Глава 4. Королевская охота. (1/1)

Глава 4. Королевская охота. Родиной Великой Династии Ся* был Хэшшуй на восточном берегу в верховьях Красной реки. Когда-то их предки были кочевниками, но затем они расселились по берегам реки с обильной растительностью.однако они принесли с собой народные обычаи и стили единоборств. В землях Ся часто стоял лютый холод, и окружающая среда ограничивала возможность дальнейшего расселения. Однако существовали племена Цяаньжун, которые постоянно нарушали границы и вторгались в земли Династии Ся. Народ Ся жил тяжело, пока на престол не взошел Ло Чжэнхуан, который окончательно утвердил границы, ввел законы и стал править Великой Ся, дав людям возможность жить и трудиться свободно.Вся история Великой Ся описана слезами и кровью. Кочевой образ жизни позволил им поглотить земли Южной Бяньтан и Восточной Хуайсун. На протяжении веков люди Династии Ся продвигались на запад и сражались с различными племенами за все более обширные территории. Вот уже более 3000 лет ослабленная Бяньтан стала центром торговли, а обширные плодородные земли Хуайсун превратили Великую Ся в самую сильную и воинственную державу на материке.В окружении высоких зданий на равнинных берегах Красной реки Хуанчуань стал экономическим и политическим центром. Высокие здания примыкали друг другу. Торговые сделки, великолепие процветания, представители высоких родов, богатые купцы, которые постоянно курсировали по Девяти Главным улицам, наполняли жизнью и весельем город. Рано утром прозвонил первый колокол. Под мощные и ясные звуки колокола медленно и величаво открылись главные городские ворота. Солнце нового дня осветило город под железным правлением Империи Ся. - Поехали! – неожиданно раздался громкий голос. Черный конь поднял копыто с белоснежными подковами и поскакал по Хуанчуаню, разбрызгивая мокрый снег. Сзади слышался топот копыт более десятка человек своей свиты.- Ян Шицзи**, ты опаздываешь!Чжугэ***Хуай громко рассмеялся и подвел лошадь ближе, улыбаясь другу. Его голос был теплым, как весенний ветерок, в глазах мерцал проницательный огонек. Он был одет в фиолетовое платье с вышитыми золотыми карпами, отороченное густым серебристым мехом нефритового хорька**** и выглядел очень изящно. Тем не менее, в свои пятнадцать лет он выглядел более элегантным и мудрым, чем другие в его возрасте.Рядом с ним стояли четверо подростков. Двое помладше были лет 11-12, постарше – лет 13-14. Все четверо были одеты в экстравагантные парчовые китайские платья. Лица выражали высокомерие и некоторую жестокость. Услышав его голос, они повернули головы говорившему.Ян Сюнь резко осадил коня. Его белоснежный жеребец встал на дыбы, забил передними копытами и, как вкопанный, остановился на снегу. Он был одет в темно-фиолетовое платье с белым длинным мехом. - Когда брат Чжугэ получил известие, что Восьмая Принцесса придет в ваш дом, уйти оказалось довольно трудно. Вам пришлось ждать, - ответил он глухим голосом. - Оказывается, эта красавица испортила настроение Ян Шицзи, - мягким вкрадчивым голосом заметил мальчик лет 11-12 с раскосыми как у лиса глазами. Он был одет в роскошное платье цвета зеленой сосны. - Принц Цзин шутит, - безразлично ответил Ян Сюнь. Накануне, на национальном банкете, я, благодаря Принцу Цзин нечаянно разбил фарфоровую***** чашу принцессы. Сегодня этого не произойдет. Я благодарю Принца заранее.Улыбка Цзин Сяо мелено исчезла, но без раздражения. Он повернулся к другому подростку в бледно-голубом платье: - Смотри, Му Юн. Я говорил, что Ян Шицзи не отпустит это дитя. Он не обманул мою теорию.Му Юн слегка приподнял брови: - Это корень императорского дома, от которого ты немного пострадал? Ян Шицзи – добрый и великодушный человек. Он был очень добр ко мне на всем пути к вашему дому.- В конце концов, он что, лучше меня? если вы хотите общаться только с ним, я могу вернуться. Подросток в черном ципао******, с ярко-желтым луком на поясе, выглядевший по истине по-королевски подошел ближе. Будто никого не замечая, он соскочил с лошади. - Я приветствую Седьмого Принца. Извините Ян Сюня за неуклюжесть, - произнес Ян Шицзи, почтительно поклонившись.