Глава 5. (2/2)
Открыв дверь кабинета, Франция подбежал кписьменному столу (и как у него это получается на шпильках?) и начал разбирать бумаги. Не обнаружив ничего на самом столе, он полез в полку. Вскоре его глаза засияли, и он достал пачку писем несколько небрежно связанные атласной лентой. Франциск прижал их к своим губам и после, спрятав их в кармане пиджака искренне улыбнувшись, повернулся к Америке и сказал, что то, что он искал – нашел. Больше ему ничего от него не надо.Когда Джонс проводил его до двери к нему подошел подвыпивший Шотландия (когда он успел?) и повел к себе в комнату. На вопрос, зачем ему это надо, Скотт ответил лишь, что пить в одиночестве – первый признак алкоголизма.
Сидя в комнате старшего Керкланда, Альфред слушал про то, как он учил Артура готовить, сражаться, магии и всему тому, что знает сам. Наверное, это было идеальное условие для того, что бы узнать о смерти своего опекуна больше, но Америка этого делать не стал. Даже задай о его смерти вопрос, Шотландия бы его проигнорировал, поскольку тот повел Джонса в свою комнату лишь для того чтобы выговориться, а не отвечать на чьи-то вопросы.
Когда настало время получения наследства, вся семья встретилась в кабинете адвоката. Шотландия и Америка жили вместе и поэтому пришли к адвокату быстрее всех (адвокатское бюро находилось на соседней улице). Пока они ждали остальных, Скотт вертелся в кожаном кресле и не мог придумать, как сесть удобнее. Первым пришел Уэльс. Выглядел он не выспавшимся и злым.После пришли Ирландии, старшая была мокрой и Дайлон пытался согреть ее с помощью своей куртки и единственное, что успел сказать, так это то, что она провалилась под лед.Америка всегда знал, что Англия умел удивлять пусть и казался он чопорным и слишком правильным для таких развлечений, но такие вещи он любил. Особенно когда это неожиданно.
В завещании было сказано: Скотт Керкланд получает дом и принадлежащую ему землю, Дайлон и Эвелина Керкланд получают весь транспорт, какое было в распоряжении Артура, Америка получает лабораторию и все книги Керкланда, а Уэльс – денежный счет в банке. И это было сюрпризом для всех. Конечно, само завещание имело малоприятные пунктики, но оно было неожиданно щедрым.
Когда все заполнили необходимые документы, Скотт подошел к ирландцам и начал расспрашивать их об инциденте. Эвелин пыталась успокоить Шотландию, но тот был в бешенстве и дав Дайлону подзатыльник пошел к машине, где его ждал Альфред. Не успел, Шотландия сесть в машину, как к нему подбежал Уэльс и начал упрашивать дать хотя бы часть земли. На вопрос ?Зачем??, он ответил, что хочет построить новые заводы. Скотт сказал что подумает. Правда потом он сказал, что отказывается, поскольку у него самого земли есть свободные, да и зачем ему проблемные участки земли бывшей Англии? Уэльс был в бешенстве и вскоре объявил старшему брату войну. Причиной всему, как казалось Джонсу, была жадность, но в каком-то смысле было во всем этом что-то замешано, что-то, что надежно скрыто от него, и Альфреда это бесит. Он доберется до этой истины несмотря ни на что.
Кстати, Англию похоронили рядом с Силендом и переночевав в комнате Артура, Альфреду ничего не приснилось.
***Америка не мог уснуть. И причиной этому было далеко не разница в часовых поясах. Спустившись вниз он хотел выпит молока, которое, смогло бы помочь ему благополучно уснуть. Увидев на кухне Сибирь, сидящую за столом и пьющую то ли чай, то ли кофе и смотрящую телевизор, он поспешил быстрей налить молока и удалиться. Она ему не очень сильно понравилась. Он часто и много слышал о ее жестокости и боялся, что она воткнет ему нож в спину, да и не комфортно ему с ней было. Рядом с ней он чувствовал себя неправильным и избалованным.
