Часть 112 (1/2)

Сарин сидела в гостиной Блэк-хауса с книгой в руках и неспешно пила ароматный чай с кексами, собственноручно испечёнными ворчуном-Кричером, время от времени бросая настороженные взгляды на саму себя, расположившуюся напротив на диване и вяло переставляющую фигуры на шахматной доске в компании Люпина, в то время как Андромеда и Тед неподвижно замерли на соседнем диване, глядя в одну точку перед собой.

Только попав в Блэк-хаус несколько часов назад, девушка пришла в ужас, натолкнувшись на эту компанию. Копии её семьи и Ремуса с Сириусом были настолько правдоподобными, что отличить их от настоящих людей было практически невозможно. Однако используя несколько заклинаний из арсенала авроров, Сарин обнаружила, что перед ней инферналы, зачарованные под людей. Первым порывом бывшей Нимфадоры было срочно связаться с Дамблдором или Грозным Глазом и рассказать им обо всём. Впрочем, она практически сразу отказалась от этой идеи, понимая, что подобными действиями привлечёт ненужное внимание к Гарри и своей семье.

С того момента, как она перестала быть мисс Тонкс, превратившись в мисс Блэк, Сарин занялась самообразованием и серьёзно пересмотрела свои взгляды на жизнь, особенно в отношении так называемой тёмной магии. Проведённая у гоблинов проверка показала, что сама она по своей природе как раз являлась тёмным магом, — как и её мать, к слову, — и её скромные успехи в магии объяснялись именно тем, что она использовала исключительно светлые заклинания, едва не доведя себя до застоя магии, который вполне мог привести к деградации магического ядра и последующему превращению в сквиба.

Новость о том, что она является тёмным магом, сначала довела Сарин до истерики, ведь в голову девушки со школьной скамьи вбивали: тёмный маг — злой маг. Андромеда, услышав это, пришла в ужас и поспешно утащила дочь в библиотеку Блэк-хауса, где и занялась восстановлением пробелов в знаниях своего чада. Как итог: Сарин полностью приняла свою истинную природу и занялась изучением тёмной магии под присмотром нанятого Люциусом учителя.

— Мисс Блэк чего-нибудь желает? — проскрипел Кричер, громко шлёпая босыми ногами по паркету. — Время близится к ужину. Кричер может приготовить.

— Да, сделай что-нибудь простое, — оторвавшись от книги по ритуальной магии, согласилась Сарин. — И подготовь мне спальню — я сегодня останусь на ночь здесь.

Кричер поклонился и направился в сторону кухни выполнять распоряжения. После принятия Тонксов в Род старый эльф стал более лояльно относиться к этому семейству: всё ещё ворчал, если поведение новоиспечённых Блэков не дотягивало до аристократических стандартов, однако все приказы выполнял исправно, и даже начал проявлять некое подобие заботы.

Инфернал с лицом Андромеды внезапно резко поднялся с дивана и отошёл к окну. Сарин настороженно замерла: за то время, что девушка пробыла в Блэк-хаусе, она успела заметить, что каждые полчаса инферналы меняют своё местоположение: пересаживаются из кресла на диван и обратно, переходят из комнаты в комнату. Около часа назад «Сириус» и вовсе удалился в свою спальню, и, похоже, до самого утра покидать её не намеревался.

«Видимо, их заколдовали таким образом, чтобы они создавали видимость, будто в Блэк-хаусе всё ещё кто-то живёт», — сделала закономерный вывод Сарин. Её несколько тревожил тот факт, что Гарри в свои пятнадцать лет настолько углубился в тёмную магию, что способен не просто поднять инферналов и изменить им внешность (тут ему наверняка помог Снейп), но ещё и заставить их вести себя как живые люди.

Спустя полчаса в гостиную вернулся Кричер и чопорно сообщил, что ужин готов.

— Спасибо, Кричер, — Сарин послала эльфу благодарную улыбку. — Подай его в библиотеку, пожалуйста. Надеюсь, это не идёт в разрез с какими-нибудь правилами?

— Принимать пищу положено в столовой, — ворчливо заметил тот. — Но если мисс Блэк хочет, Кричер накроет стол в библиотеке. — После короткой паузы Кричер неожиданно добавил: — Хозяин Орион часто ужинал в своём кабинете. Чтобы не отвлекаться от работы.

— Вот видишь, значит, правило «принимать пищу только в столовой» имеет свои исключения! — радостно заключила Сарин. — Раз Ориону можно было, значит, и мне можно. Тем более всё равно никто не видит.

— Кричер видит, — с упрёком возразил домовик. — Если бы покойная хозяюшка Блэк…

— Кричер, не нуди, — прервала его Сарин.- Тебе не хуже меня известно, что леди Вальбурга всё видит, всё слышит и всё знает. И если пожелает, выразит мне своё неудовольствие лично.

