II. Спор (2/2)

Драко ухмыльнулся, присаживаясь напротив. Ему нравилось наблюдать за её смущением.

— Не знала, что ты тут работаешь, — постаралась быстро перевести тему Грейнджер, на что сразу же получила вполне ясный и логичный ответ.

— Это мое заведение. Недавно открыл, — в его словах было столько гордости. Неудивительно, учреждение собственного бизнеса — не самое простое дело.

— Понятно, почему столь странное название для кафе, — отметила Грейнджер, размышляя о всей неловкости ситуации.

— В целом я планировал открыть ресторан, но так получилось, — уклончиво ответил сероглазый парень.

Гермионе было крайне интересно, каким образом Малфой собрался совмещать учебу на медицинском факультете и управление бизнесом. Придётся жертвовать чем-то в любом случае.

— Понятно… — она не знала, как вообще дальше можно продолжать этот нелепый разговор. Неловкости прибавляли мысли об их общественных ролях: преподаватель и студент — ситуация крайне отвратительна.

С одной стороны, почему бы и нет, ведь Гермиона была крайне молодой и очень даже привлекательной. С другой же, совесть слишком сильно давила на разум.

— Я хотел спросить… — Драко замолчал, не успев договорить, так как подошла Дафна.

— Привет, старушка! Что за красавчик? — играя бровями спросила блондинка. Она слишком хорошо помнила дрожащий голос подруги в их вчерашнем телефонном разговоре. Очень уж долго пришлось успокаивать после расставания с Крамом. И теперь могла лицезреть рядом с Грейнджер ещё одного парня, который мог стать потенциальным молодым человеком.

— Драко Малфой, студент профессора Грейнджер и владелец этого прекрасного заведения, — представился Драко, приветливо улыбаясь.

— Дафна Гринграсс, лучшая подруга этой зануды, — девушка протянула руку. Драко наклонился и галантно поцеловал её руку.

— Приятно познакомиться! — кивнул Малфой, выпрямился и подозвал русого официанта. — Роб, подойди, пожалуйста!

Когда парнишка приблизился к столику, Драко рукой указал в сторону столика девушек.

— Прими заказ у юных дам и заверни шампанское для мисс Грейнджер, — официант кивнул и достал смартфон, чтобы записывать заказ.

— Девочки заказывайте что хотите все за счет заведения. Чек принесёшь мне, Роб, — произнес Малфой и, кивнув дамам на прощание, удалился.

— Я буду стейк рибай, бокал красного полусладкого, на десерт - синабоны. Ей фетучини с сёмгой, ирландское кофе и миндальный торт, — быстро проговорила Гринграсс, наблюдая за тем, как парнишка быстро чиркает названия в блокнотике.

— Ваш заказ будет готов через полчаса, — быстро бросил он и направился работать дальше.

Когда он ушёл, Дафна хитро улыбнулась, привстала, оказавшись чуть ближе к Гермионе:

— Смотрю, ты перестала скучать по Краму? — игриво спросила она.

— Не понимаю, о чем ты? — переспросила Грейнджер, старательно делая вид, что ничего нового или странного не произошло.

— Ты спишь с этим сексуальным блондином? — уточнила Дафна, хотя понимала, что подруга и без того всё прекрасно поняла.

Глаза Грейнджер округлились. Лицо покрылось румянцем. Она нервно замахала руками перед лицом блондинки.

— Нет, Дафна, Малфой мой студент. И он младше меня на три года, — возмущённым голосом произнесла Гермиона и принялась смотреть по сторонам. Нет ли рядом Драко? Ещё одних нелепостей на сегодня было вполне достаточно.

— Ну и что, что младше? Совершеннолетний же? — голос Дафны понизился.

— Да ему двадцать три, я посмотрела в документах.

Конечно же, Грейнджер всё заранее изучила. Это была бы не она, если бы у неё не было всё под контролем. И в чём-то это даже было верно. Почему, собственно, нет? Если есть такая удобная возможность.

— Что тебе мешает с ним переспать? — спросила Дафна, совершенно не задумываясь над тем, как это звучит, вернулась на место и подперла рукой щёку.

— Дафна, это аморально! Он мой студент! Я не хочу его совращать! — лицо Грейнджер стало серьёзным. Даже слишком.

— Это кто кого совращает? Ты видела его хищный взгляд? Он определённо хочет тебя затащить в постель. Не отрицай, Гермиона! — всё никак не унималась блондиночка.

Гринграсс хотела лишь счастья для подруги. Она не видела ничего плохого в том, чтобы сначала случилась с человеком интимная связь, а затем уже начали выстраиваться отношения. Вот только в этом-то и была разница между девушками. Гермиона никогда бы не позволила себе такой вольности даже в мыслях. Пусть и не была совсем уж святой, но и чистота репутации для неё не была ерундой.

— Я и сама хочу затащить его в постель. Он нереально красив и сексуален. Понимаешь, это неправильно. Но мне что надо подойти и сказать ему: «Эй, Драко, я хочу тебя, пошли, перепихнемся в университетском туалете?» — эту фразу Грейнджер говорила совсем тихо, боясь, что любопытные могут оказаться поблизости, ведь, как это бывает, даже у стен есть уши. А инцидентов ей не нужно было.

Даже подумать было страшно, что могло произойти, если бы кто-то из коллег или студентов услышал её болтовню с Дафной. И хорошо, если бы просто обошлось позором и увольнением. Но если бы дошло до пометки в личном деле — за совращение студентов, то всё — карьере пришёл бы конец. И прощай мечты о прекрасном и светлом будущем. Ну, как вариант, Грейнджер рассматривала ещё и то, что за такое можно и в тюрьму присесть, хотя и понимала, что это уже крайность, ведь Малфой был совершеннолетий и сам вправе решать, что делать с собственной жизнью.

— Отличный план! Если б не твоя чопорность, его можно было бы осуществить, — весело произнесла Дафна. — Я бы, на твоем месте, так бы и поступила!

— Я вовсе не чопорная, — возмущённо ответила Грейнджер. — И именно поэтому ты не на моём месте, Дафна.

— Тогда, слабо переспать с ним? Если переспишь, обменяемся машинами. Обидно конечно, но я, в таком случае, готова ездить на твоей игрушечной машинке, — блондинка покачала головой, радостно улыбаясь. Радость так и лезла из неё, становясь слишком сильной и заметной. Ещё немного и бах, наполняя весь мир её жизнелюбием.

— Думаешь, я не смогу? Хорошо… Спор будет действовать до конца семестра. Он будет в моей постели, и не раз, — хитро улыбнувшись, ответила Гермиона Грейнджер.

Она даже не задумалась о том, что вступила в опасную игру. Игру чувств, в которой просто не может быть победителей, будут одни лишь проигравшие с разбитыми сердцами.

Но пока это всё казалось лишь невинной забавой. Обычным спором с подругой. Вот только цена была слишком высока — чужая любовь.

Вопрос лишь в том, зачем это нужно им обоим? Попытка скрыть свои страхи за новой незначительной интрижкой? Возможно. Однако будет ли у этого положительный исход? Вряд ли…

Иногда во время душевного кризиса, мы стараемся сами себя отвлечь — создать некий барьер, чтобы избежать столкновения с глубочайшими страхами.