Глава 2 Иная Коноха (1/1)
- Наруто! – у всех сдали нервы: Узумаки слишком странно себя ведёт. И дело даже не в том, что он стал мало есть, а в его мрачности и нелюдимости, которые развивались в геометрической прогрессии в последнее время. Когда бабуля Чиё пожертвовала собой, Наруто тихо, но достаточно различимо прошептал: ?Опять…?. Гаара это расслышал, а потом поделился этим с Сакурой и Какаши. Мелочь, пустяк, но вкупе с поведением Наруто довольно яркая ниточка, ведущая к разгадке. И не раз и не два такое проявлялось. После второго этапа экзамена на чунина, когда Саске укусил Змей, Узумаки чуть ли не устроил истерику, будто бы свершилось то, что Наруто хотел предотвратить. Странное предположение, учитывая то, что случилось это внезапно.
- Наруто! – Сакура, кусая губы от волнения и непонимания, расталкивала сидящего под деревом и обхватившего голову Узумаки, который уже минут тридцать молчал и не менял позы, лишь чуть покачиваясь вперёд и назад. О чём же он задумался? Почему, чёрт возьми, ведёт себя так?! Не видит, что все его друзья волнуются? – Очнись же! Что случилось?!- Я не смог… - практически одними губами шептал Наруто, хмурясь, - всё опять повторяется.- Что? О чём ты? – девушка взволновано посмотрела на товарища, - что повторяется?
Наруто посмотрела на девушку пустым взглядом, от которого у Сакуры пробежал холодок по спине:- История. Опять, - и улыбнулся как самый настоящий безумец. - Понимаешь? Опять все умрут, опять!Девушка отшатнулась и оглянулась в поисках сэнсея, но того не было, равно как и Сая. На большой поляне, где они сейчас находились, с парой деревьев, хаотично разбросанных по всей площади, протекала мелкая извилистая лесная речушка, деля место на две неравные части. Здесь шиноби решили сделать привал, отдыхая после миссии по охране важного политического лица от покушений, и Какаши-сэнсей с Саем ушли проверять территорию леса на присутствие там врагов. Мстителей из этих террористов, просто вражьих шиноби, членов Акацки.
- Что с тобой? – Харуно категорически не хотела принимать того факта, что Наруто, её друг и товарищ, медленно, но верно сходит с ума. Или уже. – Ты что несёшь? Кто умрёт?- А, ты же не знаешь! – хлопнул себя по лбу Наруто и захихикал, поднимаясь во весь рост. - Понимаешь ли, я всё знаю, - безумная улыбка, - я опять и опять проживаю свою жизнь! Я всё видел! Извращённый отшельник умер! А послезавтра, когда мы вернёмся в Коноху, бабулька обо всём расскажет! Понимаешь? – Наруто приблизился к Харуно, вцепившись в её плечи итеперь заглядывал в её глаза. - Хе-хе, и ты умрёшь. Не сейчас, хе-хе, нет, а в Чётвёртой Мировой Войне Шиноби! Тебя убьёт… ты не поверишь! Хочешь угадать? Давай же! Будет весело! – сумасшедший смех, страх в глазах Сакуры, боль в плечах, сжимаемых Наруто. - Чего такая недовольная? Не интересно? А мне разве интересно?! Думаешь, мне нравится видеть всё это десятки раз?! Разве я заслужил подобное, отвечай! – уже орал Узумаки, ногтями впиваясь в нежную кожу Сакуры, шокировано слушающей тираду. - Я заслужил?! Что я сделал не так?!Девушка попыталась высвободиться, но все потуги с треском провалились. Качая головой, отрицая происходящее, со страхом, волнением и неверием одновременно глядя на Наруто, Харуно не понимала происходящего. Почему Наруто так себя ведёт? Почему так говорит? Что же послужило причиной всему этому!? Сакура не знала, она не понимала. Она просто не хотела принимать такого Узумаки.- Почему?! Я хочу лишь умереть! Но это происходит снова и снова, а я… я… - выражение лица Наруто сменилось, а сам он начал задыхаться: - почему я… - кашель, - почему я не могу никого спасти?Он отпустил девушку, и медленно осел на землю, вцепившись руками в волосы, как при чудовищной головной боли:- Я слабак, пустое место, - от крика голос охрип, а из глаз непроизвольно полились слёзы бессильного отчаяния. - Уже в который раз не смог никому помочь.- Наруто… - Сакура опасливо присела рядом, всё также не понимая всего этого, но искренне сочувствуя другу, - расскажи мне, что случилось?