Союзница, тумба-юмба, валенок, молотком по голове. (2/2)

Это я не иронизирую, прямо так и было написано на обложки этой богатонапечатанной макулатуры. Алиса проследила мой взгляд и сменила выражение лицо от восхищенного на недовольное. Явно в моих глазах в этот момент пылали костры инквизиции.— Ну, Макс, чего надо?— Насчёт фильма... Настроение у сестренке снова переменилось.— Ой, я готова!— Тогда раздевайся!— Что?! Я думала о съёмках тётя Кира предупредит заранее... Постой, ты меня разводишь?! Как ей удается так невинно хлопать ресницами?— Я просто иду на встречу твоим желаниям.— Ну ты и придурок, Макс! Хотя, я бы может и разделась ради... Не знаю. Даже не ради денег, а ради карьеры... Я удивился. Видимо порноактриса- это все-таки призвание души!— Карьеры? Это так важно?— Конечно! Каждая девчонка хочет стать актрисой, ты же знаешь!— Ага, но не порноактрисой же? Сестричка лукаво усмехнулась.— Откуда ты знаешь, может именно об этом все и мечтают? За это же платят хорошо... я слышала...— От кого, интересно?— Не важно. Так что ты хотел рассказать?— Нужен один костюм... Алиса на секунду растерялась.— Костюм? Я не ношу костюмы... Или ты о чём?— Точнее, форма. Школьная форма.— Хм. Постой, я буду играть школьницу?! Прикольно!— Что, фантазировала уже об этом?— Ой, уж кто бы говорил! Постой, а тебе какая роль достанется? Здесь мне оставалось лишь развести руками.— Я не знаю ещё...— Как это? Разве мы не должны знать весь сюжет? Вопрос был оправданным.

