Чувство четвертое (1/1)

Гриммджо привычно заглянул в окно комнаты Ичиго, когда уже стемнело и удивился: рыжий спал один, обняв вторую подушку. Прошло чуть больше суток, крошечный срок даже по людским меркам,?— что же такого должно было такого произойти, что заставило исчезнуть никогда не отлипающего от рыжего близнеца? Гриммджо нахмурился и задумался, потом вспомнил, что должна была вернуться эта девушка-парень и решил проверить свою догадку.Он спрыгнул вниз и заглянул в маленькое окошечко в ванной: ни души, лишь остатки пены плавали в воде и на полу лежал ворох наспех снятой одежды. В комнате отца Хичиго не было, как и в комнате Карин. Гримм отругал себя за забывчивость: Кацуки же прошлый раз жила в комнате Юзу. Сделав пару шагов в сторону открытого окна рядом, Гримм услышал негромкие стоны и влажные чмокающие звуки, которые были ему хорошо знакомы: парочка опять целовалась.?Интересно, они уже решились???— хмыкнул он и заглянул в окно.В прошлый приезд Кацуки в их разговорах упоминались ?первый раз? и ?секс?, потому пришлось просматривать энциклопедии, чтобы понять о чем вообще идёт речь и почему этот первый раз так важен. В литературе об этом упоминалось вскользь и Гримм открыл для себя такое понятие как ?сексология?. Он ознакомился с анатомическим строением человеческого тела, понял биологическое предназначение секса и прочитал пару рассказов о подростках, прежде чем хоть как-то приблизиться к пониманию о важности первого полового контакта в жизни формирующейся личности.Поначалу сам технический процесс показался слишком переоцененным, ведь он не принимал во внимание эмоциональную и психологическую составляющую. Но после сравнения со связью владельца духовного меча и самим орудием, стало более понятно: правильный выбор влиял на всю последующую жизнь?— такова специфика человеческих взаимоотношений?— все, что было первым имело самое сильное влияние на поступки и мысли индивидуума, поэтому у людей столько книг про родительско-детские отношения, травмы детства и все с ними связанное.Кацуки и Хичиго очень даже решились и процесс был в самом разгаре. Гриммджо смотрел в щёлочку между занавесками на сплетающиеся обнаженные тела и отметил, что они органично смотрятся вместе. Оказывается это может быть красиво. Картинки и сухие объяснения такого представления не давали. Ему стало интересно, как же Пустой Хичиго будет заниматься истинно человеческим занятием и будет ли этот процесс отличаться от описанного в книгах.Отодвинув штору немного в сторону для большего угла обзора и удобно оперевшись на подоконник, Гримм принялся подглядывать за возбуждённой парочкой. Делал он это в чисто познавательных целях. Технически процесс соответствовал изложенному в литературе, но вот эмоционально?и психологически он давал более полную картину: перед ним были живые люди, звуки, запахи, реакции, он слышал, что они говорят друг другу.Приоткрыв рот от удивления, Гриммджо, не отрываясь, смотрел как тела плавно перетекали из одной позы в другую, слаженно двигаясь в едином ритме. Это напоминало ему высвобождение духовного меча: когда он и его внутренняя сущность?— пантера, даже не договариваясь, действовали как единое целое. Больше всего поражали реакции Хичиго, который не был человеком, но получал вполне человеческое удовольствие. Гриммджо чуть не зарычал от обиды: ему тоже хотелось чувствовать и ощущать в полную силу.