Часть 3 - «Гостья» (1/2)

Гермиона распахнула глаза и увидела перед собой Теодора Нотта, который стоял в расслабленной позе, распахнув мантию и убрав одну руку в карман, вторая же рука сжимала палочку, которую он направил прямо на неё.

Девушка смотрела ему в глаза, и тонула в этом цвете, тёмно-синем, словно в глубине океана. Она заметила, как его губы шевельнулись и очнулась. Теодор произнёс заклинание, девушка осмотрела себя и поняла, что он очистил её от сажи, которая, вероятно, была на её мантии и, возможно, в волосах и на коже.

Гермиона кивнула в знак благодарности и сделала шаг из камина.

Она осматривалась по сторонам и мысленно удивлялась.

Белоснежный мраморный пол с черными вкраплениями, словно её жизнь, белая с тёмными пятнами, которые невозможно удалить.

Задрав голову, девушка всмотрелась в потолок, который был не чем иным, как картиной. По другому Гермиона не могла определить название, того, что она видела.

Стадо единорогов, которые бежали на золотистый свет, будто бы плыли по воздуху из высокой башни, из которой струилась золотая дорожка к самой луне.

Картина зачаровывала. Гермиона пыталась разглядеть все детали, казалось, что ещё немножко, и они начнут своё движение вперëд, на этот свет, который манил. И девушке даже показалось, что лунная тропа — сияет.

Она услышала щелчок и резко опустила голову, оглядываясь, ища того, кто появился.

Гермиона знала, что этот щелчок принадлежат эльфам, и кто-то из них появился прямо здесь.

— Господин, вам что-нибудь нужно? — тоненький голосок, раздался за спиной Теодора.

Девушка внимательно посмотрела на слизеринца и подалась немного вперёд, чтобы заглянуть за него, и увидеть того, кто это произнес.

Она знал, что это домовой эльф, но он почему-то робко прятался за спиной своего хозяина.

— Не стоит бояться Грир, это наша гостья Гермиона Грейнджер.

— Гермиона Грейнджер, — голос домовика дрогнул, стал тоньше и тише. — Но, господин...

— Ничего страшного, я думаю, что ей стоит показать всё, абсолютно всё.

Гермионе не понравился этот тон и эта речь, то, о чём говорили эти двое и, безусловно, понимали друг друга. Она нахмурила брови и, коснувшись плеча Теодора, настойчиво нажала.

Хозяин поместья посмотрел на неё и встретился с её тяжёлым взглядом, который молчаливо намекал, чтобы он отошёл. И он повиновался ей, сделал несколько шагов в другую сторону.

— Привет, — тихо сказала Гермиона, улыбаясь.

Она присела на корточки и заглянула в глаза домовику. Ей хотелось быть доброжелательной, даже немного милой. Каждый раз, когда она смотрела в эти огромные глаза, ей казалось, что не существует существ невинней. Но домовик повёл себе иначе, он не прижал уши, не пригнул колени, не смотрел на неё так, как обычно смотрели домовые эльфы. А, наоборот, резко выпрямился, расправил свои уши, словно они придавали ему уверенность, и прищурил глаза.

— Гермиона Грейнджер, как же, наслышаны. Сэр, — он повернулся и высоко задрал голову, — Что ей здесь нужно?

— Не стоит, Грир, — спокойно, но достаточно громко произнес Теодор, — ничего не нужно, она гость в нашем доме. — Пусть всё будет так, как оно есть.

Он несколько минут молчал, затягивая время.

— Ты же гость, Гермиона, верно? — он произнес её имя мягче, чем предыдущие слова.

Гермиону в этот момент словно пронзило что-то, она почувствовала какой-то укол и все слова, что скопились, были забыты.

Она что-то хотела сказать, но теперь растерянно смотрела на Теодора, потом перевела снова взгляд на домового эльфа и ещё больше растерялась от его враждебного взгляда.

— Грир, перенеси нас в Южное крыло.

— Но, сэр, я не думаю, что это хорошая идея и вы знаете, что будет. Это же Гермиона Грейнджер, — прошептал эльф.

И вот теперь Гермиона увидела все эти признаки, когда домовик испытывает страх. Прижатые уши, вытаращенные глаза, подкошенные колени.

«— Стоп! Так не должно быть, нет. Меня не должны бояться, и этот шёпот, словно кто-то вспомнил Волан-де-Морта. Меня нельзя бояться,»— мысли испугано кричали в голове Гермионы. И в этот момент от обиды ей захотелось плакать.

— Немедленно, Грир.

Повторять ещё раз Теодору не пришлось, домовик взял за руку его и протянул свою ручку Гермионе.

Та уверенно вложила свою руку в ладонь эльфа и почувствовала, как он грубо сжал её, причиняя боль.

Хлопок, и они исчезают.

Подступающая тошнота, учащённое дыхание и стук сердца, неприятное состояние, которое так ненавидела Гермиона. А ведь перемещение было на короткое расстояние.

Гермиона огляделась.

Они находились в светлом, просторном помещении похожим на теплицу. Одна стена от потолка до пола состояла из стекла, сквозь которое была видна территория поместья, которая оказалась огромной.

Вокруг были цветы в катках, напольные вазы, подвесные кашпо и многочисленные горшки разных форм, длины и размера.

Кругом были цветы, растения и деревья.

Запах свежести, зелени и немного фруктовых ноток вскружили Гермионе голову.

— Пойдём, Гермиона. Это зимняя оранжерея, а нам нужно туда, — она повернула голову в сторону, откуда звучал голос и, увидев Теодора, снова почувствовала эту растерянность.

Девушка кивнула и пошла следом, молча повинуясь.

Они подошли к стене, которую оплëл плющ. Теодор направил волшебную палочку и произнёс заклинание, которое Гермиона не расслышала.