Часть 28 (2/2)

После этого их довольно мирная и даже шутливая перепалка подошла к логическому заключению, хотя и «перепалкой» её Гермиона и Гарри могли бы назвать с трудом. Разлив ещё какое-то количество зелья по бутылочкам и наложив чары невидимости и стазис на остальной котёл, Грейнджер кивнула другу, что готова возвращаться.

Поттер испробовал сыворотку в тот же вечер и оказался совершенно прав. Ему даже не нужно было допрашивать Невилла: дневник стащил Рональд Уизли. Все было очень предсказуемо.

Джинни уже давно вздыхала по Поттеру, и поэтому постоянно не спускала с него глаз. Девочка очень быстро заметила, что периодически Гарри и Грейнджер передают друг другу какую-то тетрадку. Естественно, всегда любознательная Джинни попросила брата стащить для неё эту тетрадку, потому что логически предположила, что это дневник. Рональд сделал так, как ему было указано.

Выслушав признание лучшего друга из прошлой жизни, Поттер устало закатил глаза. Теория «эффекта бабочки» в его сознании все прочнее заменялась совершенно другим афоризмом: «от судьбы не уйдёшь». Дневник Тома Реддла вновь попал в руки Джинни Уизли, и история упрямо повторяла саму себя.

Грейнджер тоже была не в восторге от подобного развития событий, устало покачав головой, когда за завтраком Гарри поделился с ней своими открытиями. Они как раз договаривались встретиться после уроков, чтобы обсудить план дальнейших действий, когда вновь вмешалась Госпожа Судьба.

Драко Малфой сидел за столом Слизерина, уже привычно не спуская глаз с парочки современников, которые сегодня выглядели так, словно собирались на свидание с Тёмным Лордом.

Сказать по правде, Драко совершенно не смог бы припомнить, в какой именно момент в их прошлой жизни исчезла Джинни Уизли, да и вообще все события начинали слегка путаться в голове. Малфой находил это совершенно раздражающим, и уже не в первый раз задавался вопросом, если Грейнджер и Поттер тоже испытывают аналогичные неудобства.

Впрочем, Драко уже успел провести параллель между туманом, который начинал покрывать события их прошлой жизни, и моментом перемещения. Все детали помнились намного ярче в его детстве, теперь же события приобретали весьма размытые характеристики.

Драко прекрасно знал, что его первый магический выброс – то самое время перемещения в прошлое – был по статистическим данным волшебного мира не самым ранним, но и не позже всех. Интересно, как давно здесь Поттер? Да и Грейнджер всегда отличалась тем, что умудрилась быть первой. В каком возрасте переместилась она?

Впрочем, размышления Малфоя, как и планы Грейнджер и Поттера, были подрезаны на корню прозвучавшим, словно гром среди ясного неба, объявлением. Джинни Уизли пропала. В коридоре, на том самом месте, где теперь регулярно появлялись угрозы, выведенные кровавыми буквами, утром было обнаружено очередное послание: Джинни была в тайной комнате и её кости там останутся навечно.

Директор ещё не закончил говорить, а Поттер уже решительно поднялся с места и направился к выходу. Грейнджер последовала за ним менее, чем через мгновение. Малфой проводил их долгим взглядом и бросился к выходу, но прежде, чем мог скрыться за углом следом за современниками, на его плечо опустилась тяжёлая рука Снейпа.

– Мистер Малфой, следуйте за мной.

– Профессор, – мысленно взвыв от того, насколько внимание собственного декана было сейчас не вовремя, Драко всё-таки взял себя в руки и последовал за преподавателем.

– Что вам известно обо всём этом? – Северус Снейп прищурился.

– Абсолютно ничего, сэр, – Малфой поднял глаза и, призвав все свои способности к окклеменции, напрямую встретил взгляд зельевара.

Драко прекрасно знал, что Северус не будет сейчас пробиваться через его защитные барьеры, в этом Малфой был совершенно уверен. Это вообще не приветствуется у детей, а если ребенок ещё и показывает какое-либо сопротивление... Снейп никогда не отмоется, если в результате его «проб» останется повреждение головного мозга.

Впрочем, судя по всему, Северус остался удовлетворён результатами поверхностного сканирования. Малфой вновь про себя хмыкнул: декан Слизерина и представить себе не мог, что какой-то двенадцатилетний сопляк мог к этому моменту уже не только натаскаться в окклеменции, но оказать ему серьезное сопротивление. Что ж, как любила говорить в прошлой жизни Грейнджер, знание – сила, а как раз знаний на данный момент декану и не хватало.

Впрочем, к тому моменту, когда Снейп позволил ему уйти, след Поттера и Грейнджер уже буквально простыл. Драко представить себе не мог, где их искать, хотя и проверил несколько излюбленных парочкой мест: туалет Плаксы Миртл, удалённую лужайку возле чёрного озера и пару-тройку заброшенных классных комнат.

– Гарри, мне кажется, нам нужно всё-таки хорошенько обдумать детали, – смертельно бледная, Гермиона смотрела в самые зрачки лучшего друга. – Мы не можем просто с бухты-барахты скатиться в эту Тайную Комнату и, надеясь непонятно на что, атаковать василиска.

– Наоборот, Гермиона, – Поттер ударил кулаком по столу в спальне мальчиков. – Сейчас самое время. Во-первых, чем дольше Джинни находится в тайной комнате, чем сильнее становится Том Реддл, и тем сложнее может быть его победить. Более того, все остальные события, которые предшествовали этому моменту в прошлой жизни, уже произошли. Люциус удостоверился, что можно снова свалить всю вину на Хагрида. Я был в его хижине в нужное время, и Дамблдор вновь пообещал мне, что «в Хогвартсе помощь будет оказана тем, кто в ней нуждается». А перед тем, как покинуть Большой зал, – Поттер вновь покачал головой. – Я успел заметить за дверьми несколько авроров в штатском. Просто поверь мне на слово, Дамблдора уже забрали в Визенгамонт для разбирательств. Все фигуры на шахматной доске вновь в той же позиции, как и в прошлый раз.

– За некоторыми исключениями, конечно же, – на грани слуха прошептала Гермиона. – Я не в волшебной коме, а Рональд с тобой не пойдёт.

– И Локхарта на этот раз я прихватывать с собой тоже не намерен, – хмыкнул Гарри, заканчивая за подругой фразу, но тут же при виде выражения лица Грейнджер стал серьезным. – Гермиона, не беспокойся. Все будет хорошо. Я знаю, что делаю.