться на землю.

Накинув куртки, зеленоглазая закрыла дверь, всё это время не отлипая от спины Хайтани.

Всю дорогу Накано не понимала, куда они направляются. Ран нёс девушку аккуратно, периодически спрашивая, удобно ли ей. Дзихико еле сдерживалась, чтобы не провалиться в сон, ведь столь размеренный шаг Хайтани невероятно убаюкивал. Но через пять минут девушка не выдержала и уже вовсю посапывала, положив на плечо парня свою голову. На это Хайтани усмехнулся и покрепче перехватил девушку.

Только выйдя на оживленную улицу, Дзихико соизволила открыть глаза.

— Мы пришли, — Ран повернул голову к Дзихико, которая не торопилась убирать подбородок с его плеча.

— Где мы? — сонно пролепетала зеленоглазая, потирая рукой глаза.

— Я оторвал тебя от перекуса, так что можешь выбрать, что захочешь.

Они подошли к туристическому Арбату <span class="footnote" id="fn_30984549_0"></span> в центре Акасаки, от начала до конца начинённому палатками и фургончиками с уличной едой. От разнообразных запахов, у зеленоглазой обильно потекли слюнки. Местные деликатесы Дзихико всегда наворачивала за милую душеньку.

Чуть пройдя вперед, пара остановилась у прилавка с онигири. Милая старушка лепила и продавала здесь рисовые колобки.

— Здравствуйте, нам пожалуйста две с тун… — Дзихико отдёрнула его за рукав, и Ран наклонился к ней поближе, — Что такое? Не любишь онигири?

— У меня непереносимость рыбы, — ей было немного неловко об этом говорить перед продавщицей, которая уже была готова завернуть две порции национальной закуски, но лучше уж заранее предупредить, что следует брать только на себя, и не попадать потом в неловкое положение.

— Понял, — Ран подвернулся обратно к старушке, — У вас есть что-нибудь без рыбы?

— Есть, с кимчи, — бабуля мило улыбнулась и показала пальцем на ряд рисовых шариков, судя по всему именно с капустой.

— Да, давайте, — буркнула Накано в плечо парню.

Рассчитавшись, женщина упаковала перекус в пакетик и с нежной улыбкой протянула его Хайтани:

— Эх, какая милая пара!

Дзихико аж воздухом подавилась. Ей не послышалось? «Пара»? С чего она вообще взяла, что они встречаются? Да, он нёс ее на спине, но это ведь не значит, что они пара. У неё просто повреждена нога, и всё. Ей очень хотелось возразить, но Ран, быстро схватив пакет, ехидно улыбнулся и произнёс:

— Спасибо, — и сразу же развернулся и направился от прилавка в противоположную сторону.

Чаша возмущения старшей Накано заполнилась до краев, выплёскивая недовольное фырканье. Теперь уже на Рана. Всю дорогу до лавочки, он слушал возмущённые возгласы о том, хули он не возразил, а лишь подтвердил догадки этой женщины. На это Хайтани лишь усмехался, не говоря ни слова.

Подойдя к лавочке, где-то с краю улицы, Ран осторожно опустил всё ещё недовольную девушку и сел рядом с ней. Прошуршав в пакете, Хайтани достал онигири с тунцом для себя и протянул онигири с кимчи для девушки. Та продолжала хмурить свои густые бровки, но всё же взяла перекус.

Накано считала, что в таких палатках, еда намного вкуснее, чем в мишленовском ресторане. Она хомячила шарик настолько быстро, что чуть не подавилась. С уст Хайтани слетел смешок:

— Ты с голодного края что ли?

— Я не завтракала, — Дзихико довольно улыбнулась, смахивая остатки пасты и риса с губ, и протянула с наслаждением: — Как же вкусно.

— Ты мне Риндо напоминаешь, — Ран откусил немного и тщательно переживал, прежде чем продолжить — Тот тоже ест так, будто у него отбирают.

Лицо Накано озарила открытая и тёплая улыбка. Ей всегда также говорили сестры и брат. Но если Дзихико ела что-нибудь аппетитное, так ещё и на халяву, остановиться она уже не могла.

— А ты на мою сестру похож, — Ран облокотился на спинку лавочки и заинтересовано выгнул бровь, — Она тоже вечно меня поучает, словно она старшая, а не я, — задумавшись, зеленоглазая что-то вспомнила и задорно добавила: — О, и ест она, прям как ты!

— Как я? — парень откусил ещё немного и подпер свободной рукой голову.

— Она тоже пережуёт всё до последней рисинки, — ответила Дзихико и, отправив последний кусочек в рот, отряхнула руки.

Они полчаса болтали о всякой ерунде. Ран рассказывал смешные истории о брате в детстве, а-ля, как малой в шесть лет расшиб свои коленки на какой-то заброшке, а Дзихико переодически посмеивалась, добавляя что-то про сестру.

— Пить хочешь? — поинтересовался Хайтани, видя, как Накано уже начала сужать голос от жажды.

— Да, — зеленоглазая чуть откашлялась, — Было бы неплохо.

Ран, попросив девушку немного его подождать, отошёл в маленький магазинчик за бутылкой воды. Все это время, Дзихико скучающе болтала ножками.

Ей было и вправду приятно находится в компании Хайтани старшего. Он был достаточно аккуратен в речи, стараясь лишний раз не материться. Его ювелирно заплетенные косы подчеркивали нотки педантичности, а фирменная ухмылка придавала ещё несколько баллов к природной харизме.

Заприметив на горизонте парня, с двумя бутылками воды, в животе зеленоглазой кто-то внезапно начал порхать. Но это чувство оборвала вибрация мобильного телефона в заднем кармане джинс. Девушку словно холодной водой обдали. Порхание прекратилось, а в голову одна за другой стали приходить мысли о том, что неправильно так воспринимать заботу, пусть даже от него.

Вытащив устройство из кармана, Дзихико разложила телефон-раскладушку. На экране высветился незнакомый номер. Дзихико приложила мобильник к уху. Осанка тут же выпрямилась, а подрагивающие с ни с того ни с другого плечи словно предупреждали о том, что разговор будет непростым. Долгое молчание стало сильно напрягать.

— Слушаю, — твёрдым, насколько смогла, голосом произнесла зеленоглазая.

К тому времени Ран уже подошёл обратно к скамейке и встал напротив девушки. Ее брови были сведены к переносице, что настораживало, ведь пять минут назад даже намёка не было на резкую смену настроения. Видимо, разговор предвещал быть серьёзным.

— Ал-ло, Накано Дзихико? — голос детский, прозвучал очень напугано и сильно подрагивал.

Зеленоглазая напряглись ещё сильнее.

— Да.

— Это Фукуито Ацука, под-друга Нодзоми, — уже срываясь на плач, пояснила Ацука.

Дзихико знала, что сестра ушла в гости к однокласснице, и сейчас этот тон невероятно тревожит.

— Что случилось? — Дзихико старается говорить четко, чтобы не выдать своего беспокойства.

— У… У Нодзоми… Она.. Задых… Задыхается!