12. Снейп (2/2)

Снейп мгновенно вспотел. Сердце колотилось так, словно хотело пробить в ребрах дыру и ускакать далеко-далеко по грязным мощеным тротуарам.

Парень взял Лили за руку, и они пошли дальше, вглубь улицы, которая вела на окраину и заканчивалась рощей. В другом конце этой рощи, единственной на весь душный город, Снейп с Лили когда-то лежали у ручья.

Северус не мог слышать их разговор, но судя по тому, что Лили не скидывала руку этого упыря со своей талии, ей нравилось, как он ее лапает.

«Самое время свалить», — прошептал голос в голове.

«Слышать голоса — плохой знак, Северус, даже в волшебном мире», — одернул себя Снейп.

Долговязый тем временем снова прилип к Лили и начал задирать ей платье.

Северус все ждал, когда же она это прекратит, но Лили, зажатая между деревом и этим козлом, вместо этого обвила руками его шею.

Эти двое о чем-то пошептались, и парень начал расстегивать шорты.

Когда Лили опустилась на колени, Снейп закрыл глаза.

Он не хотел этого видеть и не хотел в это верить.

Он запретил себе даже мысленно произносить «моя Лили», но сейчас его Лили сосала член какого-то маггла.

Северус ненавидел магглов, всех, начиная с отца и заканчивая вот этим червем. Эта ненависть зарождалась где-то в горле и разливалась по пищеводу, попадала в голову и жгла спину. Он даже сунул руку в карман за палочкой, но вовремя остановился.

Ему нет семнадцати, а значит, он до сих пор под Надзором, но это не главное. Главное — то, что Лили делала это добровольно и, наверное, с удовольствием.

Маггла Снейп потом обязательно накажет, тот сдохнет на помойке; около фабрики помойки такие огромные, что никто не найдет.

А Лили он, конечно же, и пальцем не тронет. Какой бы блядью она ни была.

Северусу как-то в голову не приходило, что Лили такая же девчонка, как любая другая. Что она точно так же выросла, начала обжиматься с парнями и брать у них в рот. Так же, как давалки с факультета, как Макдональд, да как мать у отца, в конце концов.

Когда Северус открыл глаза, долговязый уже застегивал шорты. Быстро он, усмехнулся Снейп, вытирая ладони о брюки. Лили поправила платье и теперь смотрела куда-то вдаль, пока маггл суетился вокруг нее. Как будто он перестал ее интересовать.

По прошествии пары дней Северус даже посмеялся над своей тупостью. Ну не думал же он, что Лили навсегда останется одиннадцатилетней и будет с открытым ртом слушать его рассказы о дементорах.

Теперь дементоры — внутри нас, прозвучал непрошенный голос.

Снейп читал, что голоса — один из побочных эффектов легилименции.

Он перестал приходить к дому Эвансов, но первого сентября глазами искал Лили на платформе. Ничего не мог с собой поделать, хотя остаток лета воспитывал в себе отвращение к ней.

Северус пообещал себе, что больше не заговорит с Лили и наконец простит себе, что назвал ее грязнокровкой. Теперь они квиты.