Тут Кричеру возразить было нечего, поэтому он отправился накрывать на стол в библиотеке, вполголоса что-то бурча себе под нос.

Отложив книгу в сторону, Сарин вытащила волшебную палочку и вызвала Патронус. Когда перед ней возник роскошный серебристый волк, девушка опешила: ещё несколько дней назад её Патронусом был американский заяц.

— Ремус, — имя само сорвалось с губ, а взгляд девушки скользнул к инферналу, внешне точно копировавшему Люпина.

Сарин не была до конца уверена в том, что именно она чувствовала к этому мужчине. Ремус был приятным собеседником. Он обладал обширными знаниями в области тёмных искусств и боевой магии, но также легко мог поддержать разговор о литературе, музыке или живописи. А ещё его взгляд… каждый раз, когда Люпин смотрел на неё, девушке казалось, будто он заглядывает в самую душу.

— Мерлин, похоже, я влюбилась, — сокрушённо проговорила Сарин, нахмурившись. — Этого только не хватает!

Мисс Блэк не тешила себя иллюзиями: ей вряд ли удастся заинтересовать Ремуса. Он не из тех мужчин, кто гоняется за богатым приданым или смазливой мордашкой. А кроме новоприобретённого титула и способностей метаморфа ей Люпину было предложить нечего. Кроме того, Ремус столько времени проводил в обществе Сириуса, что волей-неволей закрадывались сомнения в том, что их отношения носили исключительно дружеский характер. Уже тот факт, что Люпин все эти годы, пока Блэк был в Азкабане, оставался один, о многом говорит.

— Мама, я останусь на ночь в Блэк-хаусе, — постаравшись отогнать в сторону ненужные мысли, продиктовала Сарин своему волку. — Сообщи мне, если Сириус вернётся в Малфой-мэнор.

Отправив Патронус Андромеде, девушка вышла из гостиной и направилась наверх, в библиотеку. Инфернал-Люпин неожиданно поднялся со своего места и последовал за ней. Насторожившись, Сарин дошла до площадки второго этажа и сделала шаг в сторону, пропуская инфернала вперёд. Тот поднялся на третий этаж и уверенно направился в библиотеку. Сарин торопливо пошла за ним, гадая, почему именно сейчас псевдо-Люпин пошёл в эту комнату. Это как-то связано с её собственными намерениями? Или просто совпадение?

Войдя в библиотеку, «Люпин» прошёл вдоль стеллажей, свернул в третьем ряду, сделал ещё с десяток шагов, а затем, не глядя, вытащил книгу с четвёртой полки. Тут же раздался негромкий щелчок, и каминная полка отъехала вправо, открывая взору Сарин небольшую нишу, в которой лежал какой-то непонятный свёрток.

«Это ещё что такое?»

Сарин вытащила волшебную палочку и осторожно приблизилась к нише, на ходу накладывая диагностические чары. Не обнаружив ничего подозрительного, девушка аккуратно взяла сверток в руки. Тонкая бирюзовая ткань развернулась сама, без посторонней помощи. Под ней оказалась изящная резная шкатулка из тёмного дерева, на крышке которой был изображён сатир, танцующий в окружении трёх полуголых нимф. Движимая любопытством, Сарин открыла крышку. В эту же секунду из шкатулки вырвался тёмно-фиолетовый луч, ударивший девушку точно в грудь. Испуганно вскрикнув, Сарин выронила шкатулку. Впрочем, причин для паники пока не было: ни боли, ни вообще хоть какого-то влияния на свой организм девушка не почувствовала.

В этот момент стены дома содрогнулись как во время землетрясения, а в окнах жалобно зазвенели стёкла.

— Кричер!

Домовик тут же явился на зов.

— Что происходит? — взволновано спросила Сарин.

— Особняк атаковали, мисс Блэк, — проскрипел эльф в ответ. — Около дюжины человек, мисс. Они пытаются разрушить защиту.

Сарин коротко выругалась и попыталась вызвать Патронус, только вот сделать это ей не удалось. Попытка аппарации также не увенчалась успехом — похоже, кто-то весьма умелый и очень сильный позаботился о том, чтобы мышка не имела ни единого шанса ускользнуть из мышеловки.

— Кричер, отправляйся в Малфой-мэнор за помощью! — моментально беря себя в руки, морально готовясь к неминуемой стычке, распорядилась Сарин.

— Кричер не может покинуть дом, — с явным огорчением покачал лопоухой головой эльф. — Дом оплели специальными чарами — никто не сможет его покинуть.

— Ясно, — Сарин крепко стиснула волшебную палочку и решительно вышла из библиотеки, решив занять наиболее стратегически выгодное положение для предстоящего боя с численно превосходящим противником. — Спрячься, Кричер. На кухне там, или где-то ещё.