Часть 1 «Кафе и опоздание» (2/2)

— Тебе двадцать семь, идиот, ты старше меня, — тяжело выдыхает Люцифер и устремляет свой взор на их друга, что все так же спокойно сидел, будто и не замечая всего этого представления.

А следом за ним оборачивается и Хисока, вдруг начиная стремительно приближаться.

— Иллуми, спаси меня! — около жалобно восклицает арлекин и почти накидывается на него с объятиями, но апперкот, что проносится в миллиметре от своей цели, заставляет его резко изменить направление.

— Отвали гей-педофил, — лениво протягивает Золдик, даже не глядя на друга, — мне вообще-то двадцать пять.

Сбитый с курса шут изящно разворачивается на каблуках, словно волчок, и снисходительно смотрит на чуть не нокаутировавшего его приятеля, расплываясь в легкой улыбке.

— Аккуратней нужно быть, Иллуми, — это, конечно, не совсем стандартное приветствие, но Моро никогда не против разнообразия в их жизни, — а то я же мог и не уклониться.

Мгновение спустя шут подходит ближе и садится за стол почти вплотную, подпирая рукой голову. Янтарные глаза с прищуром вглядываются в друга напротив.

— Если бы не увернулся, я бы тебе ещё раз врезал, — все ещё не удостаивая клоуна своим взглядом, спокойно отвечает Иллуми.

В глазах Хисоки начинают плясать бесята, а губы расплываются в хищной ухмылке: услышанное явно веселило или даже заводило его.

— Ты слышал это, Люци, — он знал как сильно бесило это прозвище его друга.

Куроро, что до этого стоял около стойки, делая заказ на всю компанию, обернулся на клоуна — о, эта прекрасная улыбочка и прикрытые глаза: теперь два человека в этом мире хотят ему врезать. Ну, что ж, фокуснику не привыкать.