Адский понедельник (1/1)

Когда первые лучи воскресного солнца показались на горизонте, две горничные, шагая по коридорам чудесного замка Кантерлот, о чем-то тихо спорили. Кобылы, одна желтого, а другая тёмно-пурпурного цвета, обыкновенно были склонны выполнять свою работу преисполненные чувством гордости и долга.Однако сегодня это чувство было выброшено из головы. Каждая пыталась решить, кто же из них станет жертвой. Это было странно, учитывая, что дворец, в котором они работали, был центром мира пони, маяком свободы и справедливости, разумеется, такие понятия ритуального жертвоприношения давно устарели. Но всё же они были.Нет, столица не была монолитной обителью вековой элегантности, с которой многие были склонны связывать ее. Под маской скрывалась темная тайна, о которой хорошо осведомлены только прислуга и принцессыВот вам и аргумент. Ибо проигравший здесь и сейчас, будет заботится об одном особенно печально известном пони. Тот, кого все из прислуги и знали, и боялись, и поносили.Тот пони, который, если бы не тот факт, что он был прямым потомком диархов, скорее всего, был бы брошен в тюрьму, неоднократно избит и/или (желаемое подчеркнуть) изгнан из Кантерлота, а может быть, и всей Эквестрии, давным-давно.— Хорошо, хорошо, а как насчет такого: сегодня обслуживаешь ты, а взамен я буду приглядывать за... твоим жеребёнком бесплатно весь месяц? — горничная с желтым мехом и белыми, короткими, слегка растрёпанными гривой и хвостом предлагала своей коллеге сделку.— Целый месяц? — недоверчиво переспросила горничная в пурпурном халате. — Ты хочешь сказать, начиная с сегодняшнего вечера, прекрасно зная, что Перл только начала отращивать свой рог? А это значит, что ты готова смириться с круглосуточным, во все дни недели, безостановочным плачем и неконтролируемой магией? — на ее губах отчётливо проступила язвительная усмешка.— Д-да... — Как бы это ни было жестоко, она была в отчаянии. — Ну так, что скажешь, Мист?— Никак. Нет. Клин. Бриз. — ставя ударения в каждом слоге, произнесла Мист. — Я бы предпочла встретиться лицом к лицу с этим, чем связываться с нашим "любимым" принцем, — прошипела она с ядом в голосе.— П-п-пож-ж-жалуйста, Мист! — умоляла Клин Бриз. — Я уже отхватила фунт лиха на прошлой неделе, — она сделала настолько большие глаза, насколько это вообще возможно, задрожала губами и оттянула уши назад.Годы, проведенные в услужении принцу, ожесточили Мист, и ее сердце не дрогнуло от щенячьих глаз ее подружки: — И ты взяла только один из этих дней, Бризи, — Мист сердито посмотрела на нее. — Я провела с ним целую неделю до этого. Если мне придется провести еще один день с Блюбладом, клянусь, я задушу его, несмотря на последствия! Даже если это означает билет на солнце в один конец.— Но я его на дух не переношу! — Клин заскулила, чуть не плача.— Я знаю, — сказала Мист, беря копыто Бриз. Она нежно погладила её, прежде чем посмотреть ей прямо в глаза. — Но мы все должны смириться и вытерпеть это; давай будем честны, ты слишком долго уклонялась от своих обязанностей, — она обвиняюще ткнула копытом в грудь Клин Бриз. — Не думай, что я не знаю о твоих маленьких "сделках", Бризи.Клин Бриз неловко дёрнулась:— Я... Я понятия не имею, о чём ты говоришь...— Я знаю, что вы предлагали всевозможные сделки с другими сотрудниками, — она сурово посмотрела на подругу. — Клянусь солнцем Селестии, я надеюсь, что ты действительно не предлагала этому бедному жеребцу, который только вчера начал работать дворецким, свидание в обмен на смену.Румянец Бриз не мог скрыть ее вины, как и слабая улыбка, когда она искала оправдания: — Ну, ты знаешь, я... Я просто подумала что... Что раз уж я ему нравлюсь, и он такой милый...