Наука (1/1)

Бог обмана поудобнее улегся на спину, почти жалобно глядя на Тора.- Научи меня. Пожалуйста.Локи. Просящий, не пытающийся занять главенствующую позицию, просто жаждущийдействий сводного брата и смотрящий только на него. От такого не просто сходишь с ума, от такого превращаешься в безумца. Весь мир сокращается до этих мятно-зеленых глаз, чуть отдающих золотым в свете закатного солнца. Глаз предателя, глаз обманщика, ледяного великана, места которому не было в Асгарде. Не в Асгарде, но здесь, в комнате Тора, на его кровати. Бог садится рядом и легко проводит кончиками пальцев по щеке Лафейсона.- Я и сам не мастер, - усмехается громовержец и нависает над братцем, опираясь ладонями в простыню около его ушек. – Но постараюсь дать тебе хороший урок.Он наклоняется к лицу возлюбленного и нежно касается его губ. Просто прикосновение, ничего больше, но этого хватает, чтобы у предателя перехватило дыхание. Он хочет податься навстречу принцу, хочет сильнее ощутить его вкус, но не смеет. Ему кажется, что любой неверный шаг, любая вольность отпугнет брата, заставит его отстраниться. Но нет, тот только усмехается в губы предателя и проводит по ним языком, прося приоткрыться. Локи робко поддается брату, и он чуть углубляет поцелуй. Его шершавые, обветренные губы еще хранят привкус недавно выпитого вина (неужели пил со стражниками?), и это опьяняет, заставляет совсем потерять рассудок.- Нравится? – шепчет сын Одина, на мгновение отрываясь от младшего братишки, и тут же снова приникает к его рту. Целует уже увереннее, лаская тонкие губы изнутри, скользя языком по зубам и деснам, а Локи просто наслаждается этим. Он не знает, что делать, как правильно отвечать, поэтому просто ждет распоряжений своего повелителя, подчиняется ему. Неосознанно сын Лафея размыкает зубы и подается к брату, просто потому что ему хочется большего. И Одинсон это прекрасно понимает. Он проникает еще глубже в рот любовника и сплетает их языки вместе, начинает ласкать нёбо хитреца. Локи чувствует щетину брата на своем подбородке, которая ощутимо колется, но даже это нравится Богу обмана. Он прикрывает глаза и готовится полностью раствориться в ощущениях.Вдруг все резко и неожиданно прекращается. Тор словно исчезает куда-то, растворяется в воздухе комнаты, ностоит открыть глаза, и Локи понимает, что брат все еще здесь, что он просто остановил поцелуй.- Почему ты?..

- Это странно, Локи, - честно отвечает Тор. – Ведь ты снова врешь. Ты ведь вовсе меня не любишь. Это всего лишь какой-то новый замысел и, наверняка, сейчас ты продумываешь изощренный план моего убийства, но мне наплевать. Мне мало твоего поцелуя, я хочу тебя.И где-то на закромках сознания просыпается совесть, кричащая: ?Да что ж ты творишь, его вчера только изнасиловали?!?, но ее голос так тих, так незаметен и неважен сейчас. Сейчас просто хочется стянуть эту светлую, совершенно неподходящую предателю рубашку, хочется ласкать его шею и грудь, пока он не станет хныкать и просить большего. Хочется не просто взять его, хочется овладеть этим маленьким поганцем. Подчинить себе не только тело, но и душу.- Тор… - неуверенно попытался остановить брата Локи, но безуспешно.- Не бойся, все будет по-другому, - обещает Одинсон, удобнее устраиваясь над предателем.- Дело не в этом, ты должен знать, что... – тот все же пытается предупредить принца, объяснить ему, почему нельзя.- Локи, - будущий царь отчего-то ехидно улыбается, - я ничего не хочу знать. Ты сам меня завел.- Тор, я тоже хочу, но…- Никаких ?но?, - почти резко перебивает старший. И есть в этом что-то правильное.Вот он, первый раз. Не то, что произошло на окраине Асгарда, там была лишь фальшивка.

