Начало. Глава 1 (1/1)

Черноволосая девушка спокойно сидела в самолете, летящем в Японию?— место, где она родилась и была когда-то безмерно счастлива. Главное?— была. И очень давно.Прикрыв глаза, что устали от вечного чтения, она тяжело вздохнула, и на её бледных и слегка потрескавшихся губах появилась едва заметная, но кривая улыбка.С детства она была одаренным ребенком, и сама это прекрасно осознавала.С ранних лет ей было не интересно общаться и играть с ровесниками, а кто постарше?— не воспринимал всерьез или злился из-за её проницательности и остроумия. Дети?— существа крайне честные, вот и она говорила, всё, что думала, замечала, чем задевала людей, и те сторонились её, словно прокаженной.В младшей школе начались обзывания, но она не обращала внимания, ибо родители твердили ей, что не стоит показывать другим свою слабость или опускаться до уровня тех, кто, завидуя, говорил всю ту чепуху о ней. Дома ей было уютно, вокруг витал легкий запах ванили, а тело и душу согревали крепкие объятия родителей, дарящие свою любовь и заботу.В средней школе?— издевательства и общие насмешки. Но она молча всё терпела, с гордо поднятой головой смотрела на всех, чем только больше злила, навлекала на себя волны жестокости от, казалось бы, милых и невинных детишек. Но Май не жаловалась, ей было даже смешно наблюдать за жалкими попытками одноклассников испортить ей жизнь. Выброшенные тетрадки были ей, по сути, не нужны. Девочка и без того могла ответить на любой вопрос и рассказать наизусть всё, что когда-либо записывала. Идеальная память?— очередная причина для злости, доводящая завистников до громкого скрежета зубов.Учителя старательно делали вид, что ничего не замечают, только поддерживали её и не ругали, если у школьницы в очередной раз не было учебника, что ?волшебным? образом пропадал. Навлекать на себя гнев богатеньких детишек никто не решался, а Май отлично справлялась и сама?— так они себя успокаивали.Потом её заметили и пригласили в Америку?— школу-интернат для одаренных. И родители, безумно любящие своего единственного ребенка, были как рады, так огорчены, ведь отпускать свою малышку так далеко слишком страшно и пугающе. Но это был её шанс развивать свои навыки, быть среди таких же, как и она. И, надеясь на то, что там дочь обретет светлое будущее, её отпустили, прося их не забывать. И на ворчание школьницы, что память у неё не дырявая, только посмеялись и в очередной раз устроили семейные объятия, которые Май обожала даже больше, чем книги.В новом месте она могла спокойно ночами сидеть в библиотеке, и никто не упрекал, не выгонял, ведь понимали и знали, как нужно обращаться с гениями.Все дети были точно такие же, как и она, и это радовало. Потому что шумные и не особо развитые одноклассники её порядком бесили и за долгие годы надоели.А тут все спокойные, каждый сам себе на уме. И преподаватели знали, как найти подход, что лучше сказать, какую новую книгу подарить или, когда лучше оставить одних и не трогать.Большинство делилось на группы по интересам, но Май больше предпочитала одиночество, а не общение или какой-то там статус. На подобное у неё имелась своя точка зрения, которым многим не сильно-то нравилась, ведь сами они мыслить подобным образом побаивались, ведь выходить за рамки системы страшно и дико.Одна компания любезно предложила ей быть с ними, но через несколько дней девушка, ехидно фыркнув, ушла от них, сказав, что их задачи?— детский лепет и не стоят её внимания. Высокомерно, грубо, но Май хотела дать им толчок для дальнейшего развития, ведь видела в них потенциал. Но после этого даже умники обозлились на неё, ибо все задачи, которые Май порешала, зевая, за пару минут, были созданы ими же и считались весьма сложными. А о её благих намерениях никто не догадался, так как разум был затуманен оскорбленным эго.Она ?