Глава 35. Взрослые травмы (2/2)
Мугивары на перебой начали что-то спрашивать, пока стоящий поодаль Трафальгар-младший в натуральном смысле охуевал от происходящего. Во-первых, чрезмерная тактильность старшего заставляла его сомневаться в том, что перед ним вообще он из будущего. Неужели старший послал куда подальше принцип о личном пространстве? Во-вторых… Нет, первого уже вполне достаточно, чтобы понять, что в будущем его ждут жуткие трансформации, благодаря Мугиварам. А, значит, нужно сделать всё, чтобы подобного не произошло. Для собственного душевного спокойствия.
***</p>
Трафальгар-младший наблюдал за Монки Ди, сидя в горячей ванной. За всё это время Мугивара не произнёс ни звука. И это чертовски напрягало. Ло настолько привык к неугомонному говору союзника, что теперь молчание не было спасением, а, наоборот действовало на нервы.
Хирург погрузился в ванну до носа. А ведь всего пару дней назад у них прямо здесь был секс. И стоит отметить, что неплохой. Капитан Пиратов Сердца соврал бы, если бы сказал, что не хочет повторить подобный опыт. Но, похоже, у Луффи были другие планы.
Монки Ди вышел из душа и замотал головой, стряхивая воду с волос, точно собака. Трафальгар тихо хмыкнул своим мыслям. У Мугивары и, правда, было некое сходство с большим прилипчивым псом, который иногда превращался в самого настоящего Цербера.
Луффи подошёл к ванной и опустил в неё ногу. Ло хотел было встать, чтобы освободить место, но Монки Ди остановил его:
— Если хочешь, можешь ещё посидеть, — глухо произнёс он. — Я не против.
Хирург кивнул и поджал ноги, освобождая место для Мугивары. Тот сел в другом конце ванной, откинувшись на бортик. И снова гнетущее молчание. Ванная медленно наполнялась паром.
Капитан Пиратов Сердца снова почти полностью погрузился в воду, сгибаясь в три погибели. И что прикажете ему делать? И дальше играть в молчанку?
В груди неприятно сдавило. Трафальгар поморщился. Всё из-за этого чёртового временного острова. После него Луффи сам не свой. Ло невольно вернулся к воспоминаниям об острове О-Тоси. Тогда он думал, что Монки Ди, действительно, умер… Грудь сдавило ещё сильнее. Какая вообще ему разница, что будет с Мугиварой? Главное, чтобы они разобрались с Джокером и Кайдо. Дальше их пути разойдутся, каждый пойдёт своей дорогой… Хотя, судя по будущему, они ещё встретятся, даже альянс перезаключат зачем-то.
Дышать стало трудновато. Чёрт бы побрал этого Мугивару! Если у хирурга на нервной почве начнётся асфиксия, он точно прикончит эту ходячую катастрофу!
Что-то на секунду коснулось ноги Трафальгара.
— Ой, прости, — пробормотал Луффи, поджимая ноги.
— Нет, — неожиданно сам для себя выдал Ло.
— А? — Монки Ди в кое-то веки посмотрел на него.
— Не прощу, — более уверенно заявил хирург. Так и быть, он сделает первый шаг, но только потому, что его уже всё окончательно достало.
Мугивара удивлённо глянул на союзника, наивно хлопая глазами. Капитан Пиратов Сердца занял выжидающую позицию, оперевшись спиной на бортик ванной. Давай, ходячая катастрофа, извинись как следует. И чем быстрее, тем лучше.
Только вот, Трафальгар не учёл, что с намёками у Луффи всегда было туго…
— Прости, — снова повторил Монки Ди и добавил, — пожалуйста.
Ло понял, что план провалился с треском. Конечно, был вариант сказать ясно и чётко о своих желаниях, но это уже как-то слишком, особенно для него.
Перед глазами заплясали чёрные круги, дышать стало ещё тяжелее. Нет, надо валить отсюда. Ничего он уже не добьётся, он сделал всё, что мог, а если что-то маловажное идёт не так, то нужно просто отпустить и забыть.
Хирург встал в ванной, вытягиваясь во весь рост. К горлу подступила тошнота, в глазах потемнело. Трафальгар запоздало понял, что его так штырит не от нервов, а от невыносимой духоты в помещении. Ло покачнулся, чувствуя, как сознание улепётывает куда-то на Рафтель. Резкая тупая боль в затылке, и мир хирурга поглотила беспросветная тьма.
***</p>
— Перегрев, — сообщил Чоппер, вышедший из лазарета к обеспокоенным Мугиварам. — Немного остынет, отдохнёт и будет как новенький.
