Что-то тут не так... (1/2)
POV Андрей Сергеевич.
Откинувшись на спинку стула, я снял очки и устало потер переносицу.
Даже дома меня окружает работа.
Ненавистная школа! Я уже подумываю об увольнении.
Но, как мы знаем, чтобы найти работу престижнее, нужно иметь опыт за плечами, пусть и такой.
А это значит, что моя прерогатива — бумаги, бумаги, бумаги…
С моей квалификацией я мог найти место получше, что же, на данный момент выбор у меня отсутствует, но поиски работы не прекращу. Возможно, через пару лет займусь частной практикой…
Передо мной стопками лежат личные дела учеников и их работы, что я анализировал довольно долгое время. Но по факту больше раздражался: очень трудно вынести вердикт автору, если он работает по весьма распространенному принципу: «быстрее сделаю — быстрее свалю».
Что ж, никто и не обещал, что будет легко но.
Как, черт возьми, я вообще согласился на все это?
Прикрыв уставшие глаза, дабы дать им хоть какую-то возможность отдохнуть, я насладился тишиной. Но даже теперь что-то заставило меня вспомнить о сегодняшнем дне.
***</p>
Увидев свой портрет, я был крайне удивлен: неуверенные штрихи, но невообразимо «живые» линии.
Все это выдавало настоящего художника-виртуоза, правда немного неуверенного, гно в то же время, не зажатого. И совсем не сочеталось с образом этой странной девочки.
Неожиданно в распахнутую дверь моего кабинета постучали.
Я как на автомате сложил рисунок и положил в карман.
— Андрей Сергеевич, у Вас все в порядке? Настасья подчистила все свои долги? — знакомый писклявый голос заставил меня обернуться.
— Да. Все в порядке.
— Жаль ее! Хорошая была девка, а тут…
Она сочувственно вздохнула и закрыла за собой дверь.
И зачем, спрашивается, приходила?
— Ах, да! Я и совсем забыла! Екатерина Александровна, наш бывший психолог, оставила Вам адрес своей электронной почты на случай, если понадобиться ее совет, — позади меня раздался все тот же голос.
Я принял протянутый тетрадный лист, промолчав о том, что вся контактная информация у меня давным-давно имеется, как можно теплее поблагодарил коллегу за «труды» и в довершении всего с легкой полуулыбкой пожелал ей хорошего дня.
Но она почему-то совершенно не торопилась уходить, явно пропуская мимо ушей вполне конкретное «до свидания».
Поймав мой недоумевающий, как ей видимо показалось, взгляд, женщина с несколько наигранной улыбкой произнесла:
— Она заходила сегодня. Принесла несколько личных дел учеников, что брала дополнить. Хорошего вечера, Андрей Сергеевич.
После чего, громко цокая каблуками, наконец-то вышла вон.
***</p>
Ох, черт! Я совсем забыл про тот портрет!
Недолго думая, я достал из кармана сложенный альбомный лист. Развернув слегка помятую бумагу, я вновь удивился таланту Скворцовой.
Странно, как такая. кхем. неаккуратная во всех смыслах девочка может так рисовать?
Не став любоваться портретом, так как в данный момент, искусство не интересовало меня, я принялся за работу.
Итак, что мы имеем…
— Четкие и ровные штрихи выдают натуру, уравновешенную и терпеливую, — начал я рассуждать вслух, — а разный нажим — слегка импульсивную. Штриховка по спирали, что очень интересно и необычно (честно говоря, раньше такого вообще не видел, скорее всего, это — ее личная задумка, отличительная черта) — о хорошем творческом потенциале. В данном случае спирали указывают на то, что человек способен быстро менять направление мыслей, рассматривая разные варианты…
И вновь у меня не сходится: Скворцова производит впечатление запутанного, пессимистичного человека, уставшего от людей и, возможно, от жизни в обществе.
Что ж, первое впечатление бывает обманчиво.
Но с другой стороны — автор данного рисунка стремится защититься от проблем — это видно по ее отношению к поставленной задаче. На этом рисунке я сижу, как бы закрывшись от посторонних. Рисовавший, а вернее — рисовавшая, стремится всячески избегать контактов с внешним миром. А слишком неуверенные набросочные линии, едва различимые сквозь штриховку — озадачили меня ненашутку.
От дальнейших размышлений меня прервал звук оповещения на моем телефоне. Сняв блокировку, я открыл новое сообщение:
«Милый, сегодня в Театральном была такая скука! Я чуть не умерла! «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте!» Пффффффф, ну да, ну да, как же! Знаешь, такое ощущение, что меня окружают одни идиоты! В общем, буду ждать тебя в нашем ресторанчике в 20.00. Целую.»
«Снова она», — подумал я и, посмотрев на часы, нехотя стал собираться.
***</p>
Удобно расположившись за столиком и в который раз взглянув на наручные часы, я понял, что уже более четверти часа провел в «Дюма». Это маленький, уютный и не совсем дешевый ресторанчик. Проще говоря, «миленькое местечко». По ее словам, разумеется.
Устав сидеть без дела, я неосознанно начал смотреть по сторонам. Стены цвета кофе с молоком были увешаны однотипными картинами с изображением каких-то цветов; на потолке висели четыре небольшие люстры, видимо хрустальные; за стойкой со скучающим видом стоял администратор: было необычно немноголюдно этим вечером.