60-а. Эванс (2/2)

Но в тот же день, когда это произошло, мне стоило понять, что точно так же его может получить кто-то другой.

Потому что такие парни — красивые, талантливые, обаятельные и скорые на язык — нарасхват.

Интересно, что-то изменилось бы, скажи я Поттеру сразу, что он мне нравится?

Ну да, изменилось: я бы сейчас выглядела еще и наивной дурой к тому же.

А так — нормально смотрюсь. Чего не имел, о том не жалеешь.

— Крессвелл, стоять, — я ткнула в него пальцем, Дирк, проходивший мимо, замер. Шмэри снова отправилась к столу уже за тремя бутылками. — Я знаю, что у тебя есть гитара.

— Прюитт сдал? — забавно возмутившись, вскинулся тот. — Вот гад.

— Я умею убеждать, — отмахнулась я.

— Ой, знаю я ваше «убеждать», — он сделал недвусмысленный жест, намекающий на минет. — Чего ты хочешь, Эванс?

— Хочу, чтобы ты сыграл, не понятно, что ли?

— Не-е-ет. Нет. Нет, нет и еще раз нет, — он замотал башкой. — Ты меня не заставишь.

Я развернула его к себе и обхватила за плечи.

— Послушай, Дирк, я хочу провести этот сраный вечер, не глядя на Поттера, который сейчас явится в компании Бут и будет лизаться с ней. — Я намеренно умолчала про Феба с Присциллой, потому что о нем даже Дирку нельзя было знать. — Я не могу просто уйти, потому что это по-детски, да и какого хрена вообще, это и моя гостиная тоже, а еще потому что у Шмэри праздник, и я буду с ней, пока она не напьется и не залезет к кому-нибудь в кровать. Проси, что угодно, но я хочу, чтобы ты взял гитару и помог мне прикинуться слепой и глухой хотя бы до полуночи. Ты же знаешь, как это бывает — начни играть, и через полчаса весь факультет соберется вокруг. Давно девицы хором просили тебя выебать их?

Я знала, как с ним нужно разговаривать. Никакого вранья, четкая рациональная цель и весомая награда.

— Нехерово же ты мне доверяешь, Эванс, если говоришь все это, — протянул Крессвелл, почесав макушку.

— Мы должны помогать друг другу, забыл? Мы грязнокровки в этом поганом чистокровном мире — и должны держаться вместе. Твои слова?

Дирк сжал губы и прищурился.

— Я сыграю, если ты станцуешь, — отрезал он после недолгого молчания. — Не буду один позориться.

— Позориться? Да ты посмотри кругом, для большинства самое зрелищное, что они видели в жизни, — это сегодняшний квиддич. Ступай за гитарой, Крессвелл, а я пока переоденусь.

Мне не привыкать. Глядишь, еще одну метлу Шмэри купим.

Я усмехнулась, переодеваясь в шорты и футболку.

С этого началась моя история с Поттером, этим она пускай и закончится.

Когда я спустилась, народу в гостиной уже прибавилось.

Крессвелл при поддержке Боунса соорудил себе высокий стул и уселся на него у камина. Он тоже сменил одежду на ту, в которой приходил обычно в Выручай-комнату.

Наша гостиная снова раздулась втрое. Это была своего рода факультетская традиция: семикурсники расширяли ее, чтобы она вмещала всех желающих, потому что в вечера, подобные этому, по спальням сидели единицы.

— Это как у «Сорви-Гоблинов»? — Эдгар заинтересованно кивнул на гитару. Дирк закатил глаза, но от меня не укрылось, что он доволен вниманием.

— Кто следующий задаст мне этот вопрос? — пробурчал Крессвелл и подкрутил колки. — Угу, как у них, только без магии. Эванс, глянь, тебе нормально? — Он кивнул на пустое пространство типа сцены вокруг своего стула.

— Сойдет, — я пожала плечами. Шмэри огляделась кругом и присвистнула:

— А что, и танцы будут? Тогда мне тоже стоит переодеться.

И она смоталась наверх.

— Мы увидим что-то такое же удивительное, как в прошлый раз, Лили? — заинтересованно спросил Боунс. Я всегда поражалась, как он умеет располагать к себе. Один размеренный тембр голоса чего стоил.

— Угу, магию, — презрительно хмыкнул Дирк, перебрав струны. — И знайте, это я ее заставил. Так что захотите отблагодарить и оставить мне в наследство лекции за седьмой курс, я буду не против.

— Я ему проспорила, — на ходу соврала я и с каменным лицом добавила: — Ставила на победу Хаффлпаффа.

Боунс расхохотался и махнул на меня рукой.

— Ладно, мы в любом случае с удовольствием побудем зрителями. В прошлый раз было круто, мне очень понравилось. Придурок наш капитан, — пробормотал он, уходя.

Я еще с полминуты тупо пялилась ему вслед, но потом вернулась Шмэри, к нам на танцевальном настиле присоединился Дик и еще пара таких же ребят, родители которых не знали о существовании волшебства, пока не произвели на свет магов.

Приемник выдавал ритмичную музыку, но когда очередная песня смолкла, Крессвелл направил на его ручку палочку, переключая на классическую мелодию, и тихо заявил:

— Давай, Эванс, утри им всем нос. Дамы и господа, — переорал он толпу, применив Сонорус, — мы собрались, чтобы отпраздновать победу Гриффиндора в длительном, но зрелищном матче. Давайте поприветствуем наших победителей. Ну, тех, которые почтили нас своим присутствием, — ядовито закончил он, и народ разразился радостными криками.