Гримм решил позавидовать и пострадать позже, а сейчас сосредоточиться на происходящем: он должен понять, как тот научился быть человеком. От внимательного взгляда арранкара не ускользали даже мелкие детали, которые он автоматически запоминал: предложенная под голову рука, не даёт голове болтаться и ненароком ударяться о спинку кровати, убранная прядка со лба не лезет в глаза и не отвлекает, скрещенные на спине ноги для удобного соприкосновения тел. А зачем тогда поцелуи? Неужели настолько классные ощущения порождает простая попытка сжевать губы друг друга? И что, так до одури приятен сам процесс даже не в целях размножения?Гриммджо невольно залюбовался белобрысым и блондинкой: похоже они получали от всего этого огромное удовольствие и не только физическое. Они проявляли симпатию и заботу друг к другу, даже успевали иногда хихикать и подкалывать, переводя дыхание и немного отдыхая, пока кто-то из них опять не тянулся ко второму и все продолжалось по новой: страстные поцелуи, еле сдерживаемые стоны, сбивчивое дыхание и постоянные признания друг другу…Гриммджо Джагерджак отвернулся от влюбленной парочки и, скрипя зубами, посмотрел на звезды: они в этом мире были хороши. Крошечные далекие светила безучастно блестели, пока он выравнивал дыхание и старался не думать как же ему одиноко: у Хичиго был любимый человек, отвечающий ему взаимностью, у него ещё был рыжий, да и семья Куросаки его любила, даже не видя.У Гримма же никого не было, ведь он всех разогнал и уже достаточно давно существовал в своем доме один. В какой-то момент окружение чертовски надоело и даже фрасьоны* были посланы далеко и надолго в особо грубой форме. В своем воплощении пантеры, он метался по пустыне и десятками поглощал Пустых, надеясь в охоте обрести хотя бы какое-то душевное равновесие… Наивный… А вот теперь докатился: подсматривает за смертными, да ещё и завидует. Позор…Вздохнув, он запрыгнул на дерево, а потом уже и в комнату Ичиго. Тот мирно спал, скинув подушку на пол, и чему-то улыбался во сне. Гримму захотелось сделать ему больно, чтобы не смел так улыбаться, даже, когда спит, ведь ему плохо и в мыслях хаос из-за непонимания: как же именно ему научиться чувствовать, как получить близкого человека?— друга? Гриммджо присел на пол и начал смотреть на рыжего, прикидывая почувствует ли Хичиго пропажу сразу или все-таки нет?Теплая человеческая рука тронула его собственную во сне и Гриммджо невольно вздрогнул. Точно, людские тела теплые и мягкие на ощупь, и такие хрупкие… Он отогнал воспоминания о хрустящих костях на зубах пантеры, и потянулся к Ичиго. Приблизив свои губы почти вплотную к приоткрытому рту, Гримм начал вдыхать жизненную энергию человека, пока ее не собралось в воздухе достаточно, чтобы ухватить рукой, а затем резко дёрнул на себя душу, оставив на кровати лишь оболочку.Эфемерный рыжий был точной копией спящего тела: волосы оранжевыми иголками торчали во все стороны, сонные карие глаза смотрели расфокусированно, а на губах была легкая улыбка. Ичиго зевнул и обнял Гриммджо за шею.—?Хичи, давай еще поспим, ладно?Гриммджо остолбенел: этот смертный так и не понял, что его достали из тела… потрясающая беспечность… Он осторожно погладил мягкие волосы, вспоминая как это делал Хичиго, чтобы усыпить бдительность жертвы, и подождал сопения в свое ухо. Его переполнял восторг?— ну наконец-то Куросаки Ичиго пленен и почти утянут в Уэко Мундо! Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не зарычать от радости и не выпасть из образа. Подхватив спящего рыжего на руки, Гриммджо Джаггерджак в два огромных прыжка оказался на земле, усмехнулся занавешенному окну на первом этаже и пропал…… Ичиго снилось, что его баюкает мама. Даже во сне ему было непередаваемо хорошо. Мама аккуратно положила его в кроватку и накрыла одеялом, погладив по голове.—?Мама, не уходи… —?еле слышно прошептал Ичиго, ощущая, что мама рядом и продолжает гладить.