Часть 6 (1/2)

Пустыня была жаркой и пыльной. Она отливала жёлтым блеском на палящем солнце и восхищала удивительной красотой песчаных барханов. В эти дни она была ещё и ветрена, и идти без повязки на голове было невозможно.

Именно там и появился вновь наш герой. Одетый в арабские одежды с чулмой на голове, он шёл по песку, отряхивая свой чемодан и, остановившись, глотнул воды из фляги.

- Вот куда нас занесло на сей раз. Я не ожидал, что её перевоплощение заберется так далеко, -раздался таинственный низкий голос из приоткрытого чемодана.

- Да, сир. Я тоже не был в восторге, однако, это моя работа.Мне интересно, а что было бы с тем юношей, если бы он не встретил меня на своём пути?

- С барменом? Ничего хорошего. Его поджидала банда нетрезвых за углом. И его полжизни, за которые он так трясется, всё равно были бы ему ни к чему. А во вселенной, в которую он попал, у него возможна жизнь. Он может стать героем, даже влюбиться и жить семьянином. Почему тебя так интересуют последние дела? Может, всё из-за того, что ты сталкиваешься с этой азиаткой.

- Я и сам не понимаю. Возле неё я будто что-то испытываю.

- Скажу больше, ты только столкнувшись с ней вообще переживаешь какие-то чувства. До того, как она появилась на нашем пути, ты не был заинтересован ни в чем. Однако, я говорил, чтобы ты держался от неё подальше. Ведь всё всегда из-за неё.

- Всё ради неё.

- Ты оступился именно ради неё. Именно из-за этого и твоя ноша продавца.

- Да, сир, однако я не могу не признать, что она как магнит, притягивает к себе.

- Ты говоришь о ней, как о сокровище.

- Если бы она была сокровищем, то самым ценным, за которое я многое бы отдал.

- Ты итак достаточно отдал и натворил тоже достаточно.

- Но...

- Сейчас твой долг не сорваться, когда мы приблизимся к человеку, которого ты должен отправить.

- Ты говорил, что это ее воплощение.

Я думаю, что смогу держать себя в руках, но, что если я всё же сорвусь.

- Если ты сорвешься, то будешь скитаться и искать прощения вечно.

- Я итак слишком долго несу эту ношу.

- И будешь это делать, пока не заслужишь прощения, - сказал голос из чемодана и захлопнул крышку.

Палимый на солнце француз сел на колени и, набрав песку, позволил ему растечься сквозь пальцы. По его глазам было видно, что он испытывал тяжёлые эмоции, но он молчал и лишь перебирал песок, вздыхая.

Через несколько минут он услышал человеческую речь и топот, рёв верблюдов.