— Просто делай свою работу, Бризи, — со вздохом сказала Мист. — И поверь мне, мы легко справимся. Блюблад только и ждёт, что мы ему что-нибудь принесём, кивая и улыбаясь, — она натянула слащавую улыбку, болезненно-сладкая растяжка и впалые глаза показали, насколько это было для нее привычно. — Это принцессам приходится нелегко, — сказала она, кивнув головой в сторону покоев принцесс, которые были достаточно удобно расположены как можно дальше от апартаментов Блюблада.Клин нахмурила брови:— Правда?— Ты увидишь это довольно скоро, — Мист торжественно кивает, прежде чем продолжить. — А сейчас просто сделай глубокий вдох, закрой глаза и напоминай себе: "Они дадут мне прибавку за это".Внезапно, оба резко остановились. — Вот мы и пришли, — Мист, не смея взглянуть, закрыла глаза, и в воздухе повисла тишина, похожая на ту, что бывает перед казнью.Клин замерла, когда ее голова медленно повернулась и увидела двойные деревянные двери с вырезанным на них изображением ни кого иного, как самого принца. Для любого посетителя или стражника, эта дверь была не более чем одним из проявлений гигантского эго принца. Для персонала, который действительно должен был войти внутрь, это была дверь в сущее Пекло.― Оставь надежду, всяк сюда входящий, ― Мист и Клин Бриз одновременно сказали их личную поговорку.― Клянусь Селестией, я очень надеялась, что ты шутила, когда говорила мне, что это вход в Тартар, ― сказала Клин, отрывая взгляд от двери, чтобы посмотреть на подругу. ― Ты уверена, что я ничего не могу сделать, чтобы... ― шанс сделать последнюю попытку выбраться из всего этого исчез, так как горничная обнаружила, что её подруга уже давно ушла, ― что!? Мист, ты не можешь! ... ― Клин вздохнула, признавая свой проигрыш, прежде чем ещё раз взглянуть на дверь, мысленно подготавливая себя. ― На самом деле, я не могу винить её. Я, должно быть, сделала бы тоже самое.— ?Я получу повышение, я получу повышение, я получу повышение...?, ― Клин продолжала повторять это как мантру, собирая столько мужества, сколько могла, прежде чем открыть дверь, чтобы встретится с самим дьяволом. — ?Пора, давайте покончим с этим...?.Уверенно шагая и дежурно улыбаясь, горничная подошла к шторам и, используя магию, раскрыла их, чтобы солнечный свет смог залить комнату золотом, получив в ответ визг принца, которому в глаза ударили яркие солнечные лучи.― Доброе утро, принц, ― деловито поздоровалась Клин, но тут же получила подушкой в лицо за свои старания, и вскоре на неё уставился разгневанный жеребец. Его мех был белым, как снег; его рог и тело были немного больше, чем у обычного жеребца; его грива, хоть и немного поистрепавшаяся в данный момент, была привлекательного золотистого оттенка, и у него было то самое, нужное количество мускулов. В целом, он был живым воплощением совершенного здоровья. Жеребец, по общему признанию, был очень привлекателен. К сожалению, как личность он точно не совершенство.― Как ты смеешь прерывать мой прекрасный сон, юродивая! ― крикнул он. ― Разве вас, ветреных служанок, больше не учат этикету?― Прошу прощения, принц Блюблад, но так, как вы просили...― О, забудь об этом, ― сказал оный принц, преувеличенно закатив глаза. Он скатился с роскошной кровати и направился в туалет. ― Простолюдин вроде тебя, никак не может понять, с какими проблемами приходится ежедневно сталкиваться пони королевской крови.Клин стиснула зубы: — Конечно, сэр, ― сказала она, начиная стелить ему постель.― Ах, Дульси, если бы ты только знала, как я завидую твоему простецкому образу жизни. ― сказал Блюблад. Последовала пауза, прежде чем принц расхохотался. ― О, клянусь моей дорогой тётушкой, я сам себя подколол,― сказал он, прежде чем закрыть дверь.― Да, вы очень весёлый, принц. ?Убейте меня. Убейте меня сейчас же?.(Это необязательно, но если хотите, можете слушать это во время чтения: https://www.youtube.com/watch?v=EcFJTc28soQ )Позже, в тот же день, когда Блюблад нежился под лучами солнца в саду, загорая, он съел очередную виноградину и выплюнул её семечко в лицо Клин, которая держала напиток принца. Её, покрытое семенами, лицо оставалось бесстрастным. В понедельник вечером, Блюблад устроил в Королевском бальном зале частную вечеринку с наиболее снобистскими дворянами Кантерлота, большинство которых утверждали, что дружат с принцем только для того, чтобы быть ближе к королевской семье и продемонстрировать своё богатство.