Часть 4. Кровь Глава 4. Место, где всё началось (2/2)

Из руки Адама вырос клинок, точнее сама его рука стала клинком.

― Ты ведь знаешь, что это? Это убийца шевалье. Его лезвие испускает мелкие вибрации и не даёт рассечённой плоти хироптеры срастись обратно, ― Адам улыбнулся, но в его глазах не было тепла ― только холодные багровые отсветы.

А потом он пропал из виду.

Снова вспышка. Она едва успела парировать удар и отвести его.

Острый, проворный и явно привычный клинок. Судя внешности, перед ней был подросток примерно её лет. Но он слишком искусно сражался. У него явно было намного больше опыта, чему Хибики, словно ему много раз приходилось сражаться со своими сородичами…― Что, странно, правда? Хочешь, я расскажу? ― меч Адама снова стремительно поднялся в воздух, и Хибики едва удалось его отразить. ― Насколько я знаю, некогда я был шевалье Дивы. Но однажды я умер. Кровь Саи убила меня. Но мой старший собрат по имени Амшель, вынул из моего каменеющего тела мозг и попытался воскресить меня. Он поручил это Айстону Коллинзу, бывшему заместителю командующего “Красного щита”, которому всё равно некуда было податься. Но умер и Амшель. Погиб от рук шевалье Саи. Коллинз продолжал исследования в лаборатории, которую Амшель ему предоставил. С помощью крови Сиф и остатков крови Дивы ему кое-как удалось восстановить моё тело, пусть и в облике младенца. Тогда он и начал называть меня “Малыш Соломон”.

― Соломон…― Да. Шевалье Дивы. Но знаешь, мне никогда не нравилось это имя. Ведь он однажды уже умер. А королём может стать только сильнейший. Он не подходил для того, чтобы быть рядом с королевой. Ради новой королевы я должен был устранить опасную для неё кровь. В этом смысл моей жизни. Ради этого я заполучил “Красный щит”.

― И назвался Адамом?― Просто чтобы получить достаточно силы. Для этого проще всего было прибрать к рукам Голдшмидтов. Но как шевалье я ещё был несовершенен. Моё тело, подобное человеческому, ещё не выросло окончательно. Я ещё мог изменить своё лицо, но не телосложение. Видишь Дэвида… ах, нет, сейчас он Чарльз, кажется...играющего с хироптерами? Я выдал себя за его сына. Адам был любимчиком главы “Красного щита” Джоэля Голдшмидта, и всегда находился при нём. У Джоэля не было детей, и он наверняка собирался сделать его следующим Джоэлем.

Раздался грохот: израненный хироптерами Чарльз улучил момент и снова выстрелил. Пуля вспышкой проскользнула мимо Адама и скрылась во тьме. В этот же момент клинок Адама обрушился на плечо Чарльза: в мгновение ока он переместился тому за спину.― Гх…― Вот это да. Даже это не заставило тебя закричать. Меньшего от предыдущего Дэвида и ждать не стоило. Хотя твой сынок-наследник и сгинул вместе с Сиф.

Лулу, дравшаяся с хироптерами, обернулась.― Чарльз!Она бросилась к нему, но путь ей преградили Сиф.― Любой Дэвид ― благородный воин и не сдаётся до последнего ,― позволив клинку-убийце шевалье вонзиться ещё глубже, Чарльз вцепился в Адама. Хибики увидела, что в его левой руке зажата граната.

― Чарльз!

― А-а! ― визг Лулу раздался одновременно со взрывом, но граната разорвалась не рядом с Адамом, а там, где только что стояла Лулу.

Половина левой руки Чарльза куда-то делась. Адам стоял, подняв клинок к небу. Он отхватил Чарльзу левую руку вместе с гранатой и отбросил её в Лулу. Отброшенная взрывной волной, она лежала на песке.

Чарльз тяжело рухнул на колени.

― Ни малейшего промаха, ни единой бреши. Вы, Дэвиды, совершенно не умеете проигрывать.

