13 (2/2)

— Пусть твои люди фотографируют всех, с кем он встречается. Когда собрание повторится, я хочу знать, кто на нем присутствовал.

— Если мы на верном пути, это значит, что либо АйЭм действует от имени твоего дяди, либо он сам сидит в совете. И странно, что сразу после этого в новостях дали информацию о компании Кан.

— Но дядя не может быть в совете. Я знаю, что сейчас у него дела хуже, чем раньше. Ему незачем было бы разыгрывать такой спектакль, только чтобы скрыть тот факт, что у него там место.

— Значит, он намеренно подослал к нам человека из совета. Или есть что-то еще. Этот АйЭм занимается не только наркотиками, но и оружием. Все самые грязные дела города проходят через него.

С улицы донесся громкий мужской голос, и Дженни пошла посмотреть — это был Джин. Он был одет солидно, как с обложки журнала мод, в черной рубашке и брюках, хотя в последнюю их встречу было видно, что он собирался наспех.

— Они доехали тихо. Не волнуйся, хен. Аджумма ее встретила.

— Отошли кого-нибудь проверить, что на районе. Только не привлекая внимания. И узнай, где Тэхен, — распорядился Джин и вошел в дом, не заметив Дженни на балконе.

Потом его голос послышался в доме, и Дженни приоткрыла дверь.

— Мама! — Джин стремительно поднялся на второй этаж, но увидел Дженни. Он приветственно кивнул ей, и вышла госпожа Ю. — Тэхен послал меня. Вам ничего не нужно? — Он обнял мать за плечи.

— Нет, ничего не нужно. Лучше останься дома, сынок, — сказала госпожа Ю, — пока в квартале суматоха. Лучше бы и Намджун вернулся домой.

— Ему ничего не грозит, если он уедет из города, — ответил Джин. Отстранившись от матери, он добавил: — А ты в порядке, Дженни?

Она в ответ рассеянно кивнула, не привыкнув, чтобы малознакомые люди так волновались за нее. Дженни не считала, что заслуживала этого. Госпожа Ю спустилась вниз наложить Джину поесть, а он, воспользовавшись ее отсутствием, вошел в комнату, чтобы поговорить с Дженни. Лицо у него было хмурое и сосредоточенное, и Дженни решила, что сейчас он будет ее отчитывать, но он сказал:

— Полиция приехала по анонимному донесению. Они устроили обыск в одном из наших заведений, но они ничего не найдут. Не переживай. — Он улыбнулся.

Но это было еще хуже, чем если бы полиция приехала за ней. Потому что это означало, что враг для начала решил взяться за ее окружение. Он хотел показать, что даже знает, где она находится. Очевидно, установлена слежка, и, даже если Дженни удастся избавиться от полиции, ей не позволят переправить товар. Видимо, она подобралась к врагу ближе, чем думала.

— Кто мог донести на вас? — сказала Дженни, надеясь, что у Джина есть ответ, совершенно не похожий на ее.

— У нас много недоброжелателей. Если у нас не стреляют так часто, как в твоем районе, это вовсе не значит, что здесь действительно спокойно, — сказал он. Ему позвонили, и он, поговорив лишь несколько секунд, добавил: — Юнги вывезли с района, пока полиция в центре. А ты будь здесь до прихода Тэхена.

Дженни снова оказалась запертой в доме Тэхена. Загнанная в ловушку, она не находила себе места и мерила шагами комнату, периодически выглядывая с балкона. Юнги сообщил, что пока пересидит у докторши Соен. Дженни позвонила Чимину, попросила съездить в порт Инчхона и узнать, что с корабельщиками. Чимин, хоть и сказал, что сейчас вряд ли подходящее время, отправился исполнять поручение. В офисе была полиция — предъявить им было особо нечего, но они все равно искали Мин Юнги. Розэ делала то, что ей велели, — повторяла, что ничего не знает, а босса нет на месте. Дядя Хэджун сказал, что Мин Юнги хотят предъявить обвинение в мошенничестве — он ставил в документах подписи покойного, — но он поговорит с человеком, который замнет дело. И это было хорошей новостью — если бы вскрылись дела, связанные с оборотом наркотиков, даже дядя не смог бы ей помочь.

— Даже в такой ситуации ты не перестаешь быть боссом.

