Останься со мной (1/1)

Порой слова не имеют значения. Было около трех ночи, когда раздался звонок на мобильный Коди. Входящий от Бреда Фальчека.?—?Бред, мать твою, ты на часы смотрел??—?Сынок! Да, да, ты извини, что звоню так поздно, тут просто проблема возникла. —?Послышался громкий шуршащий вздох на том конце связи и резкий, судорожный выдох.?—?Слушаю.?—?Ну, так вот. Этот сукин сын?— пропал! —?Бред нервно засмеялся и сразу же замялся, будто бы стыдясь своей реакции.?—?О ком ты??—?О Стефане. Прихожу домой в первом часу ночи, все как обычно. Решил заглянуть в гостевую спальню, убедиться, что этот шизик спит. А его и след простыл! —?Коди встал с кровати, пытаясь не тревожить спящего Эрика, и спустился вниз по лестнице, в гостиную.?—?И где он может быть??—?Мне откуда знать? Слушай, сынок, помоги найти его. Чует моя задница, что что-то неладное с ним. —?Коди устало зевнул и присел на диван, закидывая ноги на кофейный столик.?—?Может быть, он просто вышел погулять или нашел себе подружку, Бред, ему 21.?—?Он днями сидит в доме, Коди. Не выходит на улицу от слова совсем. Уже вторую неделю, черт его дери. А тут, бац! Ох, ну и урод, найду?— яйца оторву. Тем более съемки через неделю! —?раздраженно зажмурившись и потерев переносицу, Коди встал с дивана и направился к выключателю, чтобы отыскать при свете ключи от Кристины, а потом резко остановился и приоткрыл рот:?—?Тогда приезжай за мной, у меня бензина нет.?—?Я так и знал, что в тебе есть, что-то доброе! Так и знал! Сейчас приеду, малыш. —?Бред резко оборвал связь. Ферн надел неглаженную рубашку, поглядел на себя в зеркало: опухшее лицо, недельная щетина, а в глазах столько печали и тоски, будто вот-вот еще немного и они взорвутся. Спустя полчаса к дому подкатил сценарист, не глуша мотор. Коди вышел и направился к серому фольксу Бреда.?—?Привет,?— сказал актер уставшему,?на первый взгляд, мужчине, который уже не походил на школьника, готового отколоть какой-то дьявольский номерок. Скорее,?выглядел он по годам, взросло. Никакого лоска, никакой привлекательности, но рядом с ним тебе всегда уютно. Как с отцом. Они петляли между дворами улиц с фантастическими названиями, в надежде найти человека в ночном Лос-Анджелесе. Всюду шныряли наркоманы и алкоголики, вперемешку с бандитами. По обочинам ходили взад-вперед ночные бабочки. Такая грязь. Которую даже океанская волна не в силе смыть. Она тут намертво осела и не видела смысла в том, чтобы уходить. Около пяти утра сценарист и актер решили сделать перерыв и заехать за бутылочкой ?Джима Бима?, а после отправиться в сгоревший дом, чтобы проверить и его. У подъездной дорожки стояло несколько автомобилей. Калитка была распахнута, а по дороге, вымощенной щебнем, ведущей прямо к крыльцу, валялось в хаотичном беспорядке несколько пар обуви. Бред шел позади Коди, внимательно изучая жухлую траву с проплешинами. А Коди все вспоминал ту ночь со Стефаном. Тот его внешний вид, ту энергию, которую юноша излучал. Коди все вспоминал, пока не очутился в гостиной, где мирно сопела пара девушек на полу и диване. Обе были в до жути коротких и дешевых коктейльных платьях. Девушка, которая элегантно разместилась на полу, распластав по нему худощавые конечности, легонько вздрагивала время от времени. Ее рыжие волосы выглядели тускло и безжизненно. Вторую девушку, лежавшую на диване, с пустым бокалом в руке Коди не запомнил. Будто она слилась с грязной, потрепанной огнем и годами службы, обивкой дивана.?—?Вряд ли он тут,?— жалостно?протянул Коди в надежде уйти из этого места поскорее. Бред меланхолично глядел на потолок и стены, которые погрыз огонь. На окна, которые закоптились, на шприцы и жженые ложки с зажигалками на столе. Актер прикрыл нос рукой и задышал ртом, поглядел еще раз настороженно на двух девиц и глубоко вздохнул. Он помедлил с минуту-другую и закричал на весь дом:?—?Стефан, черт ты эдакий! —?и тут, откуда ни возьмись, со второго этажа выплывает бледный человек. В котором невозможно узнать того живого и свободного юношу, с которым Коди провел ночь. Ферну стало больно. На глазах заплясали блики. Бред подхватил Стефана, который еле волок по лестнице и всучил его исколотые руки Коди, который погрузился в пучину собственных раздумий и фантазий. Стефан выглядел хуже мертвого. Глаза уже не блестели теми искрами живости и беззаботности, присущими истинным бунтарям-одиночкам. Волосы запутались, образовывая клоки, которые уже никакими силами не расчесать, кожа помутнела, отдавая неприятным зеленоватым колером. Синяки под глазами выдавали бессонную ночь и истощенность организма. От Стефана несло мочой и потом. Он был раздет по пояс.?—?Веди его в машину! Я сейчас буду. —?Коди подхватил бледного парня за талию, закинув его руку к себе на плече. Они медленно зашагали к машине. Ферн усадил юношу с устало-мутными глазами, которые все же остались неизменно широкими, на заднее сиденье серого фолькса и отошел, огорченно оглядывая Васнецова.?—?