унизила? их и показала свое неуважение, задела их гордость, и таким образом снова стала изгоем. Конечно, далеко не все сторонились. Большинство и без того ею не особо интересовались, предпочитая проводить время в одиночестве. Такие же, как и она, не нуждающиеся в вечной поддержке и общении.Май подобное холодное отношение совсем не огорчало, а даже, как бы странно для многих не звучало?— радовало. Ведь никто не отнимал у неё время на бессмысленные, по её мнению, разговоры, легкие задачки. С учителями тоже было не особо весело, но она видела и ценила их упорные старания удивить её, научить чему-то новому и не дать заскучать.Но из-за этого она стала ещё более малообщительной и совсем позабыла о такте, а так же о том, что её слова могут больно ранить.Так шли годы, которые ей казались иногда минутами, а иногда бесконечностями в квадрате.В семнадцать она была вынуждена вернуться домой. Только вот особых чувств у неё это не вызывало. Родителей, которые когда-то поддерживали её?— не стало совсем недавно?— несколько месяцев назад. Когда ей об этом сообщили, она лишь на мгновенье перестала что-то чертить в тетради, а потом продолжила с удвоенной силой. И последующие недели две беспрерывно что-то читала, забивала голову всем, чем только можно, чтоб не думать о потере, заглушить боль внутри. Потому что идеальная память вытаскивала из темных закоулков яркие и солнечные картины прошлого, которые были словно повторными ударами, что раз за разом разрывают душу.Но окружающие эмоций на её лице не замечали вовсе, поэтому и считали бесчувственной и неблагодарной, совсем заледеневшей к обычным чувствам, скотиной.И никто так и не увидел, кроме луны и книг, как она задыхалась от горя и проливала не одну ночь слёзы, желая вырвать разбитое сердце, вытянуть его осколки из груди и больше не чувствовать ничего.В аэропорту её встретили государственные рабочие, которые теперь были ответственны за неё. И это ей не особо нравилось, потому что в интернате знали, что ей нужно и как стоит с ней общаться. А эти, скорей всего, не имели об это ни малейшего понятия. А дрессировать их желания нет, но и другого выхода тоже не наблюдалось.—?Май Они? *?— женщина средних лет, в строгом черном брючном костюме с интересом рассматривала девушку из-под линз очков в тонкой красной оправе.—?Да, это я,?— спокойно ответил подросток и отдала свой чемодан мужчине, который молча протянул руку к предмету.Обычные японцы, ничего интересного.—?Что ж, я Мицуки Могами, приятно познакомиться,?— представилась женщина, делая низкий поклон, как и принято в этой стране. От слишком сладкого и неприлично сильного аромата её духов, школьница недовольно сморщила нос.Она воспитана в богатой семье, уж больно гордо и ровно держит осанку, да и обычный офисный работник не может позволить себе туфли от Армани.—?Мое имя вам известно, рассчитываю на вас,?— поклон, но не такой низкий, в ответ. А голос и глаза выражают полное безразличие. Лишь изредка, зацепившись за какую-то деталь, становились чуточку живее, но моментально теряв интерес, тухли.—?Я знаю, что ты очень умна и сообразительна, и тебе лучше общаться с подобными тебе, но вышла накладка… —?замялась женщина и, пытаясь подобрать нужные слова, закусила нижнюю губу. Всё её тело говорило о том, что она волнуется и ожидает истерики, если не хуже.—?Мне все равно, где учиться. Главное, чтобы была библиотека с хорошим запасом книг,?— прерывая мучения опекунши, отозвалась Май, пожав узкими плечами. Мицуки удивлено моргнула, ведь была готова к раскату возмущенных воплей и требований капризной девчонки, которая считала себя выше остальных.—?Ты будешь учиться в обычной школе ровно год. Просто кто-то, словно специально, начал подрывать школы для одаренных, и поэтому все умники учатся теперь с обычными детьми.Умники? Как мило. Похоже, ей такие, как я, не особо по душе. Опека надо мной ей явно не в радость, а скорее для выгоды. Хотя, все в этом мире ищут выгоду для себя, тут нет ничего удивительного.