Мертвенно-бледный Чарльз гневно смотрел на Адама. Он стойко переносил боль, но из уголка его рта стекала тонкая струйка крови. Адам бросил на него холодный взгляд.

― Но теперь тебе буквально рук не хватит меня достать.Он отвернулся от него и двинулся вперёд, к холму, на который вела длинная лестница.

― Не может быть, ― с трудом выдавил Чарльз.

Видимо, Адам расслышал его и, не поворачиваясь, ответил:― Именно. Я нашёл место, которое вы так отчаянно защищали, где всё началось… место, где спит Сая. Только здесь действие песни сходит на нет.

Глаза Адама мрачно заблестели.

― Я убью Саю.

― Тётю Саю?.. ― дрожащим голосом переспросила Хибики.

― Да. Твоя кровь меня уже не пугает. Но что насчёт крови Саи? Поэтому пусть она умрёт во сне вместе с памятью спящего внутри меня Соломона.

― Ну уж нет! ― Хибики преградила ему дорогу.

Она защитит её. Больше она никого не хочет терять.

Отонаси Сая когда-то убила Диву, их мать. Но в то же время Дива любила её больше, чем кого-либо. Битва между ними давно окончена. Войне пора было положить конец. Это решение сейчас ей и двигало. Дэвид, до последнего служивший ей щитом, наверняка думал так же.Адам встретил её решимость холодной усмешкой.

― Бесполезно. Я ведь уже сказал: твоя кровь на меня не действует. Или ты хочешь погибнуть первой?

Он замахнулся клинком-убийцей шевалье, намереваясь нанести удар.В этот самый момент раздался лязг. По всему побережью разнёсся звук столкновения двух твёрдых предметов.

Клинок Адама остановил человек, внезапно появившийся перед Хибики. Она подняла на него взгляд: он был похож на рыцаря, облачённого в чёрные доспехи. Латной перчаткой он принял удар клинка. Мелко вибрирующее лезвие высекало искры на непробиваемом доспехе.

Чёрный рыцарь заговорил:― Я же обещал, что буду защищать тебя.

Этого Хибики было достаточно.

― Поверь мне, ― добавил чёрный рыцарь.

― Дэвид…― Не может быть… Убийца шевалье… ― голос Адама дрожал.― Он просто подделка, ― клинок Адама рассыпался на кусочки: доспехи Дэвида оказались слишком прочны для него. ― Шевалье придают силы их чувства к королеве. Я поклялся защищать Хибики, и как Дэвид, и как шевалье. Вот чем стало моё желание.

Видимо, когда Сиф подорвали себя, эти доспехи и спасли ему жизнь.

Дэвид замахнулся рукой в латной перчатке и ударил Адама: тот рухнул на песок.

― Это ещё не всё. Ты ещё со мной не покончил. Ради моей королевы я стал сильнейшим из шевалье! На меня теперь не действует кровь твоей королевы! ― клинок убийца снова вырос из его руки. Дэвид встал в боевую стойку, готовясь встретить его, и сказал Хибики, стоявшей за его спиной:― Хибики, я задержу его, а ты останови Канадэ.

― Как?

― Пой.― Что?..― Адам ввёл её в транс особыми гипнотическими волнами, которые разрабатывали в “Красном щите”. Нейтрализовать их и пробудить её теперь может только голос второй королевы. Давай, я на тебя рассчитываю.― Ладно.

Дэвид никогда ей не врал. Он обещал защитить её и сдержал слово. Хибики подошла к Канадэ.

― Канадэ… Послушай теперь меня, ― из её рта тоже полилась песня, колыбельная, которую она слышала давным-давно. Хибики вложила в неё всю душу.Сиф и хироптеры разом застыли на месте. Они явно были в смятении, услышав ещё чьё-то пение. Но в следующий момент, словно придя в восторг от того, что голоса стало два, они пришли в настоящее неистовство: хироптеры начали пожирать своих сородичей, Сиф сражались друг с другом. В городе началось настоящее безумие; люди, пытавшиеся сбежать от чудовищ, теперь ошеломлённо смотрели на них, не понимая, что происходит. Разверзся хаос: бесконечный ад, в котором бившиеся насмерть бойцы, на которых сразу же заживали все раны, обречены были сражаться вечно.