Попал я в передрягу. Ох,?— начал Стефан, стеснительно скрывая исколотые руки и взгляд. Коди ничего не ответил. Он лишь молча наблюдал за Стефаном, а когда к ним подбрел Бред, сразу перевел внимание на седовласого сценариста и уселся на место рядом с водительским сиденьем. Ехали они молча, блуждая каждый в своих мыслях и фантазиях. Припарковавшись у уютного белого домика с верандой и зажженным внутри светом, Бред достал из бардачка портсигар и зажигалку, что валялась рядом. Он закурил и опустил стекло, вглядываясь в тусклый сероватый рассвет. Стефан зажмурился и облокотился о стекло со своей стороны, а Коди изучал салон машины.?—?Значит так,?— затворническим, но строгим тоном промолвил Бред,?— я за тобой слежу, малыш. Я тебе не дам загнуться, сукин ты сын. —?Пепел спал на брюки сценариста и он поспешил его стряхнуть. На черной ткани образовались сероватые пятна.?—?Кто тебя на это надоумил, сукин сын? —?он сделал паузу, а затем на выдохе произнес уже более добродушно,?— сынок. Стефан молчал. Он глядел остекленевшими глазами на отражение Коди в зеркале дальнего вида. И то, что отражалось в этом зеркале, выглядело действительно ближе, чем на самом деле.?—?Мальчики. Об этом знаем только мы втроем. Мерфи ни слова. Иначе заменит, а то и еще хуже. —?Коди кивнул и потянулся за портсигаром, который лежал уже на торпеде. Бред удивленно, но понимающе проводил взглядом движения актера и вынул ключ из зажигания. Стефан вышел за Коди и они втроем поплелись к дому.Васнецов шатающейся походкой направился в гостевую спальню, вверх ко второму этажу. Бред открыл бутылку красного вина и разлил по бокалам, протягивая один из них Коди, который расположился на диване, оглядывая уютную гостиную. Комната была зеленого цвета. Краска выцвела на некоторых местах, что добавляло жилью жизни. Напротив дивана находилось панорамное окно во всю стену аж до самого потолка. Солнце все также неспешно поднималось вверх, отталкиваясь от горизонта. Небо было чистым и серым. Бред выключил свет. Комнату заполнила тишина. Тягучая, безмолвная.?—?Вот так они и сгорают. —?Коди вынырнул из пучины пустых раздумий, откликаясь на слова Бреда.?—?Гении,?— сценарист продолжил. —?Не допущу, чтобы так было и с ним. В этом парне есть что-то. Ты не заметил??—?Почувствовал. —?В этом парне теплилась свобода. Счастье и безумие. Наркотики?— это тюрьма, Ферн понял это с того самого момента, когда впервые принял ЛСД. Они не несут свободы?— лишь заточение. Вот алкоголь?— другое дело, оправдывался перед собой Коди. Этого парня стоит спасти. Если не он, то кто? Смазливые ребятишки, которые только вылезли из-под юбки матери? Это совсем другое. Хотя, если не он то они. Тут (в этой безумной вселенной) все просто, главное не усраться от страха и не утонуть в экзистенциальных раздумьях, как это сделал Ферн. Совсем не во время и не в меру. Прошло около двух недель. Съемки перенесли на неопределенный срок. Новостей от Бреда не было ни хороших, ни плохих. Эрик улетел в Шанхай, объяснив Коди это тем, что его ждут работа и друзья. Мама Эрика задержалась еще на недельку после ухода сына, а после отправилась обратно в Нью-Йорк.Коди сидел в темной комнате с проектором и пересматривал ?Казино?, когда телефон загудел, оповещая о звонке.—?Добрый день! Вы Коди Ферн? —?Коди уже было хотел сказать?— нет, но дьявольская сила его остановила и он дал положительный ответ девушке с низким голосом и приятными нотками хрипотцы в нем.—?Ваш сын сейчас в реанимации. Больница Сидарс-Синай, 8700 по Беверли стрит. —?Ферн задумчиво поглядел на свои руки, в попытке вспомнить, есть ли у него дети. Девушка оборвала разговор и он недолго думая, собрался и вышел из дома. В больнице Сидарс-Синай, 8700 по Беверли стрит, было пусто. Никаких тебе людей с обреченным взглядом, визжащих мамаш с жирными волосами. Даже врачей не было.Одинокая медсестра за стойкой регистрации, оглядела вошедшего и сразу же отвернулась. Коди направился к ней, стуча каблуками ботинок о застеленный линолеумом пол, едкого синего цвета. —?Мне сообщили о том, что мой сын в реанимации. —?Ага,?— медсестра отвлеченно жевала жвачку, ее редкие рыжие волосы были забраны в высокий хвост, а на губах сияла красная матовая помада. —?Второй папа тоже тут. Вам на второй этаж. —?Она жестом указала на лифт, все так же не глядя на актера. Коди послушно прошел к нему. В коридоре второго этажа на лавках и табуретах, белого лакового цвета, сидели несколько женщин с одинаковыми обреченными, немного туповатыми серыми взглядами. Пара подростков разместилась на подоконнике в конце коридора, а на лавке возле 39-го кабинета Коди заметил знакомую фигуру. Это был Бред. Осунувшийся Бред, в очках, с бумажным стаканчиком в руках. —?Что за хрень? —?поинтересовался Коди, подойдя вплотную к сценаристу. —?Не уследил я,?— Бред улыбнулся и пригласил Коди присесть. Ферн сел рядом, а слов более ни ему, ни Бреду не требовалось. —?Говорят у него в крови столько этой дряни, что их удивляет, как он выжил.