Чжао******* Че бросил взгляд на Ян Сюня, слегка улыбнулся, подошел к Чжугэ Хуаю и сказал: - Я и восьмой брат должны быть на ужине в Шаншу. У нас не так много времени. - Раз Ян Шицзи пришел, давайте начнем, - засмеялся Чжугэ Хуэй. Принц Цзин Сяо улыбнулся и захлопал в ладоши: - Чжугэ нашел что-то новое, чтобы показать мне. - Я посмотрел вокруг и увидел много клеток для животных. Это значит, Чжугэ, что пригласил нас на них поохотиться? – сказал Чжао Чу.Чжугэ Хуэй покачал головой и загадочно сказал: - Я сегодня многое придумал. Вот увидите. – Говоря, он поднял руку и мягко свистнул. Звонкий чистый звук эхом разнесся по долине. Пустой загон, огороженный забором, был открыт. Свита Чжугэ Хуэя втолкнула внутрь шесть повозок, выстроили рядом с шестью огромными клетками, покрытыми черной тканью, не дававшими возможность увидеть, что внутри. - Что там внутри? Чжугэ, не заставляй нас гадать, – заинтересовался Принц Цзин Сяо.Чжугэ слегка улыбнулся и взмахнул рукой. По его знаку, черные полотнища сдернули с клеток. Молодые принцы сначала немного оторопели, а потом счастливо засмеялись. Они увидели, что огромные клетки были заполнены совсем молоденькими, не старше 7-8 лет девочками. В каждой клетке находилось примерно двадцать человек.они были одеты в грубую домотканую одежду, на каждой на груди написано слово. В каждой клетке были на девочках были изображены разные слова – Му, Цзин Сяо, Ян, Чжугэ, Чжао Че и Чжао Чу, как отличительные знаки. Детей долго держали в темноте, поэтому, когда сдернули полотнища, и в глаза ударил яркий свет, они в панике прижались друг к другу, как перепуганные кролики.Чжугэ Хуэй рассмеялся: - Некоторое время назад на западе отряд правительственных войск наткнулся на караван варваров. Это они научили меня этой игре. Я дам знак человеку внизу. Сначала он выпустит людей, а через некоторое время, зверей. Эти волки были некормлены более трех дней, у них красные бешеные глаза. Мы можем стрелять как в волков, так и рабынь. После того, как сгорит палочка благовония, тот, у кого останется больше рабов, победит. Принц Цзин Сяо захлопал первым: - Конечно, немного жестоко, но весело. - Тогда начнем. По тридцать стрел на человека, – сказал Чжугэ Хуэй, затем повернулся к слуге и распорядился: - Чжу Шунь, открывай клетки. Получив распоряжение, люди сняли замки и открыли двери. Выпустив детей они быстро покинули площадку. Девочки, дрожа, стояли на снегу, будто все еще находились в клетке, не смея даже шевельнуться. Внезапно они услышали громкий вой. Ворота с обоих сторон загона открылись, и внутрь ворвались 20 свирепых волков. Оскалив пасти, они с рыком бросились на детей. Внезапно раздался громкий крик. С криком семи-восьми летние девочки сбились в кучу и бросились прочь от волков. И тут же из-за ограды полетели острые стрелы. Однако погибнуть от них было не только судьбой волков, но и детей.Воздух наполнился запахом крови, скорбные звуки и плачь разорвал небо. Стрелы попадали в худенькие тельца, в грудь, в живот, между лопаток. Журчала кровь, окрашивая снег в багряные тона. Волки еще больше свирепели от запаха крови и были ненасытны. Темно-серый тибетский волк быстро догнал ребенка и перегрыз ему горло. Ребенок не успел даже крикнуть. Потом разорвал другому ребенку бедро и раскусил ему голову пополам. Кровь пополам с мозгом брызнула на холодную землю.Хаос между небом и землей, повсюду неистовые крики и вой волков. Прибавить к этому боль в плече и будто окаменевшие веки. Хоть маленькое тело Цзин Юэ Эр и было преимуществом, но стрела все же пригвоздила ее к земле, ее дыхание постепенно ослабевало. Казалось, она уже почти умерла, но вдруг кожа на ее лбу сморщилась, будто от сильной головной боли. К ней медленно приближался огромный свирепый волк, злобно сверкая голодными глазами.он приблизился к девочке так близко что его зловонная слюна закапала на щеку ребенка.Похоже, где-то в небесах Боги, наконец, увидели трагедию там внизу, на земле. В тот момент, когда волк раскрыл свою пасть, чтобы загрызть ребенка, она открыла острые, как лезвие ножа, глаза. Забыв, что дитя должно быть робким и слабым, она инстинктивно потянулась вверх, схватила зверя за верхнюю и нижнюю челюсти, потянула морду вниз и, шипя, укусила волка за длинный язык. Раздался болезненный вой. Все повернули головы и с удивлением увидели девочку, яростно кусающего волка за язык. Это их всех так поразило, что они забыли про луки в руках.