Признание (2/2)

– Сперматозоиды поактивнее будут. – сказала Оля и дьявольски захохотала.

Протрезвев, Арефьева поняла, что сболтнула лишнего, она накинула халат и вышла на кухню.

– Паш, тебе чай делать? – Тихо спросила Оля, хлопоча у плиты. Паша подошёл к ней ближе, приобнял за талию, трепетно поцеловал в щёку и произнёс:

– Если ты хочешь детей, перестань пить.

Оля как ошпаренная вылетела в спальню и, обняв колени, заплакала.

– Оля, – Павел тихо постучал в дверь, – я что-то не то сказал?

– Пошёл отсюда вон! – нервно выпалила она.

Рыков прошёл в спальню и присел рядом.

– Чего ты сырость развела, м? – Паша нежно смахнул с её щёк солёные слёзы.

– Паш, я не могу иметь детей. – безэмоционально, холодно и отстранённо сказала она. – Совсем, понимаешь?

– Т-с-с, – он попросту не мог переносить её слёзы, – я с тобой. Рядом.

– Хм... Смешно ты, Рыков: со мной, не со мной, какая разница? Если ты боишься, то... трахать ты меня сможешь в любое время, не переживай.

– Господи, Оля... что ты несёшь? – он взял её ладони и заглянул в голубые, полные отчаяния глаза. Ольга ничего не ответила, лишь уткнулась носом в его грудь и зарыдала.

– Ну, всё-всё... – Паша прижимал её к себе и нежно целовал в макушку.