—?Пойдем, нас ждет машина. По дороге я тебе всё расскажу,?— и протянула руку с французским маникюром на длинных ногтях. Но Май прошла мимо, грубо проигнорировав этот жест. Телесные касания она не особо любила.Могами только плотно сжала пухлые губы и недовольно прищурилась, но ничего не сказала, хотя плечи её напряглись, а весь дружелюбный вид мигом испарился.Кажется, я важна, раз она сдержалась. Но вряд ли её хватит надолго, впрочем, как и остальных. Но какая мне разница?— она или кто-то другой?Едя в машине по Осаке, Мицуки тараторила о том, что Они будет полностью обеспечена, но жить придется одной в двухкомнатной квартире. На такое заявление девушка лишь дернула плечами, снова показывая свое безразличие. Хотя внутри была рада такому раскладу дел. Чем меньше её тревожат, тем лучше для окружающих.—?Деньги будут выдаваться каждую неделю. Сумма приличная, поэтому должно хватить как на продукты, так и на одежду с развлечением,?— уже без энтузиазма проговорила опекунша, даже не надеясь на то, что её слушают. Но обязанности никто не отменял и проинформировать надо было. —?Вечеринки можешь устраивать и приводить друзей тоже,?— игриво подмигнула она, когда заметила, что на неё все же смотрят.—?Меня такие вещи не интересуют,?— бесцветно отозвалась школьница, едва не скривившись от отвращения. Бесполезный шум и алкоголь она не понимала, а людей, что были от подобного в диком восторге, презирала. Молча, не говорила никому и слова, ведь знала, что выскажись она, все тут же начнут осуждать, пытаться убедить в обратном и вообще просто досаждать, а этого она терпеть не могла.—?Есть ещё вопросы? —?сжав тонкие ладошки, сдерживая себя, спросила женщина. Она не привыкла к такому обращению, да и в любой другой ситуации уже показала бы, как нужно вести себя со старшими.—?Да. Что такая богатая фифа, как вы, делаете в гос-службе? —?глянув на дорогие сережки и браслет явно с настоящими камнями, о которых когда-то от скуки прочитала книгу, поинтересовалась подросток. Мицуки сперва опешила, а потом начала задыхаться от возмущения. Её ноздри широко расширялись, а рот только глотал воздух, не зная, какие слова лучше подобрать. —?Еще и взяли опеку, если не любите гениев? —?склонив голову на бок, продолжила брюнетка. Водитель тихо заржал, но никто на это внимания не обратил. Могами покраснела и пыталась выдавить хоть слово, а Май, потеряв всякий интерес, отвернулась к окну. —?Хотя,?— вдруг снова протянула она,?— наверное, чтоб доказать папочке, что можете работать сами, а после определенного срока?— получите наследство, я права? —?почти черные глаза, которые присущие всем японцам, спокойно, без доли смущения или издевки, глянули на опекуна, которая была просто в ступоре. —?Хм, как предсказуемо и не интересно,?— прошептала она и продолжила созерцать размазанный пейзаж за окном, подперев голову рукой. И убийственный взгляд собеседницы, как и слишком громкое недовольное сопение, весьма успешно игнорировала, отключившись от реальности.Быстро показав квартиру, всучив карточку, а так же карту, Могами поспешила покинуть компанию девушки, демонстративно громко хлопнув дверью. Они на такое детское поведение только ухмыльнулась, огляделась, осмотрела карту, где была указана дорога к её новому месту учебы, и стала разбирать вещи, большая часть которых была книгами. Полок для источника знаний было не так уж и много. Май подумывала даже о том, чтобы попросить Могами исправить это дело, но потом махнула рукой. В интернате у неё книги большими стопками стояли по всей комнате. И абсолютно ничего не мешало ей сделать точно так же и здесь.Утром, приведя себя в порядок и скептически оглядев форму, девушка отправилась в учебное заведение, в котором она застряла минимум на год.Школа ?Маджико?Май, зайдя в класс после приглашения учителя, предстала пред школьниками, которые ожидали увидеть ботана и увидели?