Часть 7 (1/1)

The secret side of meI never let you see.I keep it caged but I can?t control it.So stay away from me: the beast is ugly.I feel the rage and I just can?t hold it.* ? Skillet?— MonsterБыла уже середина осени, прохладно, промозгло, а я весь взмок под плащом. Рубаха так и прилипла к спине, ладони стали влажными. Никогда я так не волновался, даже когда магистру Перлову полный курс боевых умений мага-практика без запинки пересказывал. А ведь дисциплины, которые преподавал Ксандр, никто с первого раза не сдавал. Вот оно как бывает: сидишь в школе, штаны протираешь, думаешь, проблемы у тебя. И только за пределами учебных стен понимаешь, насколько ты ошибался. Я это сразу понял, как в совет Ковена вступил. У мага в Белории нет иного пути, кроме как Старминской элите дань от заработка своего платить. На том вся система строится. А к нелегалам отношение хуже, чем к дворовым собакам. Эту науку я освоил быстро, когда меня изгнали да клеймом наградили. Я, почитай, в магической иерархии даже ниже доморощенных ведьмаков и ведуний оказался. Теперь в Ковене мое доброе имя восстановили. А толку? Что прикажите делать мне с пониманием?! Верхушка совета жирует, а остальные бедствуют. Никак этого не изменишь. Рыба с головы гниет, а голова сама себя рубить не будет. Никто сознательно от дармовых благ не откажется. Ну а, скажем, срубят гнилую голову, так вырастет новая, хуже прежней. Оно и понятно, идеальной системы еще не выдумали. Потому, строго говоря, не тянет меня быть как все.Правда, похоже, привычная жизнь мне не светит, если и впрямь я отец оборотня. Я глянул на Шелену. Она опустила глаза и принялась нервно трепать свою блестящую русую косу. Сейчас вид у нее был как у вполне нормальной женщины, взволнованной предстоящим разговором. Только не проведешь меня скромными ужимками! Вдруг она как уставится. Неприятно так, будто я задолжал ей что-то с тех пор, как она от меня сбежала. Сверлит и сверлит меня взглядом. Я молчу. Стратегия у меня такая?— молчать! Хорошо она действует. Не зря говорят - на воре и шапка горит. Что бы там Шелена про свою оборотническую сущность не плела, а в первую очередь она все-таки женщина. И, как всякая женщина, утерпеть не сможет?— сама расколется. Главное паузу театральную выдержать и рожу посуровее состряпать. Беспокоящий меня вопрос я уже задал, так что настала ее очередь переживать.И действительно, Шелена не удержалась, начала трепаться. Только она, разумеется, заболтать меня вздумала, отвлечь. Стала про Реста спрашивать, про мою галантность упомянуть не забыла. В дамы она, видите ли, заделалась! Эдак мы за пять-то лет возомнили о себе, надо же! Я молчу. Хотя язвительная ухмылка прям таки лезет мне на лицо. Но лучше для дела, чтобы она пока не понимала, о чем именно я думаю. Поэтому волевым решением я возвращаю мышцы в расслабленное состояние. Раньше я гордился тем, что в любой ситуации мог сохранять непроницаемое выражение лица. Правда, было это до ареста, тогда я сломался морально. Очень меня подкосило: в одночасье потерял смысл жизни и любимую женщину. Поэтому никак не мог справиться с собой.Шелена тем временем с другой стороны пытается ко мне подобраться?— с кем я дни свои коротаю, интересует ее. А твое ли это, морда волчья, дело? Тебе-то что? Обратно проситься станешь? Тут я задумался. Так некуда, собственно, ей проситься. Я же тогда не обещал Шел ничего. Разговора у нас как такового не было, официальных заявлений я не делал, на одно колено не вставал, подарками задобрить не пытался. Тогда чего она? Опять ее ехидство подлое! То есть что я бобылем живу, видите ли, осуждению подлежит, а она ребенка нагуляла, бог знает где и от кого?— так за это медаль выдать ей надобно? Так, что ли, выходит, по ее логике? Опять молчу.Тогда она взяла и брякнула про Мирласа, что мужик он хороший, и Светел его любит. Несмышленый мальчишка, что он понимать-то может? Он ко всем мужикам тянется. Вон и ко мне, и к Ресту… Хотя нет, к Ресту не особо. Не удалось ему заработать у мальца авторитет. Ну, это ничего, он еще сам в учениках ходит, ему простительно. Однако фразочка эта вредная серьезно зацепила меня. Я сжал и разжал кулаки, пытаясь совладать с внезапно вспыхнувшим гневом. Ну, держись у меня, падаль лохматая! Я даже пару словечек обидных заготовил для нее и хотел было бросить прямо ей в лицо. Но потом одумался. А чего, собственно, я завелся? Ей же того и надо. Она же меня провоцирует, опять на драку нарывается? Хотя почему опять? У нас, по сути, никакого поединка не было. Тогда чего ей нужно? Хотя ладно, положим, чего ей нужно, узнать мне не дано. Но я-то почему ведусь на бабские фокусы как идиот? Что мне с того, с Мирласом она или еще с кем на сеновале кувыркается?Шелена точно подслушала мои мысли и тоже самое спросила. Нет, думаю я, не зря ты меня столько времени мурыжишь, прямо ответить не можешь. Мой Светел, мой! Я даже против воли улыбаться начал, когда она дурацкое слово ?