Экипаж Санни Го облегчённо выдохнул. Кто вообще мог предположить, что Трафальгар Ло неустойчив к высоким температурам? Хотя, если учитывать, что Монки Ди купается только в крутом кипятке, то и самих Мугивар можно считать такими же слабаками…
— Ладно, давайте по кроватям, — Нами громко зевнула. — Луффи, ты сидишь с Траффи.
— Почему я? — недовольно спросил Мугивара.
— Потому что нефиг было его в кипятке купать, — навигатор щёлкнула капитана по носу. — С тебя не убудет.
Монки Ди недовольно насупился. Он, между прочим, весь день гонялся за другим Траффи и очень устал. Да и с его Траффи видеться не очень-то и хотелось: слишком много противоречащих мыслей было в чернявой макушке…
— Хочешь, подменю тебя? — предложил Золотце, кладя руку на мальчишеское плечо.
— Не, — Луффи мотнул головой. Сан-тян и так весь день работал, а ему, наверное, нельзя много работать, ему вредно. Сан-тян должен побольше отдыхать, а не пахать не только днём, но и ночью.
— Как скажешь, — Винсмоук улыбнулся. — Если проголодаешься, на кухне есть мандарины.
— Ладно, — Мугивара улыбнулся в ответ. Всё же Сан-тян хороший. Пока не пинает его за воровство еды. (Бета: Тут за это тебя кто угодно запинает, прорва ты резиновая)
Экипаж Санни Го неспешно разошёлся по каютам. Только Робин отправилась в Воронье гнездо — сегодня была её очередь дежурить в ночь.
Монки Ди ещё немного постоял у двери лазарета. Если Траффи стало плохо, то почему он сразу не ушёл? Может быть, ему нравится падать в обмороки? А вообще, что нравится Траффи? Луффи стал ещё хмурнее. Ну вот, он даже этого не знает…
В лазарете пахло лекарствами. Мугивара не особо любил это место, особенно когда Чоппер насильно удерживал его тут после очередного сражения. Какая разница: будет он просто валяться в постели или гулять по Санни? Правильно: никакой!
Монки Ди осторожно подошёл к койке, на которой мирно посапывал младший хирург. Луффи нерешительно опустился на край кровати. Рука самовольно потянулась к союзнику, почти невесомо касаясь смуглой щеки. Мугивара тихо хихикнул: немного колючая.
Трафальгар неожиданно повернул голову, утыкаясь носом в мальчишескую ладонь. Хмурые черты лица разгладились. Ло доверчиво потёрся о руку союзника, точно большой кот. Монки Ди застыл, боясь шевельнуться и разбудить хирурга. Но тот всё же приоткрыл глаза, только смотрел он как-то странно, будто не понимал, что происходит.
— Траффи, ты проснулся? — спросил Луффи. — Хочешь чего-нибудь?
— Ты разговариваешь… — тихо и хрипло произнёс капитан Пиратов Сердца.
— А? — Мугивара нахмурился. — Ну, да… Я же не немой.
— Хорошо… — Трафальгар слабо сжал руку Монки Ди.
Сердце Луффи пропустило удар, когда горячие сухие губы осторожно коснулись его запястья.
— Траффи? — выдохнул Мугивара, его знатно потряхивало от непривычной нежности со стороны хирурга.
— М? — Ло поцеловал кончик мальчишеского безымянного пальца.
— Хочешь чего-нибудь? — Монки Ди тупо повторил вопрос, потому что просто не знал, что сказать.
— Обними меня.
Луффи окончательно запутался. Траффи был какой-то странный, какой-то другой… Однако Мугивара всё же аккуратно потянул на себя союзника, заключая того в неловкие объятия. Трафальгар уткнулся носом ему в шею и как-то облегчённо выдохнул. Длинные пальцы почти невесомо выводили узоры на юной, но уже достаточно широкой спине.
Монки Ди вздрогнул, когда Ло нежно поцеловал его в шею. Обычно Траффи целовался грубовато и требовательно, порой даже с каким-то отчаянием, будто нуждался в этом больше всего на свете. И это, безусловно, подстёгивала растущую мугиварскую гордость. Приятно осознавать, что ты кому-то нужен. Но теперь хирург покрывал шею Луффи поцелуями так, словно сам хотел что-то отдать. Трафальгар запустил руки под рубашку Монки Ди, очертил острые лопатки, провел пальцами по позвоночнику, вызывая у союзника табун мурашек.
К горлу Мугивары подступила тошнота. В груди болезненно сдавило, а воздух из лёгких будто и вовсе исчез. Ло оторвался от мальчишеской шеи и поцеловал Луффи в губы, нежно, трепетно, как будто тот был самым ценным сокровищем, даже ценнее проклятого Ван Писа.