С минуту блондин колебался, но потом успокоился, пересел под дерево и рассказал невероятную историю. Сакура качала головой: такого не бывает. По прибытию, она всё рассказала Цунаде, а та насильно заставила Узумаки лечь в больницу и пить странные таблетки. Причина такого поведения была не выяснена, Наруто замкнулся в себе, а когда Сакура приходила проведать его, приносила фрукты и делилась новостями, Наруто неохотно отвечал, молчал по большей части, отводил взгляд. Когда девушка уже уходила, то слышала за собой тихий безумный смех и буквально ощущала печально знакомый сумасшедший взгляд на спине. Но было странно то, что всё, о чём говорил Наруто, все его предсказания, онисбылись. Умирая от рук одного из воскрешённых, девушка, плача, подумала, что, возможно, Наруто действительно был прав, а она зря не верила, считала безумцем и отказывалась слушать, когда тот, весь дрожа и с испуганным и одновременно забитым взглядом, схватил её за руку и не хотел отпускать, невнятно бормоча о её смерти. Она тогда уходила на войну. И, как всегда, Наруто оказался прав, а она – нет. Она всегда была в паутине собственных заблуждений, а теперь действительно умирает, наблюдая, как всех в военном госпитале убивают. Снова слабая, безвольная, никому не нужная.- Наруто, в следующий раз, я верю, у тебя получится… Я верю, ты сможешь, ты спасёшь всех! Не сдавайся…
В отличие от неё, Узумаки, даже потерявший разум, ещё боролся, ещё пытался вразумить её, заносчивую сокомандницу. Он надеялся на её понимание, но она, как и в детстве, его только проигнорировала.***Холодок по коже, судорожный вдох, словно неожиданно окатывают ледяной водой. К чему бы это? Впрочем, не важно. Судя по разговорам шиноби, скоро будет Коноха. И вправду. Сердце быстрее забилось, стоило мне увидеть издалека россыпь причудливых строений и скалу Хокагэ, вот, правда, не долго я радовался близости дома. Очертания каменных лиц стали видны чётче. Что за?! Почему? Что происходит? Я резко остановился, в шоке рассматривая скалу. Разве такое бывает? Ещё до этого момента у меня были сомнения по поводу происходящего, но теперь все они развеялись: это была явно не та Коноха, в которой я родился. Самым страшным было то, что два лица из пяти не соответствовали воспоминаниям о родной деревне. Вместо лика старика Третьего было лицо неизвестного мне шиноби, потом следовал мой отец, а следом за ним скалу уродовал Учиха. А именно ненавистный всеми фибрами моей души Обито. Но вот только лицо у него было нормальным, симметричным. Я сжал зубы до противного скрежета: здесь явно творится всякая чертовщина. Это объясняет, почему я стал отступником, но почему же я теперь шиноби Амэ? Там же база Акацки, нет? Но, с другой стороны, если их лидер тут заправляет, то вполне логичным будет предположить, что и вся банда здесь. Мне тамрады не будут. И тут пронзила страшная мысль: как там друзья? Чёрт, вполне возможно, что их убили. А если нет? Мне надо туда идти. Обязательно. Но тихо. Под покровом ночи прокрадусь в деревню и поищу их. Обязательно. А пока нужно нагнать АНБУ, посмотреть на систему пропускного контроля, определить степень охраняемости. Может, даже найти бреши.Коноха никогда не отличалась превосходной защитой.Как можно тише и быстрей, я нагнал их у самых ворот. Навстречу чистильщикам вышли трое шиноби, каждый из них встал напротив одного из АНБУ. На несколько секунд они молча замерли. Сенсоры. Проверяют чакру, что бы точно знать, что это не превратившийся враг. Да, трудновато будет. Если уже такой геморрой на главном входе, то как охраняют все остальные пути проникновения в деревню? Но ничего, я знаю и обходные пути. Например, старые лаборатории Орочимару или древние пути эвакуации жителей, которые были ещё при Первом, но теперь не используются. Но надо быть осторожнее: вдруг и они знают про такие лазейки? Будет не удивительно, но досадно.
Так, а вообще который час? Может, сейчас утро, и мне придётся долго ждать этой самой ночи. Но, так или иначе, я уже привык к подобному роду деятельности. Подожду и в этот раз. Не умру. Надеюсь. И тут начался ливень. Чудненько. И всё-таки, что происходит? Я сплю? Или сошёл с ума, и это моя галлюцинация? Нет, сумасшедший никогда не осознаёт, что болен. Уж это я знаю. Тогда что? Это и есть хвалёное Цукиёми Обито? ?Люди сольются в одно целое, не будет войн, не будет страданий…?, - кажется, так он говорил? Псих. Но тогда… что было до этого? Дурной сон? Процесс погружения в гендзюцу? Что, чёрт возьми?! Так, нет времени для истерик. Я буду сильным, в этот раз я точно всё изменю. Все будут живы, прекратятся страдания. Боже, говорю как Нагато и Обито. Но, если честно, стремление хорошее. Цель отличная, но в этот раз и путь к её исполнению не менее важен, нежели то, что будет после её свершения. Если плевать на чужие жизни, то плоды таких стараний всё равно будут омыты кровью, не будут счастьем для других. Хех, подался в философию тут.