Заметив Джонса она с интересом посмотрела как тот наливает в стакан молока и увидев, что он собирается уходить, остановила его:— Тоже не спиться? – как можно спокойнее произнесла Катя ведь пусть даже она и была гордой и в чем-то даже смелой, сейчас она боялась, что этот парень ей откажет.
— Да… — замялся Альфред, чувствуя пристальное внимание со стороны Сибири.
— Можно с тобой поговорить? – голос предательски дрогнул, и девушка уже корила себя за это.
Такое предложение (с учетом того, сколько тогда было времени) звучало необычно и Джонс сел рядом и в ожидании начала разговора начал смотреть в телевизор, где показывали какой-то старый американский боевик с, кажется, Сильвестром Сталоне. Разговор не начинался достаточно долго, Сибирь собиралась с мыслями и вертя в руках кружку вскоре произнесла:
— Можешь, не топить льды у меня? – и закрыла глаза, чтобы не видеть реакции Америки, которая, по мнению самой Кати явно не положительная.
— Ты не понимаешь, если не начать топить снег и лед то… — начал объяснять Альфред положение дел, но его перебила Катя.
— Я все понимаю! Но растопив льды здесь, ты убьешь того, кто должен помочь нам положить конец этой зиме.
— Что? – такое положение вещей удивляло и радовало Джонса одновременно. Если она и Россия знают того, кто может прекратить зиму, то это все меняло.– И кто тот, кто поможет в этом деле?
— Не могу сказать. И ты нам помочь не сможешь. Главное, не топи льды у меня – не хочу, чтобы мои старания были напрасными. – сказав это, Сибирь ушла, а Америка все так и смотрел на старый фильм и думал о ее словах.
Утро наступило быстро, но разбудило всех не солнце, а шум вертолета. Все (кроме Америки) буквально подскочили из своих кроватей и вскоре, послышался настойчивый стук в дверь. Открыв ее, в дом зашел улыбающийся во все 32 зуба Монголия. Увидев Сибирь он подбежал к ней и обняв воскликнул:
— Сестра, я давно так давно тебя не видел! Целый год! – отпустив ее из своих объятий он начал рассматривать ее – А ты выросла… На немножечко, но подросла…
В ответ Катя лишь улыбнулась. И Сибирь и Монголия знали, что она не растет и не меняется с тех пор как стала не Сибирским ханством, а Сибирью. Причиной этому стало то, что большинство ее земель не развиваются. Вообще, это приводит к деградации страны, но благодаря развитым городам она все-таки избегает свою печальную учесть.Внешне Монголия был похож на Америку и даже характер был чем-то похож на характер американца, но Монголия был темноволосым и прическа была другой, а в характере, пусть даже он смеялся и шутил, не было видно его глупости, наоборот он выглядел человеком знающим, но позитивным.
— Ты же сказал, что приедешь завтра. В самолете из Владивостока. – недовольно произнесла Катя смотря на прибывшего брата.
— Ая! Ну мне же можно приехать к тебе только раз в год! На месяц! Ну я и решил пораньше приехать…
Это ?Ая!? Сибирь отлично знала. В детстве она и Монголия росли у Китая, и она отлично знала причину, по которой он так говорит. Если он начал говорить любимые фразочки Яо, значит, он уже успел выпить с ним. А она думала, чего он такой веселый?..— Эй! Ну раз я приехал раньше времени, то есть повод раньше времени использовать привезенный сувенир! – монгол еще больше развеселился и начал что-то разбирать в сумке. Наконец, найдя ?сувенир? он торжественно протянул ей бутылку китайской рисовой водки. Похоже, единственным, кто оживился от такого подарка, был Иван.
— Я сейчас принесу рюмки. – произнес Брагинский и скрылся в кухне. На такое оживление России, Катя ничего не сказала, только посмотрела на начальника, как на врага народа. В доме сибирячки всегда действовал сухой закон. До тех пор, пока не приезжает ее братец, который и сам не прочь выпить с ?страшным Россией?.
— Алкоголики… — прошептала Сибирь и взяв одну из трех рюмок у только что пришедшего Ивана, протянула ее брату, тем самым показывая, что и ей надо налить китайской водки.