― Ах! Друзья мои, я так рад видеть, что Вы смогли прийти в этот вечер. Пожалуйста, проходите-проходите. Можете отдать свои пальто ей, ― высокомерно проговорил Блюблад, указывая с ухмылкой на Клин Бриз.― Что? ― глаза Клин расширились от шока, после чего она была похоронена под горой безвкусных пальто и свитеров.― И побыстрее там с закусками! Скок-скок! ― приказал Блюблад, ведя гостей внутрь.Во вторник, принц, примеряя перед большим зеркалом новый костюм, повернулся к портному, который потел от волнения.― Я думаю, что этот новый костюм должен стоить целое состояние и на него ушло много времени. Я прав, мой добрый сэр?― В-вы правы, ваше превосходительство. Для королевской семьи только лучшие материалы.― Хорошо. Я возьму десять, ― с гордостью сказал он. ― Включая этот. Дульси, заплати доброму жеребцу, ― приказал Блюблад, выходя из магазина. Клин, которая изо всех сил старалась держаться под горой одежды, безделушек и других вещей, которые по всему городу покупал принц, используя её в качестве мула, зарычала. ― Да... Сэр. ― выдохнула она. Её копыта дрожали.А потом наступила среда.― Продано! Принцу, который ни одному другому не позволил участвовать в аукционе. ― с досадой объявил аукционист. Каждый участник одарил Блюблада злым взглядом, когда тот помахал им в знак победы. Внезапно он остановился и откашлялся, выжидающе глядя на Клин.― Ах, браво! ― она фальшиво приветствовала его, хлопая, после чего он продолжил свое шествие.Четверг: — Нет! Пожалуйста, не надо! Не заставляйте меня идти! ― Клин заплакала, в то время как два стражника тащили её к комнате принца. Сопротивляясь, она оставляла след от копыт на полу.Пятница: — Уф! Нет ничего лучше небольших тренировок время от времени. Не согласна, Дульси? ― сказал Блюблад во время езды на велосипеде с двумя кобылками, которые делали все, чтобы принцу было удобнее.― Верно... принц. ― ответила она, изо всех сил стараясь добраться до конца парка.― О, да! Я прав! Чёрт возьми! Я думаю, что заслужил это. Давайте сделаем ещё один круг!Клин могла только хныкать в ответ.Суббота: — Пожертвование для сирот? О, вы верно шутите. В смысле, я люблю этих маленьких, грязных и вонючих кровососов, поскольку они будут следующим поколением Эквестрии, но давайте посмотрим правде в глаза, сестра. Если ни один пони не захотел принять их, какой в них тогда может быть толк?, ― объявил он, заставляя группу монахинь ахнуть от шока. Клин в этот момент билась головой об стену.Наконец, наступило долгожданное воскресенье. Только её смена закончилась, как Клин рванула в свою комнату и запрыгнула в кровать. Уткнувшись мордой в подушку, она издала крик такой громкости, какой никогда не подумала что была способна.— ?Это нам-то даётся легко?! О звёзды, какой же отвратительный презренный ад приходится тогда видеть принцессам каждый день!?, — безмолвно и отчаянно кричала Клин, глядя в окно, смотрела на восходящую на небо луну.***― Я не знаю, сколько ещё я смогу выдержать, Селестия. Мы должны что-то сделать с твоим племянником, ― сказала Луна. Селестия одевала на манекен свои диадему и нагрудник.― Да ладно тебе, Луна. Тебе не кажется, что ты немножечко преувеличиваешь? Кроме того, ― как только она разделась, она повернулась и взглянула на младшую сестру, ― Блюблад и твой племянник.― И это единственная причина, по которой я до сих пор не изгнала его из Эквестрии. Отправив его куда-нибудь ещё, можно, с таким же успехом, объявить войну любой стране, в которую он попадет, ― фыркнула Луна. ― И я не преувеличиваю.