Twelve (2/2)
— Здесь мои друзья и близкие, я их не брошу. Да возможно я веду себя по-детски, но Юдзиро, я и есть ребёнок. Хоть и рано повзрослевший.
— Мы оба понимаем, как смерть матери и брата с сестрой сказалась на тебе… Просто… Я правда хочу наладить наши взаимоотношения, и показать, что не только Япония может быть прекрасна… Та и думаю не стоит забывать и о культурной родине…
— Не смотря на то, что наша мама не является японкой, она все равно не пыталась меня насильно приучить своим культурным традициям. Я выросла как японка и узжать из страны на долгое время не хочу. — Юки вздыхает и собирается к выходу, чтобы закончить этот разговор не имеющий как такового смысла. Юдзиро берет её за кисть, пытаясь так остановить девушку. — Отпусти. — Холодным тоном произносит Ямамото и нащупывает в кармане толстовки балончик с перцовкой. Самое безобидное, что у неё есть с собой.
— И всё же сейчас ты показываешь себя не как истинная японка.
— Ты что о себе возомнил? — Кейске появляется молниеносно. И быстро разорвав хватку юноши, заводит Юки за спину, совершенно не беспокоясь о том, что сейчас он нарушил личные границы девушки. — Неужели подраться хочется?
— Кейске, не стоит. — Юки берётся за левую руку Баджи, в надежде как-то успокоить темноволосого от будущего боя. — Я бы и сама справилась.
— Ты её парень? — Всё так же на корявом японском спрашивает Юдзиро и с лёгким интересом рассматривает защитника своей сестры. — Неожиданный типаж, конечно. Береги её. — Усмехнувшись произносит Юдзиро и поклонившись уходит с кладбища.
— Ты в порядке?
— Да. — Юки кладёт левую ладонь на свой лоб, хмурясь. Ей не нравится тот факт, что её единоутробные брат и сестра решили объявиться. — Просто немного в смятении.
— Пойдем проветримся. А то ты как-то побледнела. — Кейске обнимает Юки буквально несколько секунд, и отходит в сторону, когда замечает, что девушка задумчиво смотрит в сторону могилы её близких. — Юки? — Девушка закусывает внутреннюю сторону щеки, чувствуя как слезы текут по её щекам. Баджи вздыхает и подойдя поближе чуть присаживается, чтобы бить на одном уровне с подругой. — Иди сюда. — Сейчас темноволосый юноша выглядит совершенно по иному. Не устращающе, как несколько минут назад при разговоре с человеком называющим себя братом Юки…
— Я так и думала что-то произойдёт. — Она шмыгает носом и прижимается к Кейске словно три с лишним года назад, когда Юки чуть ли не проводила сутками на кладбище рядом с родными. Баджи старается быть мягче и не приносить дискомфорта девушке. — Баджи… Пообещай пожалуйста, что несмотря ни на что ты не станешь жертвовать собой ради чего или … — Всхлип и Юки рвано вздыхает, чувствуя дурное предчувствие. Хоть Ямамото и не договорила, они оба поняли что именно было несказанно.
— Обещаю. Поехали покатаемся, это место сильно влияет на тебя. — Юки сейчас выглядит как хрупкая кукла и практически не шевелится, пребывая в своих мыслях. Поэтому Кейске осторожно взяв подругу на руки идёт к своему мотоциклу.
— Спасибо тебе за всё, что ты делаешь для меня. Если бы не ты, я бы давно находилась рядом с мамой и братом с сестрой. — Баджи садится на водительское место и Ямамото крепко обнимает его со спины.
— Прекрати начинать эту тему, Юки. Мне бы совесть не дала бы спокойно спать… Давай закроем эту тему и поедем в кафе поедим? — Со спины слышится не громкое угу и Кейске заводит мотор мотоцикла, трогаясь с места.