Кут по традиции раскланялся, Эдгар махнул рукой, Томен оторвался от девицы с четвертого — не Маккинон, и по этому поводу мы с Мэри удивленно переглянулись, — Дик, Гамильтон и Шмэри все еще подергивались в такт музыке и просто весело заржали, когда им хлопали.

— Мы желаем всем согреться после четырех часов на лютом морозе, поэтому разбирайте пиво, устраивайтесь поудобнее — и, если вы не верили, что ваши старосты вообще хоть на что-то годятся, сегодня вы измените свое мнение.

С этими словами он крутанул гитару и перехватил ее в нужное положение.

Народ оглушительно захлопал.

Дирк сыграл простенькую и очень известную в обычном мире мелодию, особо шустрые даже разбились по парам и потоптались вокруг него в танце.

Не успел смолкнуть последний аккорд, грянули аплодисменты. Видимо всех потрясло, как Крессвелл без всякой магии извлекает звуки из этой деревяшки.

— Я же говорила, что им понравится, — не удержалась я от комментария, проходя мимо. — Выбирай любую, Дирк.

— Твоя очередь, Эванс.

Я сделала это легко.

Многих поразили даже те элементы, которые я выполняла с семи лет.

А уж две дюжины вращений без единой помарки под конец ввергли зрителей в ступор, из которого первым выбрался Фенвик. Он коротко вскрикнул и начал хлопать, следом подключились остальные.

Кут засвистел, Люпин с Блэком переглянулись и присоединились к аплодисментам — сначала редкими хлопками, затем быстрее и быстрее. Кэндис с подружками пренебрежительно уставились на меня, и я уже собиралась показать им средний палец, когда ко мне подскочила Шмэри:

— Эванс, пойдем покурим, а? Пока тебя не выебали прямо здесь. Там в толпе есть желающие, я слышала.

Мы, миновав небольшую группу третьекурсников и обойдя липко ухмыляющегося Кута, проскользнули к выходу и выбрались наружу.

— А это ничего, что мы без присмотра? — саркастически вопросила Шмэри, оглядывая совершенно пустой коридор. — Где преподаватель, который сопроводит нас в туалет, дабы насладиться сигареткой?

— До отбоя еще два часа, — заметила я, и мы глухо заржали.

Замок будто опустел: наверное, все сидели по гостиным и размораживали задницы после матча.

Преодолев два этажа и несколько пролетов, мы не встретили ни души.

И только на потайной лестнице Шмэри ухватила меня за руку и приложила палец к губам.

Я различила знакомые голоса.

— Зачем ты прогнал Поттера? — капризно протянула Бут. — Я хотела с ним поразвлечься, — как будто у нее забрали любимую игрушку.

— Я не прогонял, — равнодушно сказал Феб, и я вздрогнула. — Он сам ушел, Элис.

— Мне так нравится, когда ты зовешь меня Элис, — томно прошептала она, но ее оборвала Присцилла:

— Эй, подруга, он мой. Ты своего упустила.

— Ой, да я и надеялась особо. Поттер по своей Эванс сохнет, даже засосать себя толком не позволил. Слушай, Прюитт, ну вот ты же с ней общаешься, а? Ну скажи ты мне, что в ней такого особенного, чего нет у меня? Я старше, вам же это нравится, разве нет? Я такое умею, что этой Эванс даже не снилось. И сиськи у меня больше. Так чем она его взяла? Смазливой рожей?

— Не знаю, я не видел ее сиськи, — невозмутимо сообщил Феб, и я отметила про себя, что он не только обошел сам вопрос, но еще и не соврал.

— Ха-ха, а помнишь, ты спрашивала у нее самой, и она намекнула, что сосет ему, — вставила Присцилла, развеселившись.

Вообще-то это уже как устойчивое выражение: когда тебя спрашивают, чем ты заинтересовала парня, нужно дать понять, что не душевными разговорами у камина.

— Думаешь? — я представила, как Бут поморщилась. — Так это и я с легкостью организую. Вот зря ты его все-таки отправил, Прюитт.

— Да не отправлял я его, — нарочито фальшиво возмутился Фабиан и засмеялся, — он что, первокурсник, что ли?

— Я слышала, как ты сказал Поттеру возвращаться в гостиную и позаботиться о его однокурсницах, пока ты приглядываешь за своими. За нами, да? Что это значит?

— Ну, может, я хотел остаться втроем, — вкрадчиво пояснил Фабиан, и голос стал ниже. Я знала эту его часть уже достаточно хорошо, чтобы понимать, что ему не терпится закрыться с девицами в пустом классе и поступить с ними примерно как с Изабеллой. — И заняться вами обеими.

Они замолчали.

Я слышала только короткие звуки поцелуев, тихое взволнованное хихиканье Присциллы и Алисии, затем хлопнула дверь, щелкнул замок — и наступила тишина.

Подошвы ботинок казались свинцовыми.

В голове не укладывалось, что Феб в эти самые секунды кувыркается сразу с двумя. Я даже представить толком не могла, как это. Как они собираются делить его член?

Я подавила желание рассмеяться.

В башке мелькнуло, что у Фабиана неистребимая тяга обнимать двоих одновременно.

А еще из головы не шло признание Бут, что Поттер ей не ответил.

Я глянула на Шмэри, и слова застряли в горле.

Она смотрела на меня как на кусок дерьма и брезгливо ухмылялась.