— Думаю, должны, но тётя Кира не говорит...— Почему? Это так странно... Хотя, мне без разницы. Если уж мама не против того, чтобы мы с тобой снимались, то там всё в порядке, верно?— Ну... да... Сестра изучающе посмотрела на меня.— Как-то ты неуверенно это сказал... Но не важно. Значит, школьная форма... Наверняка, какая-то сексуальная, как из секс-шопов, да?— Да, кстати... И чулочки... и туфли... Алиса всплеснула ладошками.— Ох, мне это уже нравится! Вот только у меня нет школьной формы. Из той я уже выросла, да и сексуальной её не назвать, сам же помнишь...— Ну да...— Поэтому, тебе придётся её где-то найти.— Мне?— Ну да. У меня денег нет. Я потому и взялась за эту работу, что мне нужны деньги, это же очевидно! Возразить на эту железную логику мне было нечем.— Но...— Никаких но. У тебя вот откуда-то появляются же деньги, вот и купи мне форму. Что там ещё? Да, чулочки и туфли. На твоё усмотрение...— У тебя же есть туфли? Мои робкие возражения были тут же пресечены на корню.— Макс, это же порно фильм. Там и одежду рвут и сперма летит во все стороны, сам же знаешь!— Не знаю...— Значит, мы смотрели разные фильмы! В любом случае, в твоих интересах всё это найти. Я свою обувь не дам использовать... Даже не знаю что там наша тётя задумала...— Ладно, поищу...— Вот и молодец, Макс! Мой размер же знаешь? Если нет, я напишу. И да, насчёт чулочков. Я бы хотела чёрные, такие сексуальные...— Да понял я уже...— Вот и хорошо, что у тебя теперь есть занятие. А теперь мне не мешай! Алиса укоризненно посмотрела на меня, ожидая пока я уйду, чтобы снова окунуться в невероятные приключения Ирины Лучезарной, первой блондинки- вождя племени тумба-юмба. Я постоял немного и расписался в собственном бессилии.— Ага... Помчался в комнату к компу, по пути оторвал Лизу от другой (надеюсь) книжки.— Как там наши планы на вечер, все в силе?— Да, Оливка обещала забежать.— Хорошо. Я кивнул головой сестренке и углубился в раздел "Товары 18+".ОСОБАЯ ШКОЛЬНАЯ ФОРМА Сексуальная школьная форма для ролевых игр. Рекомендуется для лиц от 18 лет и старше. 500$ Неплохо, неплохо, юбка с топиком действительно чем-то напоминали школьную форму.ТУФЛИ НА ВЫСОКОМ КАБЛУКЕ Сексуальные черные туфли. Отлично подойдут к кружевному белью или вечернему платью. 350$ Конечно купил и их, а потом посмотрел на последнее предложение, чулки на липкой резинке.ЧЕРНЫЕ ЧУЛКИ. Сексуальные черные чулки для очень важных случаев. 100$ У нас как раз такой, очень важный случай! Купил все и побарабанил пальцем по столу.— Лиза, а ты к этому дереву на лужайке не подходила близко?— Подходила.— И как, ничего не чувствуешь?— Искорка выдает желаемое за действительное...— Хм, ты точно там не про "психологию" читаешь? Такие книжки для девушек опаснее чем те, что читает Алиса. Лиза, как мне показалось, несколько высокомерно глянула в мою сторону.— Макс, то что она читает такую литературу, не говорит о твоем интеллектуальном превосходстве над нашей старшей сестрой. Это ошибка обобщения. Порой даже умные люди любят заниматься никчемным по мнению окружающих делом: читать пустые журналы с картинками, вязать валенки, писать фанфики... Это ни о чем не говорит, просто люди так отдыхают.— Валенки разве вяжут?— Макс, я не знаю, тебе лучше знать.— Это почему, мне лучше знать?— Потому, что ты порой очень любишь им прикинуться, не замечал? Вечером заглянул к Алисе и Кате. Девушки сидели на кровати и о чем-то беседовали между собой.— О, Макс, ты поделу или как?— И по делу, и просто так, пообщаться...— Тогда проходи, мы как раз с Алисой разговаривали о тебе. Я сел с ними на кровать. Алиса подвинулась чуть в сторону, и я передвинулся, занимая место между подружками. Сестра тихонько толкнула меня в бок.— Макс, Катя мне все уши про тебя прожужжала, все расспрашивает различные подробности. Я удивился такому интересу.— Мне конечно приятно, но о чем речь? Девочки переглянулись и неформалка ответила.— Макс, не смейся, но мне кажется ты прав, с этим миром действительно творится что-то ненормальное... Что именно?— Макс, все! Как я была раньше слепа, почему всего этого не замечала! Мать, все вокруг превратились в каких-то роботов. Разговаривают односложно, каждый новый день почти полностью повторяет предыдущий. Неделю за неделей к нам в клуб ходят одни и те же клиенты, пытаются шутить одними и теми же плоскими шутками...— Клуб?— Я так называю мамин бизнес, хотя это скорее больше похоже на сеть публичных домов...— Похоже у тебя было насыщенное детство. Катя замахала руками.— Нет, вы не подумайте, мама никогда не пыталась затащить меня в это болото, но она никогда не делала секрета из своего рода деятельности, и все так сказать, проходило у меня перед глазами. Алиса взяла подругу за руки, и как-то так вышло, что положила ее на мой член.— О чем, ты? Мы и не думали ничего такого!— М,да... Не думали.. думать... Ничего такого!— Спасибо, я знаю. Макс, так как на счет еще одного места на твоем ковчеге? Я рассмеялся.— Хм, ты так это называешь? Ну, я подумаю, что можно сделать... Алиса посмотрела подруге в глаза.— Ты правда считаешь, что эти фантазии Макса реальны? Серьезно?— Более чем... Ее рука освободилась от Алискиного захвата и обхватила головку моего члена.— Ну, Макс, чего бы ты хотел? Или даже не так. Кого бы ты хотел сегодня? Как только я лег спать, после трудов праведных, нас с Лизой система выкинула к бассейну, встречать Оливку. На этот раз она не стала нас одевать, а отправила в том виде, в котором застала в постели.— А вот и я! Всем приветик! Ну что, скучали?— Не то слово! Оливка радостно осветила все вокруг своей роскошной улыбкой.— Извините что одета, сейчас я это исправлю...

Мы немного поплескались в бассейне, поговорили ни о чем, и тут Оливка переглянулась с Лизой и заявила.— Ну что же, думаю приличия соблюдены, пора чайком побаловаться? Я глянул на сестренку.— Ты ей правда рассказала?— А что? Мы же подруги, а у подруг все общее, и никаких секретов друг от дружки!— Да! Иди сюда подруга... Оливка подвинулась к Лизе, и те на моих глазах страстно поцеловались.— К,хм... Может мне уйти, и вы дальше продолжите сами, без меня? Я картинно взялся за поручни трапа и принялся подниматься из бассейна. Лиза возмущенно и с шумом хлопнула меня по заднице.— Иди, займись кроватями, мы сейчас придем и продолжим! Оливка звонко рассмеялась и крикнула вдогонку.— И не смей никуда деваться! Твой перчик придаёт некоторую перчинку нашим отношениям...— Вот как?! Я сдвинул наши кровати вместе и лег по середине образовавшегося траходрома. Девочки не заставили себя долго ждать и через минуту легли рядом.— С чего предпочитаешь начать, Макс?— Ну, ты можешь показать мастер-класс, а Лиза настроится... Оливка посмотрела на подругу.— Слышала, Лиза, что сказал наш мужчина? Докажем ему, что мы не хуже твоей старшей сестры, и тоже можем удивить? Сестра облизнула губки, и тряхнула головой.— Докажем.— Тогда я займусь Максом, а ты пока помоги мне настроится... С этими словами Оливочка встала в моих ногах и резко прогнулась, опустившись на мостик. Я обомлел от неожиданности, ее красивые груди дернулись из стороны в сторону и замерли на месте.

