Глава 158. Кандида Когтевран. Часть 5. Артефакт. (2/2)

— Да, но не только поэтому, я готова доверится тебе…

— Уже интересно и что же ещё вы увидели? — усмехнувшись, он выжидающе уставился на женщину.

— Твой ум, навыки и взгляд, который априори не может принадлежать простому «юноше» и то, что ты смог попасть сюда, уже говорит о многом, разве я не права? — слегка улыбнувшись, ответила дама, с лёгким интересом изучая реакцию юноши, в котором она видела, словно две личности: Салазара и Годрика, слились в одном человеке: его острый ум, холодный, рассудительный характер, аристократические черты лица, любовь к змеям, ей очень напомнили Слизерина; а взгляд, в котором не было присущего холода предыдущего, а был более тёплым, но с толикой равнодушия, навыки в рунологии и артефакторике, без которых невозможно было попасть в это место и телосложение, напомнили ей Гриффиндора. Кандида, чувствовала, что сидящий перед ней юноша, точно когда-нибудь превзойдёт её двух коллег, но знай аристократка правду, что он уже давно это сделал, она бы точно впала в прострацию и ещё не скоро пришла бы в себя.

— Понятно, так что же вы хотели попросить и что предложите взамен?

«Нахальством, он точно пошёл в Салазара», — устало вздохнув, подумала она, а после вслух добавила, — Моя просьба, наверное покажется тебе странной, да и я сама удивлена, что прошу об этом простого «юношу», который и школы не окончил…

— Уже одиннадцать часов вечера, говорите прямо, у меня занятия в девять начинаются.

— Цыц! Прояви хоть немного уважения к основателю своей школы! — строго отчеканила дама, словно на автомате, но, не увидев никакой реакции, она глубоко вздохнула и продолжила, — Я хочу попросить тебя, защитить это место, если когда-нибудь они вернутся и захотят закончить начатое.

— Думаете, те, кто это сделали, ещё живы?

— Я не знаю, но…

— Хорошо, я сделаю это, но что я получу взамен?

— Веди себя, хоть немного серьёзно… — заметив, какой-то, даже ребяческий интерес во взгляде стоящего перед ней «юноши», в её памяти всплыл один эпизод, когда Годрик, так же, как и он, с тем же взглядом просил дать ему диадему, чтобы изучить чары на ней и доставал её с этим около месяца, пока она не сдалась, и, непроизвольно, на её лице появилась еле заметная, ностальгическая улыбка, которую та быстро скрыла, под маской строгости, которой она пугала в своё время всех учеников школы, — Я дам тебе то, во что я вложила все свои навыки и хотела подарить собственной дочери, — упоминание последней, вновь вызвала на лице женщины печаль, — Не волнуйся, эту вещь, могут носить и мужчины, я хотела сделать её реликвией рода, но… не получилось, огромный вклад в создание этого артефакта внёс Годрик, а когда он закончил, то даже сказал, что это было одной из величайших его работ… — в это мгновение, одна из книг на полке вылетала с неё и устремилась в сторону алтаря и через секунду зависнув над ним, на ней вспыхнул волшебный круг, осветивший всё помещение золотым сиянием и ей в унисон, подобный так же загорелся на алтаре и из них выпорхнули две вещи, подлетевшие друг к другу и резко объединившиеся со стальным звоном, разносящимся по всему кабинету.

Перед Гридом завис железный значок, в форме герба, на котором был изображён орёл с широко распахнутыми крыльями на синем фоне.

— Этот артефакт, имеет все свойства, что и моя диадема, но в несколько раз лучше, именно над ним я работала последние сорок лет своей жизни, — с уверенностью и гордостью объясняла женщина, довольно наблюдая за «юношей», который словно изголодавшийся зверь, глазами пожирал магический предмет.