Монки Ди шумно выдохнул, осторожно отвечая на поцелуй. Его конкретно трясло, руки почти не слушались, и он беспорядочно водил ими по спине союзника. Внутри было неимоверно тяжело, даже больно, словно его ломало на части, долго и мучительно.
— Не надо… — прошептал Мугивара, разрываемый странными чувствами.
Но хирург только углубил поцелуй, проводя языком по нежным дёснам. Нет, это странно. Это не так, как раньше. Поцелуи ведь приятные, но эти какие-то болезненные. И всё это слишком невыносимо, потому что он, Луффи, кажется, сейчас просто расплачется. Он ничего не знает о Траффи, но такое чувство, что тот уже дал ему всё в то время, как ему самому совсем нечего дать взамен.
— Хватит! — Монки Ди оттолкнул от себя Трафальгара и выбежал вон из лазарета.
Его неистово лихорадило, сердце разрывало грудную клетку, голова гудела. Неправильно! Всё это не правильно! И Траффи какой-то неправильный!
Мугивара сам не заметил, как оказался возле мандариновых зарослей. Он бухнулся ничком на дощатый пол, зарываясь руками в чернявые патлы. Из его рта вырвался невнятный скулёж. Через секунду Луффи уже рыдал, громко и надрывно. Собственное сердце будто разрывалось на части, было больно, нестерпимо больно, и он не знал, что делать со всем этим…
Едва заметная тень скрылась за углом камбуза. Татуированные пальцы сжали рукоять нодати до белёсых костяшек. Трафальгар-старший облокотился на стену, стискивая зубы.
Нет, не стоит ему подходить к Мугиваре. Не нужно. В этом нет смысла. Даже если по сердцу будто ножом полоснули от громких завываний, он не должен к нему приближаться. Это не закончится ничем хорошим для них обоих.
Ло медленно сполз на пол и поджал ноги к животу, уткнувшись лицом в колени. Его будто разрывали чужие чувства и эмоции, перекрывая такой необходимый кислород.
— Пожалуйста, хватит… — прошептал хирург. — Лу, пожалуйста…
Если так и дальше продолжится, то он точно…
— Ло, что происходит? — раздалось над Трафальгаром.
Тот поднял голову, перед ним стояла обеспокоенная археолог.
— Там Луффи? — Нико заглянула за угол. — Что-то случилось?
— Я не знаю… — выдохнул хирург. — Прошу, иди к нему.
Робин кивнула быстро двинулась к своему капитану. Ло запустил руки в волосы. Беспокойства Винсмоука оправдались, он всё ещё сомневается, ведь его сердце в прямом и переносном смысле отдано человеку с проклятым «Ди» в имени…
Мугивара вздрогнул, когда его спины кто-то коснулся. Он поднял заплаканное лицо, встречаясь с умиротворяющей улыбкой археолога.
— Луффи, что произошло? — мягко спросил она.
Монки Ди громко шмыгнул носом, губы его скривились.
— Я… Я… — он громко всхлипнул, — я не знаю… Я запутался…
Мугивара спрятал лицо в изгибе локтя. Нико осторожно приобняла его за плечи, прижимая к себе.
— Это нормально, — спокойно произнесла она. — Такое случается, когда ты становишься старше. Ты обязательно со всем разберёшься.
— Угу, — Луффи снова всхлипнул.
Робин снова улыбнулась, пригладив чёрные вихры. Кому, как не ей знать, что её капитан способен на многое. Даже разобраться в тайнах собственной души.
***</p>
Монки Ди заснул прямо на коленях археолога, пока та молча гладила его по голове. Это меньшее, что она могла сделать, но даже так Мугивара успокоился довольно быстро. Трафальгар-старший вышел из своего временного убежища.
— Нужно отнести его в каюту, — Робин подняла голову и посмотрела на Ло. При лунном свете он, действительно, выглядел старше, чем их Траффи. У внешних уголков глаз уже прослеживались едва различимые морщинки, а синяки под глазами стали немного больше и насыщеннее.
Хирург кивнул и взял Луффи на руки. Тот тихо сопел, обильно пуская слюни. Так и не скажешь, что это будущий Король Пиратов. Хотя и более взрослый Монки Ди не особо походил на образ самого яркого представителя худшего поколения, который сложился в головах у обитателей Гранд Лайн, не встречавшихся с ним лично.
Этот же Мугивара был немного легче своего предшественника, но не менее упрямее и безалаберней. Трафальгар чуть крепче прижал к себе младшего союзника. Возможно, это своеобразный шанс — ещё раз прожить то, с чего у них всё начиналось, перед разрывом альянса…
Добравшись до мужской каюты, Ло осторожно уложил уже начинающего храпеть Монки Ди на постель. Тот тут же свернулся калачиком, что-то пробормотав во сне. Хирург ещё пару секунд посмотрел на него, а затем почти невесомо пригладил чернявые вихры. Кто-то громко всхрапнул. Капитан Пиратов Сердца отдёрнул руку и быстро вышел из каюты.
