Крестража уничтожение (2/2)

— Пошли, — сказал я, насмотревшись, и мы снова повернули к церкви. Переходя через дорогу, я оглянулся через плечо — статуи опять превратились в обелиск. Ближе к церкви пение слышалось громче.На кладбище вела узенькая калитка. Гермиона как можно тише отворила ее, и мы все протиснулись внутрь.

За церковью тянулись ряды надгробий.

Было так странно видеть их так много в одном месте - у нас на планете разве что встретится кое-где одинокая могилка того, кто погиб сразу, на месте, так, что шилк был уже бесполезен. В одной из таких лежала моя мать...Мы побрели дальше среди могил, увязая в снегу, нагибаясь, чтобы рассмотреть надписи на старых надгробиях.— Сюда! Сол отстал от меня на два ряда; мы вернулись к нему. Сердце тяжело бухало в груди.

— Они? — Нет, но ты посмотри! Он показывал на темный надгробный камень. Я наклонился и разглядел на старом, в пятнах лишайника граните надпись ?Кендра Дамблдор?, даты рождения и смерти, а чуть пониже ?и ее дочь Ариана?. Еще на камне было выбито изречение из Библии: ?Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше?.Семья Дамблдора, оказывается, жила здесь, а некоторые из её членов и умирали. Интересно, кем ему приходились Кендра и Ариана? Судя по датам, Кендра приходилась ему матерью или тетей, а Ариана - сестрой или кузиной.— Сюда! Ой, нет, прости. Мне показалось, что тут написано ?Поттер?.— Ой! Гляди! Могила была очень старая, запущенная, я с трудом разобрал имя. Луна указала на символ, выбитый чуть ниже. — Гарри, это же знак Даров Смерти! Я вгляделся: изображение сильно стерлось, имя почти не читается, но вроде там действительно было что-то вроде треугольника, в него вписан круг, и от вершины к противоположной стороне шла вертикальная линия.- Каких-каких даров? - удивился Сол.- Мой папа их изучает, - ответила Луна. - Можно съездить к нам, он вам всем расскажет. И да - перед ним можете ничего не скрывать - ну, кто вы такие и тому подобное - он очень любит всякие необычные вещи. И Арея с семьей ему покажем...— Ну да… может быть… Гермиона посмотрела на имя на надгробии.

— Тут написано Иг… Игнотус, кажется.

— Я пойду поищу родителей, ладно? — сказал я и мы двинулись дальше.То и дело мне попадались знакомые по Хогвартсу фамилии. Иногда рядом оказывались несколько поколений одной и той же семьи — судя по датам, можно было предположить, что тот или иной род прервался или переехал из Годриковой Впадины. Мы уходили все дальше среди могил и каждый раз, приближаясь к очередному надгробию, замирали от волнения и ожидания.

— Гарри, они здесь… - прошептал Сириус, - совсем рядом. Я пошел на голос, чувствуя, что какая-то тяжесть сдавила грудь.

Могила оказалась всего через два ряда от Кендры и Арианы Дамблдор. Надгробие было из белого мрамора. Нам не пришлось опускаться на колени, ни даже наклоняться, чтобы прочесть выбитые в камне слова.

Джеймс Поттер. 27 марта 1960 года — 31 октября 1981 годаЛили Поттер. 30 января I960 года — 31 октября 1981 года

Последний же враг истребится — смерть.- Лили... Джеймс... - шептал Сириус, - простите меня... я... я не знал, что Питер окажется таким... таким подлым. С Гарри всё хорошо... представляете, он помог меня оправдать! И Снейп... Северус... хоть мы и враждовали в школе, но он тоже помог... он хорошо относится к Гарри... я ведь думал, он совсем прогнил, а он в итоге оказался неплохим парнем...Я стиснул губы, уставившись на мрамор, скрывающий место последнего упокоения Лили и Джеймса. Теперь от них остались только кости или вовсе прах, они не знают и не волнуются о том, что мы все стоим здесь, так близко, и о том, что их сын выжил благодаря их самопожертвованию. Жаль, недолго ему было суждено прожить. Уж не знаю, что с ним произошло - но надеюсь, Гарри теперь с ними и они счастливы все трое. А я побуду здесь за него.Сириус повел волшебной палочкой, и перед нами расцвел букет роз. Я подхватил его и положил на могилу. Мы молча пошли прочь, мимо родственниц Дамблдора, мимо темной и тихой церкви к узенькой, невидимой вдали калитке.В пабе толпилось еще больше народу, чем раньше.

Вдруг Сириус сказал: ?Сюда?, — и повел нас в темную улочку, ведущую к окраинев направлении, противоположном тому, откуда мы прибыли. Уже было видно, где кончаются дома и дорога выходит на открытое место.

— Гарри, смотри… смотрите все!

— Я ничего не… Ой! Очевидно, заклятие Доверия умерло вместе с Джеймсом и Лили. Живая изгородь успела здорово разрастись за двенадцать лет, прошедших с того дня, когда Хагрид забрал маленького Гарри из развалин, что лежали среди высокой, по пояс, травы. Большая часть коттеджа устояла, хоть и была сплошь оплетена плющом и покрыта снегом, но правую часть верхнего этажа снесло начисто; я был уверен, что именно там ударило отраженное заклятие.

Мы стояли у калитки и смотрели, запрокинув головы, на разрушенный дом, который когда-то, наверное, не отличался от соседних коттеджей. — Не понимаю, почему его не отстроили заново? — шепнула Гермиона.

— Может, его нельзя отстроить? — ответил я.

Я взялся за ржавую калитку. — Ты же не пойдешь внутрь? По-моему, это опасно, он может… Ой, Гарри, смотри! Должно быть, прикосновение привело в действие чары. Над калиткой возникла вывеска, поднявшись из зарослей крапивы и сорной травы, словно странный быстрорастущий цветок.

Золотые буквы на деревянной доске гласили:

Здесь в ночь на 31 октября 1981 года были убиты Лили и Джеймс Поттер. Их сын Гарри стал единственным волшебником в мире, пережившим Убивающее заклятие. Этот дом, невидимый для маглов, был оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам и в напоминание о злой силе, разбившей их семью.

Вокруг аккуратно выведенных строчек доска была сплошь исписана. Здесь приложили руку множество волшебников и волшебниц, приходивших почтить место, где избежал смерти Мальчик-Который-Выжил. Кто-то просто расписался вечными чернилами, кто-то вырезал в деревянной доске свои инициалы, многие оставили целые послания. Более свежие выделялись на фоне наслоений магических граффити, скопившихся за все эти годы, а содержание было у всех примерно одно и тоже. ?Удачи тебе, Гарри, где бы ты ни был!?, ?Если ты читаешь это, Гарри, мы с тобой!?, ?Да здравствует Гарри Поттер!?.

— Свинство — портить вывеску! — возмутилась Гермиона.

Но Сириус так и сиял.

— Это же здорово! Мне нравится, что они так написали.

А в августе нас пригласил к себе отец Луны...