глава десятая (2/2)

— Тебе идёт. — говорит Шарль и немного отодвигается, позволяя старшему лечь рядом.

Себастьян сразу же прижимает Шарля ближе, аккуратно целуя в макушку. Леклер перекидывает руку через его торс и кладёт голову ему на грудь, чувствуя биение его сердца, и улыбается, чувствуя себя в безопасности впервые за последнюю неделю.

— Как слетал домой? — спрашивает он, плавясь под поцелуями Себа.

— Хотел бы я сказать, что хорошо, но на самом деле отвратительно.

— Почему?

— Моя мама, оказывается, сильно заболела, но скрывала это от меня. Я прилетел, когда мне позвонил брат и рассказал о её состоянии, но, как оказалось, слишком поздно. Она умерла в понедельник.

Шарль замирает и смотрит в сторону, не зная, что ему нужно ответить на это.

— Мне жаль. Прости, что меня не было рядом все эти дни.

— Все хорошо, ты ведь не мог знать об этом.

— Почему ты не рассказал мне? Я бы полетел с тобой.

— Боюсь, что мой отец не очень обрадовался бы тебе. — с грустной усмешкой говорит Себ.

— А он знает, что ты?..

— Да. И до сих пор не может это принять. Поэтому, думаю, даже лучше, что тебя там не было.

— Мне было бы плевать, что он скажет, мне важно было быть рядом с тобой в трудный момент.

— Успокойся, малыш, все правда хорошо. Мне главное, что ты сейчас рядом.

Но Шарль все ещё злится на себя. Он ведь мог сразу спросить, что за семейные проблемы, или, в конце концов, узнать у Дэна, но он повёл себя, как эгоист, и позволил Себастьяну одному переживать все это.

— Ты никогда не рассказывал мне о своём брате.

— Я практически не общаюсь ни с кем из семьи, и с ним в том числе. Могу сказать, что его зовут Фабиан, ему шестнадцать и он собирается стать актёром, — на последних словах Себастьян немного напрягается. Он никогда не поймёт, почему ему в свое время запретили выбрать профессию самому, зато Фабиана никогда ни в чем не ограничивали. — Кстати, как поживает Артур?

— У него все хорошо. Передаёт тебе привет и не может дождаться, когда уже познакомится с тобой.

— Он знает про нас?

— Нет, для него ты Ханна из Германии. — смеётся Шарль, и Себ подхватывает его смех.

— Что ж, полагаю, он очень удивится, когда вместо Ханны с ним приеду знакомиться я.

Они ещё некоторое время лежат в тишине, и Шарль чувствует, как потихоньку начинает проваливаться в сон.

— Расскажи ещё что-нибудь. — просит он, зевая.

— Что, например? — с улыбкой спрашивает Себ.

— Все, что угодно.

Себ оглядывается, пытаясь придумать что-нибудь, когда его взгляд цепляется за книжную полку, на которой, помимо книг, которые он советовал Шарлю, стоит старенький «Маленький принц».

— Хочешь, я почитаю тебе «Маленького принца»?

— Хочу, — уверено отвечает Шарль. — Ты запомнил, что это моя любимая книга?

— Я помню все, что связано с тобой, малыш.

Себ привстает, целуя Шарля напоследок, но в этот раз в губы, и тянется к полке, доставая оттуда нужную книгу, и начинает читать.

— Прошу детей простить меня за то, что я посвятил эту книжку взрослому. Скажу в оправдание: этот взрослый — мой самый лучший друг. И еще: он понимает все на свете, даже детские книжки.

Голос Себастьяна успокаивает Шарля, и он засыпает быстрее, чем старший успевает дочитать первую главу.

Себ, слыша тихое сопение у себя на груди, улыбается, откладывает книгу и снова целует Шарля в макушку.

— Спи сладко, лисёнок.