Первым отреагировал Чжао Че. Увидев на спине иероглиф ?Тору?, он рассмеялся, согнул лук и выпустил стрелу. Она со свистом попала волку прямо в горло. Волк с жалобным воем упал на землю, но трагедия в загоне продолжалась. Оставшиеся в живых волки гонялись за другими девочками, по всей земле валялись разорванные тела и сломанные конечности, слышались пронзительные крики и плачь. Цзинь Юэ, дрожа, поднялась на ноги. Ее глаза были широко открыты, взгляд будто окаменел. Одежда на дрожащем теле была разорвана, волосы растрепаны. Бледная, вся в крови, под порывами холодного ветра, она казалась маленькой слабой травинкой. Свистнула выпущенная стрела, Цзинь Юэ отпрыгнула назад, избежав смертельного удара, но ее тело было уже ослаблено, и стрела попала в ногу. Кровь побежала по икре. Принц Цзин Сяо улыбнулся и потянулся к стреле, чтобы снова выстрелить.Чжао Че поднял бровь, холодно улыбнулся, согнул лук и выстрелил, сбивая в полете стрелу Принца Цзин Сяо. Волки медленно окружали Цзин Юэ, реагируя на запах крови. Она хотела осмотреть рану и остановить кровь, но времени не хватало, и она побежала в сторону Чжао Че. Этот человек за короткое время уже дважды спас ее жизнь, поэтому она выбрала наиболее выгодное для себя направление.Однако, едва она успела сделать вперед хоть два шага, как перед ее ногами в землю впилась стрела. Она мгновенно остановилась, удивленно посмотрела и нахмурилась, посмотрев на сидящего на ярко-гнедой лошади юношу в черной одежде.Чжао Че презрительно окинул ее холодным взглядом и выстрелил в другую девочку в легкой жилетке. Ей было всего лет пять или шесть. Она закричала и упала на землю, на ее спине был написано ?Ян?, запачканное кровью. Через мгновение ее разорвали волки. Время шло то быстро, то медленно. Цзинь Юэ вдруг поджала губы и обернулась. Она оказалась очень быстра, даже раненая нога не повлияла на ее скорость и гибкость. Она яростно кинулась вперед, выискивая любую возможность, чтобы убежать. В углу загона лежала куча палок, приготовленных на дрова, и сено для лошадей. Девочка подбежала, схватила палку покрепче и стала лупить волка по хребту.Волк взвыл и, пошатываясь из стороны в сторону, видимо, серьезно раненый, побрел проч. - Подходите! Подходите! – кричал ребенок, ударяя два камня один о другой, чтобы высечь огонь. Брызнули искры, и трава, намотанная на палку, занялась. Держа в руках разожженный факел, она кинулась бегом по полю, разгоняя нападающих на детей волков, крича: - Сюда! Идите сюда! Маленькие дети, плача, собрались вокруг Цзинь Юэ. они все были ранены, частью покусанные, но больше раненые стрелами. За это короткое время их осталось менее двадцати.Волки боялись огня, но видя собравшихся около Цзинь Юэ детей, стали недовольно рыча, ходить кругами. Но они слишком долго были голодными, поэтому они медленно повернулись и пошли обратно к валявшимся на поле трупам. Они начали жадно рвать тела.Чжугэ Хуэй прищурился и тихо прошептал: - Бесполезные животные. Он взял стрелы и стал расстреливать волков. Стрелы посыпались на волков шквалом. Раздался предсмертный вой. Когда он затих, все волки остались лежать мертвыми. Выжившие дети в неописуемом восторге вскочили, несмотря на то, что были сплошь покрыты ранами. После пережитого страха они громко радовались, что остались живы. Однако, не успели радостные крики сорваться с уст, в небо поднялась густая волна стрел и поразила тщедушные тела. Но небесные дворяне были беспощадны. Они продолжали убивать детей. Сверкающее белое мозговое вещество брызнуло ей в лицо. в шоке она открыла рот в беззвучном крике, пальцы сжали палку. Она не могла пошевелиться. В ушах эхом звучали крики, как в кошмарном сне. Облако стрел поредело, когда Принц Цзин и Му Юнь рассмеялись, достали оставшиеся стрелы и, натянув луки, на скорость выстрелили в девочку.