Глава 11. (1/2)

Наступила долгожданная зимняя пора. Волнение перед чемпионатом страны, которое не даёт полностью насладится атмосферой праздников, ненадолго отходит на задний план во время торжественной жеребьёвки.

Спортсмены и журналисты потихоньку подтягивались к богато украшенному месту проведения. Это был тот случай, когда друг друга можно было увидеть шикарно наряженными и насладиться атмосферой волшебного бала.

Перед самой жеребьёвкой была некая церемония. Настоящий клад для журналистов. Фигуристы стояли посреди белого зала, купаясь во вспышках фотокамер. Большинство звёзд этого вечера были обворожены светской атмосферой, но более молодому поколению оказалось сложно их в этом поддержать.

Саша со своей давней знакомой Дашей в ожидании стояли возле простирающейся лестницы, с которой вальяжно спускались прибывшие гости. Девочки пытались поддерживать беседу, но это давалось нелегко. Перебрав все, как казалось им, приличные темы для разговора, глаза юных особ забегали по залу в поиске подсказки дальнейших действий, пока они не зацепились за одну деталь.

По лестнице спускалась давно знакомая им девушка, но не в том виде, в котором её ожидали встретить. Аня предстала перед публикой в облегающем платье и тоненьких каблучках, напоминая не то прекрасную принцессу, не то строгую первую леди процветающего государства.

— Она прекрасна. — слетело с губ Усачёвой, которая видимо, как и весь зал, застыла при виде девушки, как заколдованная.

Саша не смогла промолвить и слова. Ощущение, будто она не могла и пошевелиться. Да, она не видела Аню так долго, но как человек мог измениться за такое время? От той стеснительной «зубрилы» ничего не осталось.

Трусова всматривалась в эти карие глаза, пока они не нашли её среди толпы. Глаза — зеркало души, и это правда. Глазами можно согреть, а можно ранить. Сейчас взглядами они говорили друг другу больше, чем за всю жизнь. Их связала какая-то сила. Она притягивала ее, и Трусова, не желая больше сопротивляться, направилась в сторону лестницы, не разрывая зрительный контакт.

Ощущение, будто Саша видела эту сцену много раз. Будто проживает этот миг снова, и снова, и снова, и поверьте, каждый раз он заканчивается потрясающе.

Сейчас их волновало только одно.

Ступеньки заканчиваются.

— Ань, ну ты блин как принцесса! — прервала этот транс подбежавшая сзади Даша.

Саша быстро увела взгляд на пол, пытаясь переварить происходящее, на что Аня неловко посмеялась. Зал вновь ожил, фотографы защёлкали, музыканты продолжили свой вальс.

Оставшееся время Даша, Аня и подтянувшиеся к компании девочки что-то активно обсуждали, и лишь Трусовой было не до этого. Все слова пролетали мимо, смешиваясь в единый гул. Всё внимание, все мысли были устремлены в одну сторону.

Очень непривычное чувство бегало мурашками по телу. Дышать обычным кислородом не хотелось, когда рядом был её лёгкий парфюм. Видимо не зря Аня катала ту короткую в прошлом сезоне. Зрачки носились по залу, пытаясь запомнить каждую деталь этого вечера и пригреть к сердцу, чтобы с улыбкой вспоминать его ещё долгие годы.

Всё испортили прибежавшие операторы, которые никогда не нравились Саше, но сейчас она им этого точно не простит. Это её момент, и Трусова не позволит делить его с кем-то. Но к её большому счастью, фотографы быстро перебежали в другую сторону зала, где в лучах зала купалась приглашённая гостья этих соревнований.

Евгения Армановна в элегантном чёрном платье спустилась по лестнице и, мило кивнув всем, кого успела ухватить взглядом, прошла дальше.

— Ой, Женя! — удивленно воскликнула Аня, тут же заметившая свою наставницу, — Привет! Ты же вроде не говорила, что будешь здесь.

— Да, я не планировала, но все же решила. Посмотрела на это платье и подумала, что оно достойно выхода в свет.

— Да, тебе правда очень идёт. — сдержанно, но с легко читающимся восхищенным взглядом проговорила Саша, стоявшая рядом.

— Спасибо, Сашуль. — Женя улыбнулась в ответ, — Ну ладно, развлекайтесь, не буду мешать. — девушка кинула взгляд Ане, та смущенно опустила глаза вниз, хоть это всё и скрылось от взора Сашки, что до сих пор любовалась прекрасным платьем Евгении.

После этого Медведева отошла от девушек и начала оглядываться по сторонам в поисках людей, с которыми могла бы пересечься. Тут же прямо за собой она обнаружила человека с камерой — одного из фотографов. И лицо этого человека было ей знакомо. Она было подумала, что ей показалось, но когда этот мужчина засёк ее взгляд и тут же отвернулся, пытаясь скрыться, Женя поняла — не показалось. Выйдя из шока через пару секунд, девушка постаралась сделать как можно более спокойное лицо и быстрым шагом направилась за мужчиной.

Убежать далеко он конечно не успел, Евгения перехватила его прямо возле заворота — одного из выходов из зала и, схватив за локоть, остановила у стены.

— Да, убегай ещё, думал я не узнаю? Ты что, черт побери, здесь делаешь? И зачем это? — Женя указала на довольно заметный шрам на правой щеке.

— Так, спокойно, принцесска, сейчас объясню.

— Не называй меня так, знаешь же, не люблю. — Женя, чуть упокоившись, перешла на шёпот, — Однорукий. — добавила она, обиженно скрестив руки на груди.

— Говорю же, в прошлое меня возвращаешь.

— «Однорукий» мне всегда нравилось больше, чем Адриан. Так все, теперь отвечай, какого черта ты здесь? И в таком виде? И ты ещё помнишь, как это делается? Я думала, ты совсем отрёкся от магии.

— Как много вопросов… Итак, здесь я для того, чтобы приглядывать за девочками — это их первая встреча за долгое время, вдруг что-то пойдёт не так.

— Мы же договорились, что я слежу за ними, мне для этого не нужно алиби, а твоя задача — не палиться. Была. — Женя оглядывалась вокруг, убеждаясь, что рядом никого нет.

— Во-первых, получается, не уследила. Одной из них здесь нет, и мы не смогли ей помочь. Прости уж, но одна ты не уследишь за всем миром. — Женя уже хотела возразить, но взгляд друга говорил лишь о желании помочь, а не приуменьшить её умения, поэтому она решила продолжать слушать, — Во-вторых, я не палюсь. Видишь, даже пришлось вспомнить, как это — он жестом указал на своё лицо, — делается.

— Почему это, а не… Не знаю, несуществующее? Тебя же могут узнать.