Голоса Канадэ и Хибики разверзли эту бездну, хотя они всего лишь пытались донести друг до дружки свои чувства.

Канадэ до Хибики.Хибики до Канадэ.

Их шевалье бились друг с другом изо всех сил. Дэвид и Адам сражались за смысл своего существования.На взбесившихся чудовищ упал свет фар. Это был “Мародёр”. Раскидав в разные стороны Сиф и хироптер, он остановился возле Чарльза и Лулу.

― Вы там живы? ― водительская дверь открылась, и из машины высунулась Мао.

― Да.― Я тоже жива, ― Чарльз и Лулу подняли головы.

Чьи-то руки подхватили мертвенно-бледного Чарльза.― Здорово! А ты неплохо сохранился, ― на него смотрел Луис, его прежний напарник.― Сейчас остановим кровь.Рядом раздался выстрел. Голову хироптеры, подобравшейся к Чарльзу, чтобы напасть, разнесло на мелкие кусочки. В неё попал зажигательный заряд.

― Извини, приопоздали, Чарли Браун, ― сказал Кай с пистолетом, оставшимся у него от приёмного отца, Миягусуку Джорджа, в руке.

― Не припомню, чтобы держал собаку, ― сдавленно попытался отшутиться Чарльз.

― Что ж, шутишь, значит, жить будешь.― Если я здесь умру, Джулия мне такое устроит… Но они сейчас важнее, чем я.― Это да, ― Кай смотрел как стоят друг перед другом и поют высокими чистыми голосами Канадэ и Хибики.Латные перчатки Дэвида и клинок Адама то и дело сталкивались в яростной, как буря схватке, не щадя ни хироптер, ни Сиф, попавшихся им на пути.

― Я стану самым сильным шевалье! Единственным мужчиной, достойным стоять рядом с королевами!Дэвид продолжал отражать яростные удары клинка. Сила его чувств обратилась стойкостью и покрыла его тело прочной бронёй. Сила его воли бесконечно восстанавливала все повреждения и позволяла ему держаться, и Дэвид держался. Но нанести Адаму решающий удар он не мог. Антитела, разработанные Коллинзом, делали кровь Хибики бесполезной: он и вправду был непобедим.

Что же делать?

Внезапно Дэвид и Адам услышали, как к пению двух королев прибавился ещё один голос. Кто-то пел тихо, словно напевал ту же мелодию сквозь сон.

Канадэ и Хибики тоже услышали третий голос.

Кто это пел?На фоне луны с негромким шорохом раскрылись чёрные крылья. В небе над холмом появился чей-то силуэт. В воздухе парил крылатый шевалье, держа на руках свою королеву.

Хаджи и его возлюбленная ― Отонаси Сая. Она, ещё в полусне, смотрела на него.

― Хаджи.Он прикусил себе губу и, набрав в рот крови, влил её в рот Сае. От пробуждающей крови шевалье в её глазах появился блеск. И тогда Хаджи сказал:― Сражайся, Сая.Она молча протянула руку, и он вложил в неё меч. Сколько раз он уже это проделывал? Сая с мечом, окрашенным собственной кровью, двинулась к кольцу обезумевших хироптер.

Кай не отрываясь смотрел на вырванную из сна и явившуюся в кошмар наяву королеву.― Ну вот что ты с ней будешь делать…Красные кристаллы блестели в лунном свете и звёздными вспышками разлетались в стороны. Королева и шевалье кружились в танце, и все попавшиеся на их пути хироптеры обращались мириадами алых звёзд от руки Хаджи и меча Саи.

Сиф и хироптеры, бившиеся под песню Хибики и Канадэ становились алыми вспышками и рассыпались в прах.

Адам остановился.

― Это и есть Сая…― Да, это оригинал, ― от удара Дэвида клинок, убивающий шевалье, снова рассыпался на осколки.

Взгляд Саи, кружившейся среди хироптер, остановился на Адаме. Он отступил, пытаясь бежать, но тело не слушалось его.

