Глава 4. Неприятности на пути (2/2)

Алекс усмехнулся, явно оценив достойный контрответ от принцессы, и протянул ей руку. Агата немного помедлила, но всё же вложила свою ладонь в его, и они исчезли, уходя магическим путём к месту сбора.

Принцы и принцессы переместились недалеко от тихого городка Гандия и решили, что это место отлично подойдёт, чтобы прийти в себя. На их удачу, свободных мест в уютном отеле на окраине города оказалось предостаточно, и не пришлось тесниться в совместных номерах. Время было уже ближе к ночи и, отужинав в ресторане при отеле, все разошлись, чтобы отдохнуть.

Никкаль не могла уснуть. С момента её провала на поле боя она не проронила ни слова. Неудача истязала её, а слёзы подступали к глазам. Дать выход эмоциям было необходимо, но Ника побоялась, что её могут услышать, и незаметно выскользнула из своего номера. Практически бегом она добралась до небольшого сада на заднем дворе отеля. Ника присела на лавочку, заозиралась по сторонам и, убедившись, что находится одна, дала волю эмоциям, разрыдавшись. Она не справилась. Её сестры сумели обуздать свою силу и помочь в бою с прислужниками тьмы, а она не смогла, и Син чуть не пострадал из-за её оплошности. Это душило её, и в памяти всплыло воспоминание, сыграв с ней злую шутку и вернув на три года назад.

Никкаль шла по коридорам детского дома, зачитавшись очередной книгой про магию и волшебство. Она была так увлечена сюжетом, что не заметила сверстников, догнавших её. Кто-то грубо толкнул Нику в спину, и она упала на четвереньки, больно ударив колени и выронив книгу. Толпа окружила её.

— Вы только посмотрите на неё, магия не спасла её от силы притяжения, — сказала одна из сверстниц, и остальные противно рассмеялись.

— Что я тебе сделала, Джина? — поднявшись с колен, с обидой спросила Никкаль.

— Да тебе и делать ничего не нужно, ты просто раздражаешь меня своей никчёмностью.

— И в чём же я никчёмная?

— Только и делаешь, что читаешь свои книжки да витаешь в облаках, а проку от тебя ноль, даже в учёбе ты посредственность. Тебе никогда ничего не добиться! — с отвращением бросила Джина и, подняв книгу, начала рвать её на глазах у Никкаль.

Ника попыталась ей помешать, ведь она с таким трудом достала её, но её грубо остановил парень Джины, дёрнув за руку.

— Не трогай меня, Чарли! — прошипела Ника, выдернув свою руку.

— А то что, крошка Никкаль, побьёшь меня? — ответил он, недобро усмехнувшись.

И компания снова залилась мерзким хохотом. К этому моменту Джина уже расправилась с книгой и, посмотрев на Никки с презрением, бросила:

— Ты тут совсем одна и ничего нам не сделаешь! Ты никто и никогда никем не станешь! — Она бросила в Никкаль уничтоженную книгу и увела свою компанию за собой.

Никки осела на пол, собирая страницы, и горько заплакала.

— Никчёмная! Абсолютно никчёмная! — прокричала она вслух, содрогаясь от рыданий, и с силой ударив по лавке.

— Госпожа, почему ты плачешь? У тебя что-то болит? — раздался голос из-за спины.

Никки подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась к говорившему.

— Син, зачем так пугать и подкрадываться! — пошла она в наступление, пытаясь скрыть свои слёзы.

— Прости, я не хотел тебя пугать. И я не крался. Ты была слишком чем-то расстроена и не заметила, как я подошёл.

— А почему ты не в отеле? Я думала, все уже давно спят, — продолжила она переводить тему.

— Полагаю, что так и есть, но я не мог уснуть и вышел подышать свежим воздухом, а потом услышал плач и пошёл проверить. Ты расскажешь, в чём дело? Может, я смогу чем-то помочь?

Син смотрел на неё с таким беспокойством и так искренне всё это сказал, что Никкаль впервые за долгие годы решила с кем-то поделиться своими переживаниями, а не вновь оставить их глубоко в юной, но уже такой израненной душе.

— Я не смогла помочь, оказалась ни на что негодной, — хрипло ответила она, пытаясь подавить вновь подступившие слёзы.

— Госпожа, это не так. Ты очень полезна, но в стрессовой ситуации не всегда получается быстро сосредоточиться.

— У Мэй и Агаты получилось, а я…я не справилась… — спрятала она в ладонях лицо, по которому снова побежали солёные дорожки из слёз.

Син был в растерянности. Ему было больно видеть её такой и очень хотелось утешить. Поддавшись этому чувству, он сел с ней рядом на лавочку и немного неловко приобнял одной рукой за подрагивающие плечи. Син переживал, что Никкаль может воспринять этот жест неприемлемым, но стоило ей почувствовать его близость, как она нырнула в его объятия, уткнувшись носом ему в грудь.

