Часть 18 (2/2)

Элиосу повезло, что он не видел этих всех любовных сцен и страстей. Зато он увидел распластавшегося на полу, возле его ложа, юного элиотида, который спал у его ног, как собака. Титан вспомнил, что недавно Калео едва не покончил с собой и решил, что вчера хватил лишнего, так накричав на него.

— Калео, — спокойно сказал Элиос, — почему ты тут спишь?

Парень открыл глаза и посмотрел на титана.

— Потому что ты прогнал меня. Почему, Элиос, что я сделал не так, чем провинился перед тобой?

— Извини, просто я был не в духе, меня все раздрожало, — сказал титан, поднимая юного элиотида с пола. — Как ты чувствуешь себя?

— Нормально.

— Тогда можешь приступать к своим обязанностям.

— Да, слушаюсь! — Калео вскочил, чтобы привести в порядок своего господина, он был готов, как никогда.

Он краснел больше обычного при виде обнаженного титана, который принимал ванну.

— Потри мне спину хорошо, в чем дело?

— Да, господин, — сказал парень, пытаясь унять дрожь в руках. Прикосновения юного элиотида к его коже были такие нежные, что титан начал возбуждаться. Мысли унесли его далеко, к воспоминаниям о Микэле. Элиос поймал руку Калео и прижал к себе, думая о возлюбленном элиотиде. Воспринявший порыв титана на свой счёт, Калео прижался к нему, положив белокурую голову на мощное плечо.

Эиринн молил всех богов, чтобы Дорис больше не пришёл и оставил его в покое, но элиотид навещал его каждый день. Парень устал от терзающей его боли, в каждом жесте Дориса он чувствовал издевку над собой. Он боялся привязаться и быть покинутым, осмеянным. Чувства к прекрасному элиотиду, не смотря на протест, каждый день расцветали как невиданный паучий цветок, безвозвратно затягивающий в свои сети.

— Зачем ты пришёл? — спросил Эиринн, пытаясь не смотреть на него.

— Наблюдаю, как ты занимаешься сельским хозяйством, — улыбнулся элиотид. С белыми, частично собранными на затылке волосами, в белых с золотой подборкой одеждах, которую носили элиотиды, с идеальными чертами лица, он был ослепителен.

— Ты потерял лучшего друга, напуган гневом Элиоса, разочарован в любви, все, что тебе осталось — заниматься сельским хозяйством, уход за растениями успокаивает нервы, не так ли?

— Прекрати! — Эиринн не выдержал. — У тебя нет иного развлечения, как издеваться надо мной, приходя сюда каждый день?

— Издеваться? Так ты признаешь, что небезразличен ко мне? — элиотид схватил и прижал его к себе, заглядывая прямо в глаза. У парня не было больше сил.

— Да, признаю! Может теперь ты насытишься моим унижением и оставишь в покое?

— Дурак, — проговорил элиотид, прижав его так, что не было возможности пошевелиться, — если бы мне было все равно, думаешь, стал бы я, элиотид, приходить сюда каждый день? Думаешь, мне больше заняться нечем? В чем проблема, в том, что я был груб и причинял тебе боль? Хочешь ласки и нежности, ты получишь их.

— Проблема в том, что я больше не хочу быть твоей игрушкой, а отказ так разжигает желание тех, кто привык добиваться своего, не так ли?