Чжао Че нахмурился, пустив коня вперед. Он потянулся рукой к колчану, но там осталась единственная стрела. Тогда он отломал наконечник и расщепил древко, выстрелив, сбил летящие в ребенка стрелы. Он не собирался щадить гордость Принца Цзин и Му Юня. - Отличный выстрел! – закричал, громко смеясь Чжугэ Хуэй. Голос постепенно затих, прекратились все крики. Холодный ветер разогнал стоящий над полем запах крови. На окровавленном снегу в загоне остался в живых лишь один ребенок – Цзинь Юэ. С растрепанными волосами, с запутавшейся в них соломой, в порванной окровавленной одежде, бледная, с палкой в руках, она неподвижно стояла и пустыми глазами смотрела вперед. - Седьмой принц великолепен! У меня нет больше стрел. Похоже, сегодня победа опять за Седьмым принцем! – сказал Чжао Цзюэ. Принц Цзин приподнял брови и недоуменно посмотрел сначала на Му Юня, затем обернулся у Чжугэ Хуэю. - У меня больше нет стрел, - с улыбкой ответил Чжугэ на взгляд принца Цзина. - Ян Шицзи, ребенок еще жив. Время еще не прошло, победитель пока неизвестен, - сказал вдруг Му Юнь. Все взоры тут же обратились на Ян Сюня. Чжао Че холодно посмотрел на него и лениво промолвил: - Ян Шицзи любит удивлять людей. Ароматизированная палочка сгорела лишь наполовину, а стрелы уже закончились. Лишь из колчана Ян Сюня торчали белоснежные оперения стрел. Ян Сюнь, несмотря на свои 13 лет, с прямой спиной, гордо сидел на коне. С темными вразлет бровями, прямым с легкой горбинкой носом, острыми внимательными глазами, в темно-фиолетовом китайском ципао, сидящим как влитое, он выглядел красивым и холодным. Он выглядел равнодушным, когда подъехал, натягивая лук, к стоящему посередине загона ребенку. Снова подул холодный ветер, задирая на трупах лоскуты порванной одежды и путая волосы. Она была еще мала, лет шесть или семь, бледная и худая от недоедания, злая как волчонок. Шрамы на руках и ногах, рана на плече совсем рядом с сердцем. Она стояла посередине грязного загона, вокруг валялись окровавленные трупы, части рук и ног, кровь медленно собиралась в лужи. Вдруг она бросила палку, обняла себя руками и отчаянно закричала от открывшейся перед глазами картины. Сверкнул нацеленный в горло ребенка наконечник стрелы. У подростка на коне были нахмуренные брови и острые глаза. На руках вздулись голубые вены, натягивая тетиву.Неизбежного было невозможно избегнуть. Она отогнала хаотичные и панические мысли из головы.Так много вопросов и сомнений пропало в этой внезапной бойне. Она медленно подняла на едущего к ней подростка глаза. Ненависть. Холодная ненависть светилась в глазах этой девочки. Ненависть и отвращение. И ни капли страха. В этот день, четвертый день четвертого месяца 466 года, когда жители Хуанчуань только что отметили Новый Год, на императорских охотничьих угодьях за пределами столицы, они встретились впервые. Через время и пространство, эти две души никогда не должны были встретиться, но по чьей-то высшей воле они были помещены на одну сцену. Лоб Ян Сюня немного разгладился, пальцы слегка ослабили натяжение тетивы, выпуская стрелу. Длинная стрела свистнула в воздухе, направляясь к неподвижно стоящей девочке.все взгляды устремились за ней.Стрела мгновенно попала в шею ребенка, брызнула кровь. Она неуверенно пошатываясь сделала пару шагов, но все еще продолжала стоять. - Ха, ха, ха! Поздравляю Седьмого принца! – громко засмеялся Чжао Чу.Чжао Че кинул на Ян Сюня презрительный взгляд и усмехнулся: - Ян Шицзи целыми днями погружен в поэзию и танцы. Вы забыли из страха перед предками Чжао, как пользоваться стрелами. Ян Сюнь сложил длинный лук, повернул голову и легко ответил: - Как предки семьи Чжао пользуются стрелами, хорошо помнят потомки семьи Чжао. Ян Шинцзи не переступаю власть и не вмешиваюсь в чужие дела.Чжугэ Хуэй рассмеялся: - Значит, победа в сегодняшнем соревновании достается Седьмому принцу. Я устраиваю пиршество в моем доме. Мы должны вместе выпить чашу разбавленного водой вина. Все согласились. Для всех это все было обычно.всего лишь зарядная игра.Завывал ветер, теребя меховую оторочку на одежде охотников. Далеко, за их спинами снежинки засыпали поле, где недавно разыгралась трагедия. Если бы Ян Сюнь оглянулся, он бы увидел, что окровавленный ребенок со стрелой в шее еще долго стоял посередине загона. И глубокие глаза, смотрящие в их сторону… Долго, неподвижно…