В первые секунды Син сильно смутился и очень напрягся, но Никки продолжала плакать. Желание её успокоить оказалось сильнее неловкости момента, и он чуть крепче прижал её к себе, начав поглаживать по спине. Это помогло: Никкаль начала понемногу успокаиваться. Уже минут через пять принцесса перестала всхлипывать и подняла на Сина свои заплаканные глаза.

Стоило их взглядам встретиться, как он потерялся. Омут её медовых глаз пленил его. Кажется, он даже затаил дыхание, не в силах отвести взор. Время замедлилось. В реальности прошло всего несколько секунд, а Сину казалось, что в её расширенных зрачках он видит всё, что она пережила за эти годы и ещё не успела ему рассказать.

Никки шумно выдохнула, приоткрывая чувственные губы. Син машинально посмотрел на них и сглотнул. Сердце забилось в бешеном ритме. Она была так близко, в его объятиях. Её собственный запах, схожий для него с едва уловимым ароматом спелой малины, дурманил голову. Син перестал здраво мыслить и инстинктивно наклонился чуть ниже, преодолевая половину расстояния, что их разделяло. Ника облизала пересохшие губы, окончательно сводя Сина с ума, и потянулась к нему навстречу. Ещё доля секунды, и они бы слились в нежном поцелуе, но их губы не успели встретиться: послышались приближающиеся шаги.

Син и Никкаль резко отпрянули друг от друга. Дыхание обоих было неровным. Принц развернулся, пряча принцессу за своей спиной. Он встал в оборонительную позу, готовый вступить в бой, если понадобится. Принцесса замерла в лёгком испуге. На узкой, хорошо освещённой тропинке сада показался хозяин отеля, и Син с Никой выдохнули с облегчением.

— Доброй ночи, palomas (голубки), — расплывшись в озорной улыбке, поздоровался мужчина.

Никкаль нервно хихикнула на такое его обращение к ним, Син же удивлённо вздёрнул бровь, не поняв иностранного слова.

— Доброй ночи, сеньор Карлос, — поздоровалась в ответ Никкаль, показавшись из-за спины Сина.

— Рауль, моя дорогая. Прошу, называй меня Рауль, — ещё шире улыбаясь, завидев её, попросил мужчина.

— Договорились, Рауль, — улыбнулась Никкаль в ответ.

— Я не помешал вам? — с хитрым прищуром посмотрев на пару, поинтересовался мужчина.

— Нет-нет, всё в порядке. Мы как раз собирались уже уходить. Просто вышли немного подышать свежим воздухом перед сном, — краснея, протараторила Ника и, схватив Сина за руку, потащила в отель. Он даже не сопротивлялся.

— Тогда доброй ночи, palomas, — сказал Рауль вдогонку Сину и Никкаль.

— Ага, и вам, — не оборачиваясь, ответила Ника, ещё ускорив шаг, надеясь, что лёгкий ветерок остудит её пылающие щёки.

Никкаль замедлилась лишь в коридоре отеля и поняла, что до сих пор держит Сина за руку, а тот и не думает сопротивляться. Уже около двери своего номера она мягко высвободила свою ладонь из его и взглянула на Сина. Поборов лёгкое смущение, Ника сказала:

— Спасибо, что успокоил меня.

— Не за что. Мне было горько смотреть на твои слёзы, – честно ответил принц.

Слова Сина опять заставили щёки Ники заалеть, но она нашла в себе силы продолжить разговор.

— Только пообещай мне, что никому не расскажешь о причине моих слёз в саду.

— Обещаю, — не колеблясь, ответил Син, а потом уже не так уверенно добавил: — И, если хочешь, с концентрацией я могу помочь, я знаю одно очень действенное упражнение.

— Конечно хочу, ты ещё спрашиваешь! Когда покажешь? — оживилась она.

— Можно попробовать завтра днём, — пожал он плечами.

— Нет! Днём не подойдёт. Давай вечером, после отбоя. Не хочу, чтобы все знали, что у меня ничего не выходит.

— Хорошо. Значит, вечером на том же месте в саду? — немного неуверенно уточнил Син.

— Да, — улыбнувшись, ответила Ника, открывая дверь номера.

— Доброй ночи, Никкаль.

— Доброй ночи, Син, — эхом отозвалась она, закрывая за собой дверь.

Син шёл по коридору в сторону своего номера, а в голове вертелась лишь одна мысль:

«Это что сейчас было в саду? Я чуть не поцеловал Никкаль? Это плохо, очень плохо, и с этим нужно что-то делать! В противном случае, мне лучше не возвращаться домой».