Глава 35 Сапфир (2/2)

-Делаю что? – мои слова были похожи на элементы издевательства. Но… У меня есть оправдание – однако ж, мне безумно интересно, что же скажет граф. Он действительно ко мне что-то чувствует, но из всего вороха чувств, беспорядочным вихрем кружащегося в слоях ауры, я не могу выловить какие-то конкретные. Поэтому так и не узнаю, пока одно из чувств не возьмет более-менее шаткий, но все же верх над другими, но, зная господина, могу с уверенностью заявить, что такого никогда не произойдет – он будет сопротивляться до последнего. Так что подробную информацию можно выманить только из уст самого Сиэля.

-Это…

Одна его рука соскользнула на грудь, стала елозить по тунике, загребая жесткую ткань в складки, пока не нашла искомое.

-Что-то странное, теплое, из-за чего хочется быть просто самим собой. Ни к чему не стремиться, ничего не желать. Нет, все же желать! Желать, что бы все оставалось так же!.. Но иногда это может быть так больно, из-за чего хочется все крушить, бить, ломать…?Что вы со мной делаете, господин??

Я, как завороженный, смотрел на тыльную сторону ладони, вздрагивающую от каждого удара испуганного, загнанного в угол сердца. Всегда был уверен, что граф не способен ни на что кроме ненависти, злобы, безразличия, возможно, лицемерия. Это те качества, которые он проявлял наиболее откровенно в тех или иных ситуациях. А теперь. Что-то новое, которое он даже в слова оформить не может.

-Я ничего не делаю, - даже зная, что граф меня не видит, я виновато пожал плечами.

-Это не могло появиться из ниоткуда, это ты сделал!

Я опешил. Граф настолько боится признаться в своих чувствах, что собирается обвинять в чем-то своего верного слугу и нести какой-то бред? Хотя он уже несет бред. Нет, конечно, в каждом бреде есть толика истины, а в данном случае, как я надеюсь, целая толища истины. Все-таки желание чувств хозяина снова овладело мной, я ничего не могу поделать с этим. Но кое-что я все же понял.Протянув руку, я легко дотронулся до пальчиков графа. Он вздрогнул, подняв на меня глаза. Теперь пришло время вздрагивать мне. Таких глаз я ещё никогда не видел у господина. Кристально-чистые, невинные, в уголках которых вот-вот готовы были собраться прозрачные слезы. Слезы, символизирующие отчаяние, настолько сильное отчаяние и нежелание казаться слабым.

?Когда же вы поймете, господин, что проявление чувств не есть слабость??

Он медленно перевел взгляд на мою руку, а я полностью накрыл белоснежную ладошку своей крупной ладонью. А его глаза, как… В данный момент они были похожи на девственно-чистый сапфир, не подвергшийся огранке и великолепный в своей первозданной красоте. Сапфир, которого ещё никогда не касалась рука умелого ювелирного мастера.А я просто искренне улыбнулся, постаравшись вложить в этот простой жест все те слова, которые так хочется произнести…