Гримм сидел, водил рукой по непослушным, но приятным на ощупь, волосам и опять думал. Странно, что Ичиго перепутал его с матерью, он же не теплый душевно, не ласковый и даже не человек. Однако фраза, сказанная во сне шепотом, отозвалась в нем глухой тоской и неприятным привкусом во рту. ?Не уходи??— слова, описывающие нежелание терять, которое ему было почему-то очень знакомо. Гримм поднял руку, которой гладил и посмотрел на свои пальцы, как будто видел впервые.?Почему мне так нравится гладить Куросаки по голове?!??— от непонимания он совсем обалдел.—?Секста Эспада? —?поинтересовался охрипший со сна голос.Гриммджо, с кривой усмешкой, перестал рассматривать собственную руку и уставился в удивлённые карие глаза.—?Эспады уже больше нет, малыш. Поэтому не Эспада и не Секста. Цифра шесть осталась, а титула больше нет.—?Значит просто Гриммджо Джаггерджак теперь?—?Ну, можешь звать меня Королем, я не против,?— хищно улыбнулся арранкар. —?Ну, что, ты проснулся для боя со мной?—?Зачем мне с тобой биться?—?Ну глупый вопрос, Куросаки Ичиго,?— упрекнул его Гримм. —?Чтобы наконец-то я выполнил свое обещание: победил и поглотил, и все счастливы.—?Ага. Кроме меня.На это Гриммджоу ответить было нечего. Не будет же он раскрывать сразу карты: Ичиго высмеет его желание чувствовать и подружиться. Кому нужен такой как он? Как объяснить, что шпионил все это время сначала из-за скуки, а потом уже потому, что стало интересно? Даже, если заявить, что изменился, рыжий ему не поверит… Поэтому он в своей хамоватой манере просто спросил:—?А ты обязательно должен быть счастлив? Просто умереть никак? Хочешь счастливо умереть?—?Да я вообще не собирался умирать, я просто спал! —?взбесился рыжий и вскочил на кровати, осматриваясь. —?Куда ты меня приволок?—?В Уэко Мундо.—?Вообще отлично! Человек пошел себе спать, никого не трогал… И вдруг он в безжизненной пустыне, которая кишит Пустыми, в доме у арранкара, которого уже не видел черт знает сколько и забыл как страшный сон, и ему предлагают сразиться и умереть! Просто отличная новость!—?А я вот тебя не забывал,?— Ичиго послышалась грусть в голосе Гриммджо.Он плюхнулся обратно на кровать и сжал руки в кулаки: похоже, Гриммджо достал его из тела, а Хичиго не знает. И как ему биться, если духовного меча нет, он больше не временный шинигами… Как вообще выбраться из Уэко Мундо живым без Хичиго?! За что ему это все?! Он никого не трогал, жил себе, учился, ну ныл иногда, но так ведь все делают время от времени…—?Я не хочу умирать! —?сжав зубы, и решительно посмотрев на арранкара, признался Ичиго. —?Но драться я тоже не хочу. Есть ещё варианты?—?Я другие варианты не рассматривал даже… —?Гриммджо закинул ногу на ногу, сел поудобнее и оперся спиной о изголовье кровати, сложив руки на груди. —?Какие могут быть варианты, когда я так долго ждал, столько за тобой наблюдал, и, в конце концов, дождался?—?Вариантов может быть море, просто ты рассматривал только один, который нравится тебе.—?Например?—?Верни меня домой и я никому ничего не скажу и даже на тебя обижаться не буду. Просто забуду об этом случае и продолжу жить дальше,?— предложил Ичиго.—?Так не интересно. Я так планировал, все грамотно провернул и должен от всего отказаться, потому что ты не согласен на мой вариант? И вариант, что ты про меня забудешь мне тоже не нравится.—?Ах не нравится ему, что про него забудут! Вы только на него посмотрите! С чего вообще я должен постоянно о тебе думать, если все наши встречи заканчивались не очень хорошо? Я просто пытаюсь?договориться, Гриммджо.—? Зачем договариваться? Может лучше все же сразиться?—?Я больше не считаю забавным сражения насмерть.—?Но было же весело, Ичиго! Ладно, не хочешь сражаться, просто оставайся здесь навсегда! —?