— Макс, можешь их погладить пока я займусь твоим другом... Лиза встала на коленях между моих и ее ног, и обхватив и придерживая подругу за бедра, принялась ласкать ее киску. Между тем Оливка опустила лицо вниз, ее губы обхватили головку моего члена, а белоснежная челка волос принялась приятно щекотать яйца. Я довольно погладил ее ладонями по животику и положил руки на грудь, слегка сжимая пальцами пухлые соски... Гимнастка слегка сгибала руки в локтях, и тогда мой член все глубже и глубже проникал в ее горло, пока Оливкин подборок не уперся в мой лобок. Это было потрясающе. Нудистка медленно поднялась вверх, и чуть задержавшись и облизнув головку, выпустила член изо рта.— Макс, все хорошо?— Да... Я почти кончил.— Я первый раз пробую такой способ, не знаю... смогу ли я так все проглотить и не подавиться? Может продолжим как обычно? Я молча положил ей свои ладони на виски, а пальцами нажал затылок, опуская голову вниз. Оливка не сопротивлялась, а снова открыла рот... Никто ничем не подавился, и не задохнулся, хотя ее лицо, грудь и шея сильно раскраснелись, что было заметно даже через сильный загар. Ей пришлось продолжить сосать, умело контролируя свое дыхание. Как только я кончил, девочка с моей и Лизкиной помощью, поднялась и села на колени. Сестра тут же принялась с ней целоваться в засос, и жадно облизывать сперму с ее губ. Не смотря на то, что я только что хорошо кончил, эрекция никуда не пропала, а я по-прежнему был сильно возбужден. Тогда я потянул Оливку за руку, и посадил ее мокрую киску на своего коня.— О, Макс, а ты тоже можешь удивить девушку! Я довольно погладил ее грудь левой ладошкой, а правой рукой взял в свою очередь за руку Лизу и тоже подтянул поближе. Сестренка стояла на коленях рядом, ласкала свою грудь, а я, правой ладонью ласкал ее киску и внутреннюю поверхность бедра. Обе девочки довольно постанывали, и снова принялась целоваться. Я положил большой палец руки на Лизкину трещинку, а указательный и безымянный вставил ей в попку. Когда терпеть дальше было уже не возможно, Оливка шумно произнесла.— Макс... Можешь кончать в меня... Я сегодня на таблетках и... сейчас я сама... кончу... да... так... Лиза резко опустила руку к своей киске, отодвигая мой большой палец в сторону, и принялась дрочить, у меня на глазах. То что она тоже кончила, я понял по тому, как резко сжало оба мои пальца у нее в попке.— Ох, Макс... Оливия... Ну вы меня и вымотали... Извините что выбываю, но я валюсь с ног... Еще и пальчиками Макс меня второй раз довел... Ух... Разбалуете, привыкну к такому... Спокойный ночи! Довольная Оливка меж тем устроилась у меня на плече.— Да, мы тоже спать... Спокойный ночи, Лиза! Я быстро и крепко заснул. Но несмотря на отлично проведенный день, приснилась мне какая-то хрень. Я стоял во сне, одетый в парадный фрак с бабочкой, с цветком в петлице, а ниже пояса болтал членом и голыми ногами. Ко мне подошла мама, в белоснежном свадебном платье, его шлейф поддерживал в руках маленький мальчик в матроске, но с лицом Эрика, и небритой щитиной на этой самой морде. Я хотел возмутиться, но из горла у меня с трудом вырывалось лишь невнятное бормотание.— Э... Что, присхо... Мама улыбнулась и нежно взяла меня за руку. Нас обступили сестры и радостная тетя Кира, Катя и Оливка подошли с большими связками гелиевых шаров-сердец. Красных и серебряных. Мама снова улыбнулась и положила мне голову на плечо.— Сынок, ты уже подрос и теперь сможешь заменить мне своего отца...— Я...— Не бойся, все будет хорошо, ты вырос настоящим мужчиной! Давай пойдем к свадебному костру, и скрепим наш союз... И мы пошли к нашему бассейну, зачем-то облили бензином и подожгли подросший Мелорн. Искорка лежала в стороне, и билась в припадке ярости, все ее четыре ноги были крепко связаны веревкой. Как она не пыталась зубами развязать тугой узел, у нее ничего не выходило, и маленькой единорожке не оставалось ничего другого, как громко голосить и грязно ругаться.— Кожаные ублюдки, немедленно меня развяжите, вы все, ВСЕ, за это ответите! На нее кроме меня никто не обращал внимание, взгляды всех были прикованы к дереву, к тому, как корчатся в огне его ветви, как вспыхивают и осыпаются черным пеплом листья... Потом я оказался в суде. Зал битком был набит какими-то серыми личностями, лица которых как не пытался, не мог разглядеть. Поэтому я уставился на большой портрет какого то плешивого карлика, изображенного в полный рост, и зачем-то на табурете. Вокруг его глаз художник обвел целых четыре круга мешков различного оттенка, а на башке разместил дурацкую корону из серого упаковочного картона. Тут я услышал крик и звук молотка.— Виновен! Приговаривается к пожизненному заключению в банном корпусе женской колонии. До конца своих дней будешь стирать грязные бабские трусы, недоносок!