На палубе его уже ждала археолог.
— Спасибо, что была с ним, Робин-я, — Трафальгар уперся локтями в перила, облокачиваясь на них.
— Всё в порядке, — Нико улыбнулась и тоже обратила свой взгляд на море. — Ло, скажи, в будущем разорвать альянс так трудно?
— Есть много нюансов, — хирург повёл плечами, — финансовый, в том числе.
— Так ты не можешь уйти из-за этого?
— Нет. В будущем новое Мировое правительство взяло под контроль все пиратские альянсы, чтобы лучше понимать, кто достоин их доверия, а кто нет. Если я просто уйду, без подписания договора, то можно забыть как о звании йонко, так и законном владением территории.
— Интересная схема, — археолог задумчиво посмотрела на тихо плещущиеся волны. — А можно личный вопрос?
Трафальгар кивнул.
— Это сложно?
— Что именно?
— Любить его?
— Вовсе нет, — Ло тоже опустил взгляд вниз. — Сложно понимать, что он чувствует то же самое, но продолжает вести себя как идиот.
Нико посмотрела на хирурга. Похоже, в будущем между этими двумя всё, действительно, не так просто. Но разве «Ди» из тех, кто сдаётся без боя?
— Спасибо, — негромко произнесла Робин, — что любишь его.
На лице Трафальгара появилась грустная полуулыбка. Начинало светать. На Санни Го начинался новый день, делая их всех ещё на один шаг ближе к туманному будущему…
***</p>
По зелёному густому лесу разлетались нежные мелодии. Тонкие пальцы быстро перебирали по клавишам стоявшего посреди небольшой поляны фортепиано. Ни щебет птиц, ни дуновение ветерка, не могли прервать музыку, так как их здесь больше не было, и навряд ли что-то подобное когда-нибудь здесь появится. В мире, где остался лишь один остров.
Шармель, вторая из Охотников, ускорила мелодию, сделав её более тревожной и мрачной. Чувство тотального одиночества приносило ей невероятное удовольствие. Мир, где нет ничего живого, мир, где нет ничего мёртвого. Никто не рождается, никто не умирает. Безвременье.
Закончив играть, девушка осторожно закрыла крышку инструмента. Позади неё раздались гулкие хлопки.
— Господин, вы уже здесь? — Шармель повернулась к человеку, что возглавлял Охотников, хотя «человек» — не самое подходящее слово. — Как всё прошло?
— Ещё одна ветвь стала прибежищем Безвременья, — сообщил тот, подходя к охотнице.
— Звучит крайне восхитительно, — девушка улыбнулась. — Уверена, О-Тоси будет в ярости.
— Поверь, она не опускается до подобного. Мнит себя вселенским законом баланса. Но это ненадолго, — глава Охотников коснулся фортепиано. Инструмент стремительно начал гнить, будто его время ускорилось в несколько тысяч раз.
— Какой Ваш следующий шаг, Господин? — Вторая с восторгом глядела на стареющее фортепиано.
— В прошлый раз О-Тоси удалось восстановить баланс быстрее, чем Истинная ветвь стала частью Безвременья, но этим она оказала нам большую услугу. Теперь Мугивары из прошлого и будущего попытаются прийти к синхронизации, чтобы остановить передвижение временного водоворота, а чем ближе они будут друг к другу, тем выше шанс, что куклы не смогут откатить их к Точке перемен. Если разберёмся с Мугиварами из прошлого, то и с будущими будет покончено.
— Тогда я немедленно отправлюсь за ними, — Шармель хищно улыбнулась.
— Стоит понимать, что ты уже решила, чья душа станет оплотом твоей силы?
— Трафальгар Ло, — охотница снова обратила взгляд к превращающемуся в пыль инструменту. — Даже не касаясь его, я отчётливо чувствовала колебания его души, хоть он и пытался это скрыть. Обещаю, в его терзаниях будут похоронены все Мугивары, без исключения.
— Не забывай, что оба Винсмоука должны остаться не тронутыми. Как доставишь их ко мне, я разорву связь времён, и тогда фрукт Контон-Контон будет нашим.
— Я поняла вас, господин, — девушка кивнула. — Я сделаю всё, чтобы вы приобрели достойное вас тело.
Глава охотников протянул ей руку. Стоило ей коснуться её, как она вмиг испарилась. Фортепиано окончательно стало лишь пылью под властью непоколебимого Времени.