Локи взволнован. Все-таки он не готовился к тому, что должно было произойти. Он не знал, как себя вести, что делать… Конечно, вчерашнее давало кое-какие представления, но ведь все будет совсем по-другому. Ведь будет же?..- Тор, я ничего об этом не знаю, - прошептал Локи, когда брат снова наклонился к его лицу. – Что мне делать?- Ничего, я сделаю все сам.Еще один поцелуй, на этот раз совсем незаметное касание губ, и Тор уже нежно шепчет брату на ушко:- Просто расслабься, иначе может быть больно.Совсем не так, как тогда… С братом не стыдно, в этом есть что-то… Что-то братское в этом и есть. Что-то товарищеское и сокровенное.- Щекотно, - Локи улыбается и запрокидывает голову назад, открывая принцу беззащитное горло, когда Одинсон, начинает мягко целовать его тонкую шею. Жесткая щетина покалывает чувствительную бледную кожу, заставляет податься навстречу. Предателя тянет смеяться, приятное ощущение вызывает сладкую дрожь по телу. Тор продолжает ласкать губами шейку сводного брата, опираясь коленями в одеяло около его бедер и одновременно начиная расстегивать пуговицы на рубахе отца. С губ Локи срывается тихий стон, когда громовержец осторожно прикусывает мочку его ушка и шепчет:- Все равно люблю.И нет этого вечного ?брат?. Может, и не брат больше? А кто?- Тор…Локи просто произносит это имя, пробуя его на слух. Кажется, оно звучит так же как раньше, но что-то все равно по-другому. Едва различимое изменение, не доступное уху даже Бога. Или дело в придыхании, в интонации Лафейсона?Старший из сыновей Одина явно не забивает себе голову всякими размышлениями. С рубахой давно покончено, Тор начал покрывать грудь полу-великана невесомыми поцелуями. Проводит по ней кончиками пальцев, задевает чувствительные бугорки сосков, заставляя Локи снова неслышно застонать. Но предатель робеет. Он боится допустить ошибку, сделать что-то не так, разочаровать старшего брата… Ласки сводят с ума, прогоняют в небытие любые возникающие в голове мысли, поэтому так страшно ошибиться. Ведь тогда они сразу прекратятся.- Тор, пожалуйста, - просит Локи, когда наконец осознает, что возбужден. Он хочет увидеть обнаженного Бога грома снова. Как тогда в купальне, но на этот раз больше. Почувствовать его в себе, ощутить горячую твердость и отдаться во власть будущего хозяина. Принц усмехается и чуть дрожащими от собственного возбуждения пальцами пытается справиться с ремнем на своих брюках, мысленно благодаря брата за то, что он не одевал на ночь ничего, кроме рубашки. Это значительно упрощало задачу, казавшуюся сейчас действительно сложной. Тор все же сумел справиться с надоевшей застежкой и быстро освободить себя от ставших тесными брюк.Ожидание, ожидание! Недолгое, но такое томительное! Вся власть только у Тора, и это одурманивает, кружит голову, распаляет еще сильнее… Бог подносит ладонь ко рту брата и командует:- Оближи пальцы.Подчиняющийся Локи, Господи! Его горячий язык, умело скользящий по фалангам, теплая липковатая слюна, блестящая в медленно угасающих лучах закатного солнца… Тор хочет прямо сейчас, без прелюдий и подготовки, и только осознание того, что так он причинит боль любимому брату, останавливает его от этого неосторожного шага. Он отнимает пальцы ото рта Локи и медленно вводит один в его маленькую дырочку. Лафенсон зажмуривается, неприятное ощущение напоминает о вчерашнем вечере, но Бог гонит эти мысли прочь. Пара мгновений, и пальцев уже два, громовержец продолжает аккуратно растягивать своего, теперь уже, любовника. Добавляет третий палец, а в голове только одна мысль: ?Скорее бы?. Локи сам начинает насаживаться на пальцы брата, и приходит понимание. Готов.Предатель разочарованно стонет, когда возникает тянущее чувство пустоты, но оно длится так недолго… Тор со стоном входит в сына Лафея одним плавным движением. Так тесно, так жарко… ни с одной из женщин Асгарда не было так хорошо! И хочется сразу толкнуться вперед, но сдерживают слезы, застывшие на длинных ресницах брата. Черные волосы разметались по подушке, губа закушена, костяшки пальцев побелели, сжимая в кулаке злополучное одеяло. Ему больно, но почему тогда он тихо шепчет: ?Тор… Еще…?? Нет сил держаться, громовержец начинает осторожно двигаться, вызвав этим сдавленный вскрик. Локи выгибается под братом дугой, чувствуя, как тот задел что-то внутри.

Два тела в сумасшедшем танце единения, последние полоски света на плечах, восторженный стон. Локи цепляется тонкими пальцами в спину Тора. Его накрывают ошеломительные волны наслаждения, одна за другой, соревнуясь в яркости и силе. Братья кончают одновременно и падают на смятое одеяло. Идиллия… Сейчас немного отдышаться и уснуть…- Ты что-то хотел мне сказать, - вспоминает старший из них, убирая прилипшую ко лбу Локи челку.- Я? – растеряно повторяет тот. – Ах, да. Хотел. Тор, - голос Лафенсона стал немного строже, - я ведь и забеременеть могу.