Мой взгляд сфокусировался на том, кто выкрикнул эту бессвязную ахинею. Бабища огромных размеров, замотанная в черный чехол для танка, грозно смотрела в мою сторону и стучала судейским молотком по подставке.— Где я, и в чем меня обвиняют? "Судья" пожамкала губищами.

— Подсудимый, вы обвиняетесь в сексизме, нарушение прав женщин, презрение к институту брака, саботажу и дезертирству в вопросах демографии...

— Да? Это все, или есть еще обвинения? Судейская рожа довольно ухмыльнулась и заговорила громким уверенным голосом.— Обвиняетесь в антирелигиозных высказываниях, отрицании законов божьих...— Я требую адвоката, это произвол! Я растерялся и принялся испуганно рассматривать людей по сторонам, ища поддержку. Но людей не было, вокруг была одна серая масса, лишь издали похожая на людей.

— Приговор окончательный, и обжалованию не... Туша замахнулась молотком, а я заорал во весь прорезавшийся голос.— Кто-нибудь уберите ее отсюда! Неужели вы не видите, кто меня пытается судить? Это же тупая свинья! В глазах свиноматки блеснули молнии.

— За богопротивное сожительство с младшей сестрой- школьницей, педофилию, инцест и кровосмешение, вы приговариваетесь к сажанию на кол, без смазки. Внесите осину в зал суда!

Какие-то невзрачные тени шустро втащили заостренный дрын в зал суда, а меня меня крепко скрутили по рукам и ногам, пытаясь претворить решение суда в жизнь. Я снова заорал.— Это не суд, а полное беззаконие и произвол, меня не за что судить! Свинья сложила пухлые руки на груди, довольно рассматривая представление.— Да, вот таков он, быстрый и справедливый суд Россиянского анклава! Все полностью законно, и абсолютно не может быть ни кем либо оспорено. Ни как, такова система! А ты, всего лишь жалкий раб, возомнивший себя героем, который может идти против нее... Но итог будет один- или смирись, или умри! Меня подняли на руки, и я закрыл в испуге глаза, а слезы текли у меня по лицу. Суд и серые люди вокруг в одно мгновение исчезли. Темных зал сменился красивым парком.

— Максим Ефграфович, с вами все нормально? На меня участливо смотрела немного повзрослевшая Лиза. Я осторожно произнес.— Да, все хорошо. А почему ты говоришь со мной на "вы"? На лице у Лизы обеспокоенное выражение лица сменилось на легкое снисхождение и укор.— Максим Ефграфович, вы же обещали не обижать и заботится о моей Аве...— Да... Я забочусь. Я правда, очень люблю Лизу, и вовсе я никакой я не педофил! Повзрослевшая Лиза удивилась, и снова посмотрела на меня обеспокоенно.— О чем вы? Не нужно думать о всякой ерунде... Она крепко взяла меня за руку и сжала ее своей ладошкой.— Сейчас нужно сосредоточится на самом главном! Помните, вам нужно спешить! Время уходит, вы и Лиза в опасности!...

— Да... Лиза улыбнулась.— Я очень на вас надеюсь. Поймите- Лиза единственная возможность для этого мира. Она- ключ ко всему! Я очень на вас надеюсь, вы должны спасти ее любой ценой! Я сжал ее руку своими ладонями.— Да, Лиза, я все понял. Я обязательно спасу тебя!!! Тьма поглотила меня, лишь судейский молоток с больным звоном бил по голове. Тут, тут... Тук!