разозлился Гримм.—?Как я могу остаться здесь навсегда, если там мое тело и моя жизнь? Что за вообще странные предложения: или умереть, или не вернуться?—?Ну вот только такие пришли мне в голову. Доволен?! Если не хочешь быть поглощённым, то просто оставайся рядом! —?огрызнулся Гриммджо и поднялся.—?Ты куда?—?А то ты не знаешь? На охоту. Надо же мне коллекционировать души, а то я деградирую, а это совсем не весело. —?Гримм помассировал шею рукой, ещё раз взглянул на нахмурившегося рыжего и вышел из комнаты.Ичиго посмотрел ему вслед уничтожающим взглядом и вздохнул: надо что-то придумать, этот точно не отпустит просто так… Стоп! Наблюдал долго?! Сколько Гриммджо Джагерджак таскался за ним следом? Год? Два? Сколько? Это было чем-то очень странным, совсем на него непохожим. Хотя нет, Гримм мог быть очень целеустремлённым, и он обещал, что когда-нибудь сразиться с ним и поглотить его, если победит. Тогда это казалось лишь угрозой, потом вообще забылось, ведь он перестал быть временным шинигами…Тогда зачем надо было ждать долго? А почему Хичиго ничего не сказал, если это продолжалось не один день? Он же должен чувствовать Пустого? Это все очень странно: зачем ждать, если арранкар мог его в любой момент вытащить сюда и претворить свой план в жизнь? Да и вообще, зачем ему сдался человек, уже даже не шинигами, просто подросток, который только что закончил старшую школу? Почему он должен не забывать его? Почему просто должен остаться здесь навсегда?!Ичиго вскочил и начал метаться по комнате, вспоминая каждое слово, жест, мимику и интонацию своего похитителя. О чем чаще всего говорил? Бой, победа, поглощение, скучно, неинтересно. Ичиго были понятны первые два, потому что сам любил сражаться с достойными противниками, а после нескольких стычек с арранкаром, из которых он умудрился выйти живым и даже победителем, тот, скорее всего, чувствовал себя задетым, ведь выиграл не он, а какой-то жалкий человек. Даже шрам на груди не залечил, чтоб его!?Скучно? и ?неинтересно? вообще не укладывались в общую картину: выйди из дома и столько всего дивного по окрестностям шарахается?— развлекайся на здоровье … Но нет, таскался как неприкаянный по человеческому миру, как сталкер следил и потом просто забрал с собой как трофей после охоты… Что же Гримму от него надо? А, оставаться рядом? Он, что, домашний питомец? Что за эгоистичные желания?!Ичиго остановился и почесал затылок. Надо попытаться установить связь с Хичиго и потянуть время, пока тот его не найдет. Ичиго сконцентрировался и мысленно заорал:—?Хичигооооо!!!Ответа не последовало и это впервые напугало. В один короткий миг Ичиго понял, что остался совершенно один: без тела, без части самого себя, семьи и жизни, которая только начала ему нравится и приносить удовольствие. Нет больше тех друзей, что приходили за ним сюда и вытаскивали из всех передряг. Он теперь один и больше некому прикрыть спину… Ичиго забрался под одеяло, сжался в комок, укрывшись с головой и шмыгнул носом?— перспективы совсем не радужные: или быть поглощённым, или остаться навсегда в безжизненной пустыне со своим похитителем…Гриммджо сидел на камне недалеко от дома и смотрел на входную дверь, ожидая, когда рыжий хотя бы выйдет осмотреться и выстроить план как вернуться домой к семье, близнецу и своей счастливой жизни. Он грустно улыбнулся, когда Ичиго так и не показался и отругал себя: так долго планировал, а не учел самого главного?— Куросаки Ичиго действительно стал другим и не хочет играть в игру, так услужливо им организованную.