Я осёкся. Впервые за сотню лет у меня появилась ясная цель. Сколько лет безрезультатной битвы должно пройти, чтобы самый упёртый шиноби сдался? Кажется, что и нескольких тысяч мало.Небо стало быстро окрашиваться в чёрный, не перестав быть серым до самого вечера. И всё-таки был день. Весь промокший и озябший, я припомнил парочку конструкций Хидана, углубляясь в лес в поисках знакомых ориентиров. Последние не поленились показаться уже через минуту. Обычные кустики, скрывающие под собой железную крышку люка. Орочимару, хоть и менял постоянно свои логова, хоть и перепробовал немало техник, был своего рода консерватором. Если убежище, так под землёй, если помощники, так с промытыми мозгами. О, как он отлично манипулировать умел! Бессмертный Змей и его рабы. Однажды и я поддался щедрым обещаниям силы и лучшей жизни.- Хоть что-то не меняется, - облегчённо вздохнув, я очистил железку от мха и потянул на себя, вцепившись в острые края. С трудом, ругательствами и божьей помощью, но я сумел её откатить в сторону. Весит тонну! Ну да ладно, хватит возмущений. Главное, что я не порезался, а, значит, уменьшил свои шансы окочуриться от заражения крови. А ведь страшная болезнь. Опять же, не понаслышке знаю.И началось погружение в пучины ада…мм…в темноту тоннелей. А есть ли у меня хоть что-нибудь, чем посветить можно? Ну, должно быть. На ощупь осматриваю себя, так как уже спустился, а лезть наверх – трата времени. С удивлением и одновременно с восторгом и безграничной радостью обнаруживаю спички. Каминные. И откуда у меня такое? Зажигаю одну. Пламя осветило мягким светом стены узкого тоннеля и подарило приятное тепло. Домашнее, надо сказать. Помнится, когда на миссиях Какаши заменял Ямато, мы втроём: я, Сакура и Сай, устраивались перед костром и слушали страшилки бывшего АНБУшника. Раньше, очень давно, я их боялся. Сейчас даже смешно становится. Тихое время, уютная обстановка – именно об этом я и мечтаю. И каждый раз Ямато похищает этот очкарик. Кабуто, что б его. Раньше я даже о похищении не знал, мне просто не говорили, но потом понял. Его убили? Или он остался жив? В любом случае, я его спасу. Всех спасу. В этот раз ты никого не убьёшь, Обито. Не надо забывать про Мадару. Эта сволочь убила Гаару и бабулю. Да что там, она убила кагэ Пяти Великих Стран. Не прощу.
Сотни раз позволял им убивать, а в этот, думаешь, получится? Жалкий оптимист.- Хрусь, - я на что-то наступил. Ветка? Смотрю вниз и с неким омерзением узнаю крысиный скелет. И как в таких условиях привык работать Орочимару? Хотя, что я несу. Чем мрачнее, сырее и зловеще, тем для него лучше. Извращенец чёртов. Чем дальше иду, тем больше мне кажется, что запах затхлости исчезает. Галлюцинации? Ну не может эта дыра быть обитаемой. Или же… неужели и Змей тут? Замедляю шаг, прислушиваюсь к малейшим шорохам. Тишина. Уже хорошо. Надо быть осторожнее в таком…мире. До сих пор не могу привыкнуть. Будто бредовый сон с элементами кошмара.
Становится всё светлее. Точно, тут кто-то живёт. Ещё один изгиб тоннеля, и я выхожу в просторный зал, освещаемый тусклыми лампами. Тушу четвёртую по счёту спичку и воровато оглядываюсь по сторонам, авось, хозяин дома. Два дивана с пухлыми и явно мягкими подушками стоят спинка к спинке в центре, рядом с каждым находятся журнальные столики, у стены дубовый стол с творческим хаосом из бумаг на нём. Явно обжито. Тумбочки, книжные шкафы и даже вазы с цветами: всё было тут. На холостятскую берлогу не похоже, да и на лабораторию сумасшедшего учёного не тянет – чувствуется женская лапка. Подойдя через всю комнату к стене с многочисленными фотографиями, с неким ужасом узнаю нашу старую команду номер семь. Сталкер? Шпион? Фанатик? Потом мой взгляд притянули фотографии, находящиеся почти под потолком. До рези в желудке знакомые чёрные хламиды с красными облаками. Акацки. Но что-то тут не так, что-то не правильно. Может, потому что и на этих фотографиях я вижу нашу команду? И не только их. Все мои бывшие одноклассники, команда номер девять. Что, Джашин вас всех дери, тут происходит?! Не успел я как следует отойти от шока, как сзади раздался знакомый голос:- Карю-сан?!
Сакура с неверием смотрела на меня.