nemesis IV (1/1)

восемнадцатый день октября, 1134 год. Королевство Денвальд.В казармах замка ночью было крайне сложно находиться — храп и беседы тех, кто стоит на постах, пропускать мимо ушей удавалось с трудом, когда находишься близко к общей спальне стражи. Но в этом плане рыцарю-капитану очень везло, ведь привилегии позволяли иметь отдельную опочивальню вдали от подчиненных. А это преимущество давало и ряд других, не менее важных — например, возможность в этой самой личной комнате делать все, что душе угодно, и встречаться, с кем хочется.В широкой двуспальной кровати с комфортом разместились двое. Первый — сам хозяин покоев, Рэндалл Нортвендский, он же рыцарь-капитан Денвальда, он же признанный на турнире чемпион среди рыцарей окрестных королевств и вообще второе публичное лицо королевства после монарха. А под боком у него, тихо и довольно млеющий, лежал человек, чье лицо, по идее, в королевстве являлось самым последним, еще и меняясь иногда благодаря маскировке — королевский шпион под скромным именем Грей.Нагие любовники иногда кидали друг на друга взгляды из-под ресниц, а ладонь шпиона гуляла по груди сэра Рэндалла в молчаливой благодарности. За что — вопрос слишком сложный и обширный для простого разговора... да они оба, в сущности, никогда не задумывались над этим.— Рэн...— М?— Как там введенные тобой патрули работают? — шпион приподнялся на локте, спокойно, еще слегка нетвердо глядя глазами цвета серебра.Рыцарь поймал чуть смуглую ладонь любовника, взяв ее в свою, поднес к губам и поцеловал костяшки пальцев.— Дневные докладывают о драках, кражах, на всех колодок не хватает на Судном месте, пришлось рядом с тренировочной площадкой еще выставить... — глаза Рэндалла, почти черные, особенно в полумраке покоев, внимательно наблюдали за худощавым шпионом. — Ночные урезонивают пьяные дебоши и свалки в тавернах. На дорогах ночами, как говорят, спокойно.Освободив руку из чужих пальцев, Грей прикоснулся ею к щеке рыцаря, чувствуя легкую щетину. От лица ласковое поглаживание перешло на сильную шею Рэндалла, к ключице, на крепкое плечо.— Может, предложить Ее Величеству построить, наконец, тюрьму?..— Я думал об этом. Учитывая ее методы суда, большая и не понадобится, всех лишних скинут в Яму... только с местом для постройки пока проблемы. А ты мне так и не ответил, где получил рану, — рыцарь-капитан, как и положено по рангу, вмиг посерьезнел, прикасаясь к перевязке немного выше сгиба локтя Грея. Тот коротко поморщился, но тут же мягко взглянул на любовника, укладываясь на его груди так, чтобы рассматривать темные радужки.— Я расскажу, если пообещаешь не перебивать до конца, — поставил условие шпион, пряча улыбку в уголках губ. После кивка сэра Рэндалла он продолжил говорить. — Меня попытались ограбить. Вчера, когда я шел от заказчика, дорогу мне преградил какой-то амбал. И, наверное, я бы даже отдал ему золотых пятьдесят, но эти деньги были только что мною честно заработаны за изготовленный грог, который я доставил в таверну, где гуляли и твои новобранцы. А еще тот дурной грабитель не захотел сотрудничать и был чересчур настойчив... В общем, Зверя можете еще денек не кормить. Ах да, это было у кладбища, ночью, и по пути я не видел ни одного патруля ни до, ни после...Смена эмоций на лице рыцаря была практически незаметна, но Грей уже изучил его, отличая разные настроения любовника. От серьезного и сосредоточенного внимания до молчаливой сдержанной ярости за пару десятков секунд... Таким был рыцарь-капитан, не терпящий неподчинения и халтуры, а также всецело преданный своему королевству и желающий ему только блага.Кончик пальца королевского шпиона будто рисовал узоры на аристократически-светлой коже Рэндалла, пока серебряные глаза следили за плотно сжатыми губами и нахмуренными бровями рыцаря-капитана. Безусловно, Грей знал о проблемах с патрулями, но специально дождался, пока проблема коснется его, чтобы знать: стражу ее начальник гоняет и чехвостит за него, Грея, и ни за кого больше. Так в данной ситуации внутренний мизантроп шпиона представил себе справедливое возмездие.Будто приняв решение, Рэндалл спокойно и уверенно подтянул любовника чуть ближе, с чувством поцеловал, после чего аккуратно уложил рядом и поднялся с постели. Красноречивое: "Живьем закопаю, недоноски ленивые...", говорило о серьезных намерениях рыцаря-капитана, чему не соответствовала выбранная им одежда, о чем Грей и решил сообщить.— Дорогой, — это обращение он использовал только в подчеркнуто несерьезных ситуациях, оба это знали, но высокий рыцарь все равно остановился у двери, — конечно, вид разъяренного капитана в призракоподобной ночной рубашке живо вправит твоим подчиненным мозги, но подумай о своей репутации...Сэр Рэндалл молча вернулся, небрежно надевая брюки и котту, своим безмолвием признавая правоту шпиона, а потом вновь двинулся к выходу, обронив через плечо:— Засыпай. Люблю тебя.Дверь открылась и закрылась без скрипа, а после в замке провернулся ключ, чтобы обезопасить того, кто остался в покоях. Теперь позволив себе по-настоящему улыбнуться, Грей потянулся до хрустнувших костей и уставился в потолок. Все же, этого человека, в отличие от себя и всех вокруг, он не может ненавидеть — слишком он хорош именно для шпиона. Даже с учетом того, что сейчас рыцарственный сэр Рэндалл наверняка совсем нерыцарственно цедит ругательства по пути или уже пинками отправляет стражников на положенную работу.Решив не забивать себе голову, оставшийся в любимом одиночестве молодой мужчина с легкой улыбкой потянул расшитое одеяло к себе, накрываясь до середины груди, придвинул под голову подушку и улегся спать, ведь утром ему многое предстояло сделать....А тюрьму все-таки не построили, места не нашлось. Зато у всей преступности округи был один счастливый день: пока капитан стражи сам патрулировал дороги и местность, любой желающий мог бросить в рядового стражника свой знак презрения в виде помидора, например, ведь целые сутки лодыри провели в колодках. Ибо для правосудия Смотрящего и его карающей длани все равны.