Гримм рыкнул на какого-то заблудившегося Пустого и тот поспешил убраться восвояси от греха подальше, и пнул серый песок ногой. Ичиго, чтоб его! Так совсем не весело, если рыжий не сопротивляется, его глаза не горят решимостью или он не улыбается широко и открыто… Гримм был уверен, что Куросаки Ичиго скучал по сражениям и возможность опять встать друг напротив друга внесёт в его жизнь краски, напомнит как же это здорово?— победить достойного соперника.Ему хотелось вспомнить то невообразимо приятное ощущение, когда кипит кровь, алая пелена застилает глаза и выключает все восприятия кроме одной пульсации, которая полностью захватывает тебя, в едином ритме стуча в каждой клеточке тела: убить, убить, убить… и он наивно полагал, что рыжий думал точно также.?И теперь всего этого не будет? Даже, если притвориться? Ну как же так? Неужели я больше не увижу нахмуренные рыжие брови и решимостью полыхающие карие глаза? Не увернусь от огромного черного полумесяца, который был коронным ударом временного шинигами? Не буду вытирать кровь с лица и хищно скалиться, обещая сожрать эту вкусную душу???— печально вздохнул Гримм и пнул серый песок.?А рыжий не будет стоять на одном колене с белой маской на лице и заливаться смехом Пустого, от которого приятно бежали мурашки по всему телу и волосы на затылке вставали дыбом от понимания, что висишь на волоске и от этого все выглядело таким ярким???— грустно подумал арранкар и совсем расстроился.Даже охотиться расхотелось от такого поворота событий. Надо как-то растормошить рыжего, иначе все насмарку: его мир опять продолжит быть серым и они точно не сблизятся. Гримм никак не мог понять, где ошибся, ведь бой всегда сближал его с достойным противником. Это было похоже на то притяжение между Хичиго и Кацуки, что он видел в приоткрытом окне.Ему казалось, что это могло бы быть хорошим началом для дальнейшего, ведь Ичиго был достойным противником, пусть даже и слабее его. Оказалось, что он выбрал неработающую тактику. Гриммджо вспомнил предложение Ичиго забыть об инциденте и позволить ему жить дальше. Он не хотел забывать рыжего и не хотел, чтобы тот забыл его. Удерживать его здесь насильно? Тогда как он с ним подружиться? Может даже и врать не стоило?Арранкар тряхнул головой, потянулся всем телом и осмотрелся: неизменная ночь, песок и луна. Уныло и серо. И вот как ему теперь договорится, если с самого начала все не так? Вспомнилось солнце и летнее тепло человеческого мира, зелёные деревья, ветер, который иногда был таким пронзительным. В человеческом мире была жизнь, в ней была динамика?— все было разным и неповторимым… а здесь?— сплошное однообразие, от которого сводило зубы и хотелось выть.Гримм поднялся и пошел к дому: пантера внутри требовала сна, тоже устала и вымоталась, совсем как он. Все остальные поглощенные сущности тоже как-то попритихли, как будто и у них также был душевный раздрай и непонимание как же быть дальше. В спальне было тихо, в окно светила вечная луна, а на кровати под одеялом был небольшой холмик. Он скинул обувь и, стараясь не потревожить заснувшего человека, забрался под одеяло со своей стороны кровати, привычно закидывая руки за голову и вытягиваясь на спине.Рыжий немного пошевелился и Гриммджо скосил глаза в сторону?— нет, не показалось, так и спит, укрывшись с головой. Жаль. Хотелось погладить мягкие волосы, ну ладно?— нет так нет. Он закрыл глаза и обратился в слух: под одеялом слышалось сопение и Гримм невольно улыбнулся?— странный, но очень уютный звук.Удивленно констатировав, что у него явно поехала крыша: прислушивается к сопению, хочет погладить по волосам и ему даже как-то неловко от собственного поведения?— он сладко зевнул, повернулся на живот, обнял подушку двумя руками и, зарываясь в нее лицом, заснул.