твой? вставила подтверждая мои догадки. Только она сразу же приплела другого мужика и тут уж я совсем будто обезумел от злости.—?Сосед, говоришь, постарался? Как звать этого несчастного? Ноги пойду ему сломаю. Или ты сама справилась? —?сам думаю: Иди другому дураку рассказывай, что не мой это сын! Был бы не мой, ты бы тут как уж под вилами не извивалась! Я лишь прочнее уверился в мысли, что она лжет. Какая мне разница, говоришь?! А кто-то поставил меня в известность?! Или может быть, это я сбежал, не оглядываясь, от ненавистного мага?! Ярость все сильнее бурлила во мне и, поддавшись минутному порыву, я не сдержался и наотмашь ударил ее по лицу раскрытой ладонью. Потом посмотрел самым уничтожающим взглядом. ?Дождалась?!??— подумал я, не скрывая ядовитого злорадства. Никогда прежде не бил женщин без нужды. Разве что только если они к моему горлу нож приставляли. А благодаря этой блохастой до чего опустился! Будто сам я зверь, а не человек! Спасибо, Шелена, спасибо! Своим проклятьем смены облика ты меня иначе наградила! Что ж, ты победила! Едва ли кто-то еще был бы способен сделать мне больнее. Интересно, давно ли она это продумала? Она же не знает, что Ковен мне не интересен, что за выслугой я не гонюсь, а свободная жизнь меня вполне устраивает. Может она думала, что наш общий ребенок бросит тень на мою репутацию? Точно думала! Сама же об этом сейчас заявила.Ошиблась ты, ненаглядная моя! Век бы глаза мои тебя не видели! Репутация моя меня не интересует, о благах я не пекусь, ради кого мне уютное гнездышко себе создавать? Чтобы у меня была сытая старость? Так сдохну ведь раньше, чего об этом заботиться! Как-то ты позабыла видимо, любимая, что я некромант?— а значит, за магию свою жизнью расплачиваюсь. Десять годиков уже списано с меня, как с куста. Сколько лет я еще буду коптить небо неизвестно. Ты уж точно меня переживешь.Вдруг сделалось мне так тошно, такая тоска меня одолела. Не за себя стало больно?— за сына. Она же не одного меня использовала, она еще и ребенка нашего втянула в свои игры. Зачем он ей? Захотелось схватить ее за горло или еще раз ударить, чтобы она призналась, чтобы умоляла меня, чтобы извинялась. Ведь я уже успел посчитать ее своей после всего, что было между нами. Разве у меня не было на это права?Для шаккарца, как, впрочем, и для белорца, рождение сына?— значимое событие. У нас считается, если у мужчины первым рождается сын, боги как бы одобряют его выбор женщины. Иными словами, если бы я в это верил, я бы увидел здесь знак, мол сами боги благословили наш союз. Но это всего-навсего суеверная глупость! Была бы она другой, я бы забрал ребенка не задумываясь… Но как я заберу ребенка у оборотня?! Я же лучшим был на курсе, неужто я не знаю, что мальчик уже начал оборачиваться. А если так, то он считает Шел своей ?стаей?. Оборотни по натуре существа не социальные, одиночки, только дети нуждаются в обществе и компании, в родителе. Детеныш подчиняется этому основному инстинкту, пока не достигнет зрелости. Как всякий ребенок, он любит свою мать, даже если она того не стоит.Я мог бы забрать Светела. Но что дальше? Попробовать ?излечить? его?— это значит обрекать на неполноценную жизнь, мучить снадобьями, от которых не будет толка, ведь он не болен. Он рожден иным, он?— истинный оборотень, а значит, никогда не станет человеком. И она знает это…Я внимательно посмотрел на нее. Стоит довольная, смотрит на меня, издевательски так улыбается. Да, она этого и добивалась! Интересно, если она все продумала заранее, то откуда знала, что я не устою?—?Так вот значит как, ты решила мне мстить?Не зря говорят, женское коварство не знает границ. Люди считают, что женщины даже более жестоки, чем мужчины. Судьба не раз давала мне возможность убедиться в этом. В начале меня использовала и бросила Тайринн, теперь Шелена.—?Но ребенок! Он же ни в чем не виноват! —?все потеряло смысл. Я совершил величайшую ошибку в своей жизни, но расплачиваться за нее буду не я, а мой сын. Я качнулся в сторону и приземлился на какой-то короб с опилками. Обхватив голову руками, я продолжал бормотать:?—?Ладно я… Но разве ты не любишь его? Он ведь не только мой сын… Хотя о чем это я… Конечно, не любишь, ты же бросила его одного,?— вырвалось у меня, и я устремил на нее упрямый взгляд исподлобья. Между строк я, разумеется, говорил не только о сыне. И тут я осекся, здравый смысл постепенно стал возвращаться ко мне. Виновата ли она? Почему я так ревную, почему злюсь на нее? Был ли у меня повод раньше считать ее продажной, падкой на мужскую ласку? Мы ведь путешествовали вместе. Нет, это не в ее характере. Она никому не доверяет. Неужели все-таки она так ненавидит меня? В голове просто не укладывалось, что она может использовать против меня моего ребенка.