— ботана. Мешковатый серый свитер свисал и был слегка большим. Школьная юбка длинная, ниже колен, заставляя девушек посмеиваться и снисходительно осматривать новенькую дальше. Ведь каждая из них старалась укоротить свои юбки как можно больше, ибо так они выглядят лучше. И плевать, что по правилам это, по сути, запрещено.Средней длинны темные волосы были небрежно заплетены в две косички. Пару прядей выбилось и обрамляло небольшое личико, а челка, явно длинная, лезла в глаза. Очки большие, квадратные. Такие носили только бабушки и дедушки. Кожа не ухожена, ногти обстрижены под самое нехочу. Было сразу видно, что за собой она особо не следит, а на мнение окружающих ей абсолютно фиолетово.На перемене никто даже не подошел к ней, а только посмеивались или придумывал клички, соревнуясь, кто будет оригинальнее.Окно с коридора в класс было открыто. В одно из них заглянул школьник с яркими рыжими волосами и карими глазами. Почти всё правое ухо было в пирсинге, на шее висел большой крест с черепом, а на кисти мотылялся браслет из толстой серебряной цепи, которая тихо побрякивала от каждого движения хозяина.—?Таке! —?широко улыбаясь, громко крикнул он, энергично махая рукой. Все новые одноклассники сразу притихли, зная буйный нрав этого паренька. А Май продолжила читать книгу, которую благополучно не забыла дома. Хотя, как она могла вообще что-то забыть?—?Рю, давно не виделись,?— подросток с черными волосами и такими же глазами бодро отозвался. —?Наконец явился в школе? —?по-доброму усмехнулся он, развалившись на стуле рядом с Они.Так называемый Рю зашел в кабинет и уселся прямо на парту новенькой, которая и ухом не повела, а только спокойно перевернула страницу.—?Да. Просто заскучал как-то за ором директора,?— ехидно усмехнулся рыжий, с удовольствием вспоминая взбешенное лицо мужчины. Снова послышался шелест страниц. —?А что у вас интересного? —?он не замечал, что почти весь класс сидит и боится вздохнуть. Он к такому отношению давно привык.—?Новенькая,?— зевнув, ответил друг хулигана, который был отстранен от занятий из-за драки на две недели и только сегодня его снова допустили.—?Надеюсь, какая-то сексуальная, пышногрудая? —?карие глаза загорелись интересом. Таке начал неприлично ржать, остальные позволили себе только прыснуть в кулаки и отвернуться. Привлекать к себе внимание рыжего демона никто не хотел.—?Не, у нас настоящий они,?— усмехнулся черноволосый, уже предвкушая забавную реакцию друга. Он всегда был щедр на эмоции и не так уже и часто пытался что-то скрыть за маской лжи.—?Да ну тебя, не преувеличивай. Лучше покажи мне её,?— немного поерзав, нетерпеливо попросил Шигено. Он давно уже искал себе новую девушку, а тут, кажется, появится такая возможность.—?Да ты сидишь на её парте,?— кивком головы указал Таке на новенькую, которая снова перевернула очередную страницу и игнорировала всё, что происходит вокруг. Рю, повернувшись к ней, испуганно подпрыгнул, вызывая новую волну смеха.—?Мать моя женщина, ты тут когда появилась? —?ошарашено рассматривая девушку, выкрикнул рыжий, совсем не сдерживая своих эмоций. Он как бы был всегда на стороже, а тут такое чудо пропустил.—?С самого начала,?— даже не посмотрев на собеседника, ответила юная особа. Слишком шумный.—?Врешь! —?категорично запротестовал школьник. Его друг усмехнулся. Нрав у Рю был не простым, мало кто мог с ним управиться или хотя бы привыкнуть.—?Нет,?— точно так же ответила ему Май. —?То, что ты так бесцеремонно ввалился и сел на мою парту, не означает, что меня не было,?— словно робот, без эмоций продолжила говорить девушка, а её глаза продолжали бегать по строчкам книги, причем, весьма быстро.—?Ты нарываешься,?— зло зашипел хулиган, нависая над гением. Не нравилось ему, когда его в чём-то упрекают и не показывают должного уважения.—?Протестую, я не сказала ничего обидного или унижающего,?— шелест страницы. В кабинете повисла гробовая тишина, точно так же как и в коридоре…