― О, сестра, конечно, ― усмехнулась Селестия и подошла к ней. ― Тия! Он хотел изменить мою ежегодную конструкцию созвездия таким образом, чтобы рядом с моей луной появилось его самодовольное лицо для всех пони в мире! Чтобы они видели его каждый раз, когда наступает ночь... И он почти добился этого! ― кипя от злости, продолжала расхаживать по комнате Луна. ― И это не единственный раз, когда он пытается выкинуть подобный трюк: он утверждает, что любит нас, но всё, что он делает - это бездельничает, винит кого-либо или придумывает такой план, благодаря которому он легко сумеет добиться желаемого.― Ну, Лулу, как говорится: несколько безобидных планов делают смекалистей, ― парировала Селестия.― Тия, посмотри на меня, ― Луна схватила Селестию за щеки, так что её сестра была вынуждена смотреть ей в глаза. ― Это я, твоя сестра. Никто, ни один пони нас не услышит. Ты можешь говорить со мной прямо. Почему ты так непреклонно защищаешь этого паршивца? Маска Селестии начала исчезать, пока окончательно не истаяла как снег на весеннем солнце. Она отстранилась от сестры. ― Ты победила, Луна. Ты права. Он капризный маленький монстр и ему действительно нужно преподать урок. Я не слепа.― Тогда почему ты позволяешь ему всё это, сестра?― Потому что именно я виновна в том, что с ним такое случилось! ― выпалила Селестия, закрывая глаза.― Э-эм... Что? ― Луна только пару раз моргнула в ответ на такое заявление. ― Луна, пожалуйста, не сердись на меня, но... То, что случилось с Блюбладом, это не входило в мои планы. Это моя вина...― Тия, почему бы нам не начать с самого начала? Что именно произошло? Как ты можешь быть виновата в бессердечном поведении Блюблада? ― снова приблизившись, спросила Луна.Селестия вздохнула и посмотрела через балкон на ночные звёзды.― Полагаю, всё началось двадцать три года назад. Близился день твоего возвращения и у меня закружилась голова от мысли, что ты вернёшься, ― сказала Селестия и на её губах мелькнула улыбка, прежде чем полностью исчезнуть. ― Но затем...― "Затем"? Что случилось? ― спросила Луна.― Потом случилась трагедия, ― глядя на Луну, с лица монарха упала одинокая слеза, ― похороны и королевское обращение ― родители Блюблада, возможно, были моими последними, оставшимися в живых, родственниками. На протяжении многих лет я видела, как всё наше семейное древо иссякало и увядало. Поэтому знание того, что они всё ещё есть, был тем спасительным светом маяка, который поддерживал меня. К несчастью для других, эта семья была окрещена, как тёмная печать, предвещающая нечто ужасное...― Найтмер Мун... ― глаза Луны расширились.Кивнув, Селестия продолжила.― До сих пор случай с моими кузенам остаётся загадкой. Единственное, что выяснило следствие: мысль о том, что мои родственники стремились "воскресить" Найтмер и помочь ей принести вечную ночь, ― копыто Селестии нагрелось настолько сильно, что пол под ней начал пузыриться. ― Они не проявили милосердия. И бедный Блюблад... Ему тогда было всего три года, ― Селестия больше не могла сдержать слёз.― Клянусь луной... ― не веря своим ушам, выдохнула Луна.― Я даже не знаю, помнит ли Блюблад их лица. Единственное, что я знала тогда, так это то, что он был совершенно одинок, из всей семьи, которая у него осталась ― только лишь я. Я... я думала, что, может быть, смогу всё исправить и защитить его ради моих усопших родичей. Вот только, годами только и делала, что заботилась о его нуждах и желаниях, никогда ни в какой просьбе не отказывая. И поначалу всё шло хорошо, ― Селестия вытерла глаза от слёз. ― Он был таким милым маленьким жеребёнком. У нас была даже своя маленькая игра, когда он сидел на моём животе и закрывал глаза, ― она усмехнулась от этих воспоминаний. ― Я даже выделяла для неё особенный день и ни один пони никогда не мог заметить его. Настолько его мех был схож. ― А что случилось потом? Как могло такое милое и невинное существо превратиться в отвратительное отродье? ― Я... Я просто не могла сказать ему "нет". С каждым годом ты была так близка к возвращению и я была так счастлива, что вы двое наконец-то встретитесь, что у меня не было сил, чтобы отказать его просьбам. Я думала, что он просто ребёнок. Но затем просьбы начали становиться всё более и более требовательными, не говоря уже о их абсурдности. И всякий раз, когда я хотела сказать "нет", я начинала видеть Роял и Тритмент, которые глядели на меня с разочарованием, осуждали меня и говорили мне, что они ушли из-за меня. Я была... Я была бессильна.