Дженни вздрогнула, заметив Тэхена в дверях. Она с удобством расположилась на его кровати — раскрыла ноутбук, выложила ежедневник. Вскочив с места, она бросилась к нему, но застыла в нерешительности — выглядело это неловко, будто Дженни собиралась обнять его, но передумала.

— Ты же в порядке? Ты избавился от полиции? — спросила она, притворившись, что сама ничего не заметила. — Нет никаких проблем? Джин сказал, что был донос…

— И я даже знаю, кто может за этим стоять, — ответил Тэхен. Он сел на кровать, а Дженни села рядом, на самый край.

— И ты думаешь, что это не связано со мной?

— Если бы это было связано с тобой, они, наверное, забрали бы тебя, — сказал он с улыбкой, но Дженни все равно не поверила, что он действительно так считает. Наверное, он просто хотел успокоить ее, или у него есть свои мысли, в которые он не хочет посвящать ее. — У нас тоже есть враги. И, чем выше забираешься, тем больше их становится, понимаешь?

— Поэтому я предпочитаю держать врагов поближе.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду меня.

Он снова улыбнулся, а Дженни сказала:

— Нет, мы с тобой теперь друзья. И, видимо, даже большее. По крайней мере, так считает госпожа Ю!

Усмехнувшись, Тэхен сказал:

— Не знаю, смог бы я объяснить ей, почему ты на самом деле в бегах.

Настала пауза, и Дженни, чтобы не молчать, сказала:

— Мне нравится твой дом. Здесь очень тихо и уютно.

— Хочешь, оставайся, — заявил он с серьезным лицом, даже не улыбаясь.

— Нет, я не могу больше злоупотреблять твоим гостеприимством, — сказала Дженни и решительно встала с кровати. — Послушай, мне совсем не кажется, что полиция приехала сюда случайно. Я боюсь, что из-за меня у тебя появятся проблемы.

— Тебе не нужно бояться за меня. Наоборот, это я должен бояться за тебя. На твоего человека вышла полиция, и тебе даже некуда идти.

— У меня все еще есть квартира, а я не в розыске, — ответила Дженни, но неуверенно. Удастся ли Юнги выпутаться?

— Не думаешь же ты, что я отпущу тебя туда, — сказал Тэхен и, видимо, устав за день, удобно прилег на кровать рядом с разбросанными вещами Дженни, и принял совсем непринужденный вид. Дженни стояла возле него в растерянности. — Тебе нельзя ничего предпринимать, пока вопрос Юнги не будет улажен.

Дженни не знала, как ответить, привыкшая к тому, что это она раздает всем указания, а не наоборот. У нее уже был план, и в нем не было места возражениям Тэхена.

— И все-таки я вернусь домой, — нерешительно сказала Дженни и стала убирать вещи в сумку. — Попроси кого-нибудь из своих людей вывезти меня с района. Я бы вызвала своих ребят, но вы ведь их не пускаете…

Тэхен промолчал и снисходительно улыбнулся, видимо, не собираясь исполнять поручение. Подумав, он сказал:

— А как ты объяснишь моей матери, куда собралась в такое время? — Было уже темно. — Я рассказал ей, что на тебя напали, поэтому она не позволит тебе уйти и будет права. Может, ты послушаешь хотя бы ее? — Заметив ее замешательство, он добавил: — Мне не будет спокойно, если ты уйдешь.

— Можешь снова приставить ко мне человека, если хочешь! — спорила Дженни.

— Если тебя смущает оставаться со мной в одной комнате, то не волнуйся. Сегодня ночью я уйду. У нас с Джин-хеном дело. А если я вернусь, то лягу на диване. — В комнате еще стояла небольшая софа, и Дженни решила, что вряд ли Тэхен смог бы там уместиться.

— Меня не это смущает, — ответила Дженни и отложила сумку. — Ты должен знать, что я не откажусь от своей затеи. Столько людей погибло, помогая мне, и ради всего этого погиб мой брат. Если я сейчас сдамся, все будет зря.

— Ну, посмотрим, — бросил Тэхен и, повернувшись на бок, обнял подушку. — Я отдохну минут двадцать, ладно? Нам с Джин-хеном скоро выходить. — Снова став несерьезным, он добавил, улыбаясь: — А ты можешь остаться и посмотреть, как я сплю.

— Нет, я лучше позвоню своим людям, — ответила Дженни по пути на балкон и улыбнулась, только закрыв за собой дверь. А потом она оглянулась — он увидел.