― Почему… мне страшно?Словно отвечая на его вопрос, в его голове раздался чей-то голос.“Потому что я ― всего лишь тень, живущая лишь в её памяти…”В одно мгновение меч Саи красной вспышкой рассёк грудь Адама. Полусонная Сая всё же ввела в него свою кровь. Адам ощутил, как его тело превращается во что-то иное. В алый кристалл.― Не может быть…

Кровь Саи оказалась сильнее крови Хибики и Канадэ, рождённых Дивой. Она словно сразила антитела, разработанные по “Мемуарам Бормана”, одним ударом клинка. Может быть, это произошло, потому что её кровь оказалась ближе к крови первородных хироптер и потому сильнее, а может ― потому что спящий внутри Адама Соломон пожелал этого.

Адам ничего уже не чувствовал. В тот момент, когда он уже почти окаменел окончательно, с его губ сорвались два слова:― Спасибо, Сая… ― словно голос тени, долгие годы скрывавшейся глубоко в памяти Адама.

И он рассыпался на красные кристаллы: Дэвид латной перчаткой разбил его тело.

Хибики стояла прямо перед Канадэ.Они пели, словно пытаясь говорить друг с другом.

― Как ты не понимаешь? Мы не такие, как люди. Мы ― единственные в своём роде. Мы всегда будем чужими для них.

― Канадэ, послушай-ка меня. В мире, где мы живём, множество людей. Кай знал нашу тайну, но разве мы чужие для него? Ведь не чужие, так?― Не чужие, но он всё равно человек.― Вот и нет. Кай ― наш отец. Один из множества людей, которые нас любят.― Но, но... Но другие люди наверняка будут обращаться с нами так же, как когда-то с Дивой.

― Я им не позволю, Канадэ.― А?― У меня есть шевалье, который меня защищает. Мы связаны кровью. Но если те, кто носят в себе одинаковую кровь, должны друг друга защищать, почему бы и нам с тобой не поступать так же? Ведь нас с тобой родила одна мать.― Но…― Нанкурунайса, ― Хибики улыбнулась Канадэ. ― Не сдавайся. Иди вперёд. Ради завтрашнего дня надо пережить сегодняшний. Нас ждёт наше завтра.

― Сестра… ― Канадэ перестала петь. Хибики тоже замолчала.―Хибики…― Добро пожаловать домой, Канадэ, ― Хибики обняла сестру. Канадэ обнялаеё в ответ и расплакалась.Стоило пению прекратиться, как хироптеры застыли на месте и рассыпались в прах.В их кольце стояли Хаджи и Сая. Хироптеры словно отдали королеве последнюю дань уважения, пав к её ногам.

Сая пошатнулась, и Хаджи подхватил её.

― Хаджи, что со мной было?― Ты видела сон и пела во сне.― Ясно… ― Сая посмотрела вокруг. ― Здесь Кай.

Стоявший неподалёку Кай подошёл к ней.― Ты стал похож на папу.― Я-то? ― улыбнулся Кай и погладил Саю по голове. ― Вот ты соня. Иди, поспи ещё. До утра далеко.― Ладно… Спокойной ночи.― Спокойной ночи!Глаза Саи закрылись. Хаджи нежно смотрел на её лицо.

― Извини, что потревожил, ― сказал ему Кай.― Ничего.― Пусть она ещё поспит.― Хорошо.― А-а, и ещё…― Что?― Заглядывай к нам хоть иногда. Обещаешь?― Обещаю, ― Хаджи снова распахнул крылья. ― Я сдержу слово.

От взмаха его крыльев поднялся ветер. Хаджи с Саей на руках взмыл в воздух. и скрылся во мраке. За спиной глядевшего в небо Кая послышались шаги: к нему подошли Канадэ и Хибики.― Прости, отец, ― сказала Канадэ.

― Наконец-то ты назвала меня отцом, ― большая рука легла ей на голову. Рука была тёплой.Кай посмотрел на них и погладил Хибики по голове второй рукой.

― Молодцы вы у меня…― Ага…Этого им было достаточно.