И реакция волшебника была небезосновательная, ведь предметов подобного уровня и с этими свойствами, даже в его мире не наберётся больше десяти тысяч, да и то почти каждый был в руке какого-нибудь «Великого Архимага». И причиной этого была сложность их изготовления, ведь одна малейшая ошибка и использующий его, мог просто сойти с ума, ведь беззащитный разум, был очень хрупкой вещью.

Поэтому предметы, способные снимать ограничения разума, были огромной редкостью, ведь помимо того, что он мог помочь с лёгкостью усваивать любой материал за считанные минуты, он помогал сдерживать и контролировать эмоции, что при применении определённых заклятий, к примеру, которое питалось гневом, оно могло помочь усилить его в несколько раз, из небольшого дуновения ветра, создать самый настоящий вихрь.

Но конечно, перед тем, как использовать подобную вещь, волшебник, собирался перебрать каждую руну и чары, чтобы точно убедиться, что она не превратит его в дурачка, ведь одно дело слабая диадема, которая бы потянула на артефакт ранга «Магистра» среднего ранга, а другое — этот значок, из-за своего небольшого размера, вполне мог достичь высшего ранга «Архимага», ему конечно не сравниться с лучшими работами подобного типа, но он точно бы занял как минимум конец списка.

Сжав его между большим и указательным пальцами, в другой руке Грида появилась небольшая, деревянная коробочка, куда он и убрал магический предмет, в глубине души уже с нетерпением ожидая, когда сможет приступить к его анализу.

— Хорошо, я клянусь, что защищу это место и никому не позволю его уничтожить, — со всей возможной серьёзность, поклялся Принц, твёрдо смотря в глазах женщины, которая в ответ слегка улыбнувшись, благодарно кивнула…

---</p>

Через несколько минут попрощавшись с основательницей и пообещав изредка навещать её, он покинул библиотеку Когтевран и направился обратно в гостиную, и когда они уже приближались к лестнице, Нагайна высунулась из-под мантии.

— А что произошло с дочерью Кандиды? — озадаченно спросила она, вспоминая странную реакцию портрета, на её упоминание.

— Её дочь, Хелена Когтевран, когда-то похитила диадему матери, надеясь превзойти ту, но у неё ничего не получилось, что неудивительно, ведь Кандида, сотню с лишним лет посвятила изучению всего, что только возможно, а та меньше пары лет и довольно быстро сдалась, а возвращаться уже было стыдно, поэтому, та спряталась в лесу Албании и чтобы вернуть дочь обратно, Кандида, отправила за ней своего слугу, помнишь приведение со странным париком и покрытым какой-то серебряной жидкостью костюмом, его ещё Кровавым Бароном называют? — задумавшись на несколько секунд, она кивнула, ведь когда-то они встречали его на астрономической башне, когда решили посмотреть на звёзды, он ещё издавал тогда какие-то странные звуки, — Ну вот, он нашёл её, но той было очень стыдно встречаться со своей матерью, поэтому она отказалась идти, а барон имел очень вспыльчивый характер и из-за отказа, тот заколол её, а после и сам покончил с собой, поняв, что натворил, так как он очень любил дочь Кандиды, — от подобного исхода, змея, с потрясением распахнула пасть, ведь это был слишком неожиданный конец, — Как-то так, поэтому она и не была особенно расстроена уничтожению диадемы.

— Это… неожиданно… — маледиктус, просто не находила слов, как комментировать это, — …и трагично…

— И не поспоришь, вот что делает неправильное воспитание, но мы же такого не допустим? — усмехнувшись, подмигнул он ей, чтобы немного развеять повисшее в воздухе напряжение и это просто отлично сработало, так как его накрыло с головой смущение, что пришло на смену печали, но при этом, она не стала ничего отвечать, а нырнула обратно под мантию и усердно стала тыкать его в бок, — Ладно-ладно, молчу… — звонко рассмеявшись, они продолжили двигаться в сторону подземелья, —  «Уже не терпится взяться за работу…»