#56 (2/2)

— Мне нечего другого не остаётся, солнце, — отчаянно посмотрел на него в ответ Антон, — я ничего не понимаю!

— Я говорил тебе причину, — заявил Арсений, вставая, — и больше не хочу говорить на эту тему, — поправляйся, — повернулся он к двери.

— Арс! — крикнул ему внезапно зеленоглазый.

— Что? — обернулся тот.

— Ты придёшь ещё? — с надеждой спросил у него хоккеист.

— Возможно, — туманно отозвался Попов и вышел из палаты, оставляя его одного.

Он встретился с взглядами Серёжи и Димы и покачал головой. По нему было видно, что настроение у него не очень. Матвиенко поднял брови, пытаясь понять что у него случилось. Позов нахмурился, считывая эмоции с его лица. Но фигурист был непроницаем. Он отсутствующим взглядом оглядел коридор, а потом сделал шаг в сторону парней.

— Он проснулся и ждёт вас, — коротко сказал он и без дальнейших объяснений пошел на выход.

— Ты что-нибудь понял? — спросил хоккеист у друга.

— Нифига, — помотал головой Сергей.

— Может Шаст нам что-то объяснит? — предположил Позов.

— Пошли попробуем, — вздохнул друг, заходя в палату первым.

Арсений быстро вышел на улицу и вздохнул свежего воздуха. И что с ним такое? Почему он чуть не поддался Шасту? Он вообще не должен был целовать его! Неужели он не понимает, что таким образом даёт ему надежду? Какое же это двуличие! Голубоглазый стал противен самому себе. Парень в сердцах пнул траву и выдохнул, прикрыв глаза. Надо что-то с этим делать. Причем немедленно. Он больше не вернётся сюда. Да, решено. Ему нельзя. Иначе он сорвётся. Надо прежде всего думать о последствиях. А сегодня ему было не до этого. Банальный испуг за жизнь любимого человека. Его невозможно было винить в этом, но он всё равно себя за это грыз. Это же надо а! В каком только положении он оказался. Брюнет зажмурился, сосредотачиваясь. Так, всё, надо приходить в себя. Если что он узнает обо всём от Серёжи или от Поза. Сюда он точно не вернётся.

— Прости, ангел, ты меня больше не увидишь, — с грустью сказал Арс, повернувшись в сторону больницы, — уж я об этом позабочусь.

Парень отвернулся и дрожащей рукой вызвал такси. Как он добрался до дома было загадкой, потому что всю дорогу пребывал в своих мыслях. Целиком и полностью. Фигурист буквально ввалился в свою спальню и тяжело рухнул на кровать. Сон не шел к нему почти всю ночь. Ему удалось поспать всего три часа. Уже в семь утра он поднялся с постели и решил сделать зарядку. Через час он уже стоял на перроне, ожидая сапсан. Как никак он обещал Паше быть в три в Москве. Подводить никого, а тем более своего тренера и друга, он не собирался. Часов в 10 он решил написать Серёге, была вероятность, что он уже проснулся.

[Вы]: Серый, привет, есть новости?

Ответили ему через десять минут. Возможно неохотно. Возможно ему всё-таки не посчастливилось разбудить друга. Потому тот был слегка недоволен. Арс почувствовал себя несколько виновато. Надо было написать попозже, что он подождать что-ли не может? Взял разбудил человека, а может он устал или ему тяжёлый день предстоял.

[Серый]: Доброе утро, Арс, не особо. Как что-то скажут, расскажу.

[Серый]: Не переживай.

[Вы]: Спасибо, Серёг).

Он прибыл в Москву где-то к часу или около двух. Сразу же поехав в гостиницу, парень позвонил тренеру и предупредил о своём приезде. Тот казалось бы вздохнул с облегчением в трубку, когда услышал об этом. Встретившись с ним, фигурист вкратце поведал ему обстоятельства дела и предложил перейти к тренировке. Всё-таки им надо было придумать в кратчайшие сроки короткую программу. Это не сказать, чтобы было легко. Попов уже мысленно набросал идей каскадов и рассказал о них Паше. Тот отнёсся к его словам с самой что ни на есть серьёзностью.

— Мы всё попробуем сегодня, — уверенно заявил он, хлопнув его по плечу, — иди переодевайся, тренировка не будет ждать.

— Уже бегу, Паш, — шутливо отсалютовал ему подопечный, выходя за дверь.

— Дурень, — ласково назвал его мужчина, качая головой.