― Сестра, пожалуйста, их смерть не была твоей виной.― Возможно. Но к тому времени, когда я увидела, что натворила, во что втянула его, было уже слишком поздно. Мой добрый племянник ушёл и, благодаря моей собственной неуверенности, я теперь проклята этим социопатом, которому никак не могу помочь.― Тия... ― приблизившись, прошептала Луна. Она уткнулась носом в сестру. ― Ты слишком долго из-за меня страдала.― Не говори так, Луна. Ты тоже ни в чём не виновата.― Нет, Тия. Это было результатом недостатков нас обоих: моей ревности и твоей неуверенности, единственный, оставшийся в живых, родственник превратился в того, кто напоминает нам о наших неудачах.― Иногда по ночам я вижу твоё небо и думаю: "Чтобы я отдала за второй шанс?". Шанс стать семьёй. Не "королевской семьёй", а семьёй с недостатками и периодическими склоками, но, в конечном счёте, семьёй, которая действительно любит друга друга.― Я уверена, что Блюблад действительно любит нас, сестра, но по-своему. Он любит нас не меньше. Я уверена в этом, ― успокоила её Луна. ― Но да, я разделяю твоё желание, сестра. Я хотела бы видеть племянника, о котором ты так хорошо отзываешься.― О, я уверена, что ты бы полюбила его, Лулу, ― с легкой улыбкой сказала Селестия. ― Временами он был озорным, но у Блюблада было большое сердце, ― Селестия посмотрела на звёзды и что-то привлекло её внимание. ― Луна, смотри! Падающая звезда!― Быстро, Тия, загадай желание!― Не слишком ли мы стары, чтобы загадывать желание на звезду, сестра?― Ты никогда не постареешь настолько, чтобы перестать мечтать, Тия, ― возразила Луна.― Верно, ― кивнула Селестия и обе сестры, закрыв глаза, загадали желания.***На следующий день, Клин Бриз и Мист приблизились к комнате Блюблада.― О, спасибо, спасибо, Мист! Не думаю, что смогу выдержать ещё секунду с этой королевской болью, не вырвав гриву.― Блин, не забегай вперёд, Бриз. Я помогаю тебе только сегодня, потому что я была у тебя в долгу ещё давно. После первой недели наедине с этой головной болью, ты, в конечном итоге, тоже в убийственной ярости. ― Это случалось и с тобой? ― спросила Клин, находясь в шоке.Мист кивнула.― Однажды я попыталась утопить его, когда он купался и мне нужно было прикоснуться к нему, чтобы правильно нанести шампунь.― ...Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. ― О, Бриз, как бы я хотела этого, ― пробормотала Мист, когда они подошли к двери. Обе кобылки вздохнули, признавая поражение.― Оставь надежду, всяк сю... ― обе кобылки начали свою мантру, которая прервалась криком, донёсшимся из комнаты.― Что за сено!? ― закричала Мист. По ту сторону двери слышались звуки борьбы и метания предметов.― На него напали!? ― в панике спросила Клин. ― Не спеши с выводами. Может, ему снится кошмар, ― ответила Мист. ― Но, на всякий случай, давай останемся около двери. Если на него напали, то мы можем пойти и предупредить стражу.Бриз кивнула и они обе открыли дверь и осмотрели комнату, пока не нашли принца Блюблада, завернутого в его собственные простыни, извивающегося на полу, как рыба, и кричащего что-то.― О боже, о боже, мои руки. Что случилось с моими руками!?― Э-э... Мой принц? ― спросила Мист. Она первая смогла осознать ситуацию, несмотря на всю странность. ― Вы в порядке?Принц посмотрел на них с удивлением, а затем в панике начал отползать назад. ― Что... Где... Кто вы? ― с полным ужасом в голосе, спросил он.Обе горничные лишь несколько раз смущённо моргнули, прежде чем посмотреть друг на друга.