4. (1/2)

Свет от дисплея телефона. Ночь. Мужчина, молодой, брюнет. На крыльце дома. Тёплый южный воздух. Раздражение, усталость, странная обида. На кого?.. Пишет в порыве горечи что-то гневное. Может, успокоившись, он бы не стал. Не стал бы писать этого.

?Я остаюсь здесь. А если и не получится, то не хочу видеть тебя. И слышать тоже. Вообще ни в каких формах выпуска…?

А потом… Лондон. Офис, где люди все в костюмах вроде обычных. Но зачем им весь этот садовый инвентарь?.. Они говорят о Смерти?.. Почему?.. И почему так спокойно?

А потом – тело парня на каталке. Алые лохматые волосы. Раны, немыслимые, страшные. А внутри смотрящего на это брюнета – острая резкая боль, и после неё – лишь пустота. Он не успел исправить, вернуть. Как это так?..

И тут он и сам умирает. Через некоторое время. И тьма…***

Уилл проснулась и резко села на постели. Что за дикие сны?!

Те парни. Они похожи на неё. И на Грелль. Как странно. Может, это просто их дальние родственники?.. Предыдущее поколение. Да и ладно, ну их. Надо навестить помощницу в больнице. Она почти совсем поправилась, уже две недели пришло. После боя со Сьюзан Грелль слегла не только с полученными ранами, но и лихорадкой – на нервной почве. Её часто мучил жар. Уилл почти всё время была с ней, но иногда врачи силком отправляли брюнетку домой, чтобы та отдохнула. Она была недовольна, но слушалась советов. Странно, что она не прибила Сьюзан на следующий день. Но она видимо была достаточно благоразумна, чтобы не навлечь на себя лишние неприятности. К тому же, Динжер уволили, а на третий день после драки вообще отправили под арест на пятнадцать суток. Тем лучше для неё, наверно. Потому что рано или поздно Уилл бы возможно всё-таки пожелала бы призвать её к ответу.

***

- Здравствуй, Грелль,- Уилл вошла, улыбаясь, в палату. Грелль, лежавшая опять под капельницей, видимо, дремала. Но не очень крепко. И потому тут же проснулась, повернула голову к вошедшей. Подняла свободную руку и помахала, неуверенно улыбаясь. Потом перевела взгляд на банку с препаратом, вставленную в металлический держатель на ножке, скривилась. Она очень не любила эту процедуру. Уилл подошла и села на стул рядом с постелью Грелль.

- Да, знаю. Потерпи, скоро тебе не надо будет лежать тут. Поправишься, и всё будет хорошо,- Уилл несколько виновато улыбнулась и погладила Грелль по плечу. Та вздохнула и кивнула. Шевельнула губами, пытаясь что-то сказать. Не получилось, конечно. И потому Грелль нахмурилась. Уилл придвинулась, погладила её по щеке тыльной стороной ладони.

- Ну!.. Давай, бодрее! Ты тоже должна верить в свои силы.

Грелль сомневалась. Свободной от иглы рукой, кончиками пальцев провела по своим губам, от них к шее. Посмотрела на Уилл как-то странно. С тем же обычным восхищением, но при том и с отчаянной мольбой. Стиснула зубы, пальцами руки, обездвиженной по обстоятельствам, скомкала простыню. Как раз эта рука, на которую сейчас действовала капельница, была тогда порезана канцелярским ножом во время драки. И сейчас кисть перебинтована. Грелль совсем нахмурилась и отвернулась в сторону. Казалось, она злилась на себя за то, что не может выразить что-то. Сказать что-то Уилл. Та сощурилась, положила свою ладонь на раненную ладонь Грелль. Алая тут же, от удивления, расслабила пальцы. Уилл снова подняла руку… И уже обеими обхватила лицо девушки, посмотрела ей в глаза:

- Давай же. Хочешь сказать?.. Пытайся!

Грелль посмотрела грустно, мол, ?какой смысл?? Но Уилл не отступала.

- Ну же!

Грелль нахмурилась. Над ней смеются?.. Да нет, вряд ли. Нет, конечно, нет. Уиллоу… Мисс Ти Спирс никогда не будет над ней смеяться. Грелль подняла голову, снова попыталась что-то произнести. Я люблю Вас!

- Лю… бишь?..- переспросила Уилл. Грелль изумлённо застыла и залилась краской. Её поняли! Прочли по губам! Ей казалось, будто ей в самое сердце, вглубь, заглянули!

Она чуть испуганно кивнула. Уилл смотрела на неё внимательно, как будто не веря услышанному… Точнее, увиденному на устах. Грелль испугалась теперь своего откровения совсем и отвела взгляд. Но тут Уилл, наконец, очнулась. Нет, конечно, она и раньше видела это во взгляде немой помощницы. Это – обожествляющее её, Уиллоу. Так может смотреть только любящий человек. Но ведь и любовь… Бывает разной. Чувства Грелль в понимании Уилл были похожи на любовь к матери, старшей сестре или учителю. Короче говоря, детскими. Но может, это и что-то другое?

Грелль видимо уже стеснялась беззвучно произнесённого ею признания. Уилл вдруг почувствовала безумную радость. Да какая разница, как её любят?! Главное – она нужна этой девушке! Уилл привстала, склонилась над нею. И поцеловала. Почти так же, как в тот раз. Грелль широко раскрыла глаза. А потом зажмурилась, неуверенно подняла свободную руку, медленно-медленно. И вскоре обняла Уилл за шею. Осторожно. Робко. Нежно. И стала неуверенно отвечать на поцелуй.

Пришедший тихо медбрат изумлённо застыл, а затем бесшумно ретировался.

***

Теперь она стала поправляться ещё быстрее. А через четыре дня пришла на работу. Правда, Уилл тут же отпросилась и увела её домой. Уж очень волновалась.

И заставила ещё пару дней хотя бы провести дома. Грелль смирилась. Это был последний месяц зимы.

***

Они лежали на траве, смотрели в небо. Не отпуская руки друг друга. Весна. Так же они лежали и зимой на снегу, не обращая внимания на то, что одежда уже местами намокла от снега. Снега, растаявшего от их тепла. Им было тепло. Рядом с друг другом – тепло им было всегда.

И сейчас тоже Грелль почти мурлыкала, едва слышно. Она не могла говорить, но всё же её связки вполне могли иногда родить на свет некоторые звуки. Услышав мурчание, похожее на сонного кота, Уилл ещё крепче сжала ладонь подруги. Не поворачиваясь. Но Грелль знала, что та улыбается. Ветер тёплый щекочет кожу, гладит по щекам и шевелит волосы.

Всё будет хорошо.