Немного о придурках (1/2)
- Стоп! Стоп! Стоп! Это что за хрень вообще?! Ты играть разучился что ли?! – раздался яростный крик в микрофон.Музыканты остановились, в недоумении уставившись на Микеле, который стаскивал с себя ремень гитары и случайно локтем снёс стойку с микрофоном. Тот с ужасным грохотом упал на пол, оказавшись слишком близко к огромной чёрной колонке, которая тут же возмущённо запищала. Сквозь этот противный звук послышался отчаянный рык с нецензурным междометием. Отставив гитару в сторону, блондин рывком поднял микрофон, и воцарилась тишина. Но ненадолго.- Ты долбо…Микеле, у которого буквально валил пар из ушей, хотел было подойти к ?виновнику? его гневной тирады, однако он забыл, что до сих пор держал микрофон в руке, поэтому, проходя мимо колонки, мужчина вновь стал причиной неприятного звука. Микеле дёрнулся назад и отступил на пару шагов, недовольно зашипев, и, наконец-таки, выключил микрофон.- Твою мать, Микеле, что на этот раз не так?! – возмутился басист, которому, собственно, и выставлялись претензии.
- Всё не так! – возмущённо взмахнул руками блондин, предварительно закрепив микрофон на стойке. – Ты либо играешь нормально, либо гриф твоей гитары окажется у тебя в…- Хватит! – послышался громкий невозмутимый голос, на который как по команде повернули головы все участники группы. – Локонте, на перекур! – высокий брюнет с волнистыми волосами медленно поднялся со своего места и, схватив чересчур эмоционального друга за предплечье, уверенным шагом направился к служебному выходу, где и находилась курилка.- Фаб, какой к чёрту перекур? У нас запись скоро, а эти… – бубнил на ходу блондин, пытаясь вырваться из цепкой хватки товарища и вернуться назад, чтобы устроить всем конкретный ?разбор полётов?. – Лажают, словно все в первый раз за инструмент взялись! Звук не доработан, песни не отрепетированы! Ты же знаешь, как эта запись важна для нас!Пока Микеле сокрушался, он и не заметил, как они оказались на улице.
- Конечно, знаю, - спокойно ответил Фабьен, усадив друга на низкую металлическую ограду. – Но я не узнаю тебя, Мике. Ты весь день какой-то нервный, набрасываешься на всех без причины…
Блондин на это заявление лишь тяжело вздохнул и запустил руки в волосы.
- Я не понимаю, что с тобой происходит, друг, - брюнет слегка приподнял голову Микеле за подбородок и запихнул сигарету в зубы притихшему после вспышки гнева товарищу, тут же протягивая зажигалку. – У тебя что-то случилось?
- Случилось, - после небольшой паузы слегка прошепелявил Микеле, всё ещё сжимая в зубах фильтр уже прикуренной сигареты. – Пиздец случился, - он обречённо выдохнул сизый дым. – Как говорится, подкрался незаметно, - блондин мрачно уставился вдаль, делая ещё одну затяжку. Брюнет неуверенно переступил с ноги на ногу, не зная, как реагировать на такое заявление от своего всегда оптимистичного товарища. Локонте же не торопился рассказывать, в чём именно заключалась беда. Фабьен присел на корточки перед другом и попытался заглянуть ему в глаза, но тот словно и не заметил этого, всё продолжая хмуриться и думать о чём-то своём.- У тебя… проблемы? – неуверенно предположил брюнет, предпринимая ещё одну попытку разговорить Микеле.
Блондин как-то странно усмехнулся и всё же перевёл свой усталый взгляд на друга.
- У меня? – переспросил он, всё ещё продолжая невесело улыбаться. – Проблемы у нас у всех, Фаб… Но отдуваться выпала честь мне… Мике вновь отвернулся от друга и тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. Как бы он ни хотел решить все свалившиеся на их группу напасти самостоятельно, ему всё же нужно было поделиться с кем-то той жестью, которая внезапно ворвалась в его жизнь. И, кончено, неудивительно, что тем ?избранным? стал лучший друг и верный товарищ Микеле Локонте Фабьен Инкардона. Ведь, как известно, друг познаётся в беде…*** Их ?броманс? начался лет эдак десять-двенадцать назад, когда Микеле Локонте только переехал из солнечной Италии в ?свободную? Францию. А дело было так… Ещё в детстве у Мике проявились способности к изящным искусствам. Видя, что у ребёнка талант, родители не стали препятствовать его увлечению музыкой, скульптурой и живописью и отдали сына в специализированное учебное заведение. Именно там Локонте-младший определился, чему именно он хочет посвятить свою жизнь. Это была музыка. Звуки постоянно роились в его голове, превращаясь в сочинения, ноты перед глазами перекладывались на бесконечное множество листов, переплетаемых в партитуры, а пальцы просто порхали по музыкальным инструментам. Как ни странно, будучи мальчишкой, Микеле грезил о симфонических оркестрах. Участие и победы на различных конкурсах сулили ему блестящее будущее, его называли ?возродившимся Моцартом?, ?юным гением?, все им восхищались... Но настал подростковый возраст… Джеремиа и Рипальта Локонте прокляли тот день, когда пошли на поводу у сына и купили ему гитару, не ведая о том, с какой отвязной компанией таких же юных музыкантов-бунтарей он связался. С того самого момента их милый дом превратился в балаган. Скрипка и фортепьяно ?задвинулись в дальний угол?, но это были ещё цветочки. В шестнадцать лет, – в то время, когда надо быть крутым, ?клеить? девчонок и развлекаться всегда, как в последний раз, – Микеле решил стать рок-звездой. Изменения начались с внешности: в гардеробе появились более дерзкие вещи, на запястьях виднелись повязанные платки и позвякивали браслеты, а на шее болтались кулоны и цепочки. Волосы стали менять цвет чуть ли не каждые две недели. Постепенно в доме появились синтезатор и ударная установка, которую в прекраснейшем состоянии юноша случайно достал на какой-то барахолке. Но ?гвоздём программы? оказалась новенькая электрогитара, ради которой Микеле подрабатывал официантом после занятий в лицее и выступал с друзьями на площадях города (из-за чего ему часто приходилось бегать от полицейских и ?попадало? от отца). Вот тогда нервы родителей не выдержали, и они выставили, по их словам, ?двадцатилетнюю бестолочь, которая просрала все шансы на безбедное существование до старости лет? за порог. Локонте-младший был даже этому рад – появилась полная свобода творчества. Однако спустя какое-то время упорного, но тщетного труда его надежды рухнули: в Италии с рок-музыкой было туго. Молодой человек не придумал ничего лучше, как всего лишь с тремя сотнями евро в кармане и билетом в один конец уехать во Францию, в Париж, в город, славившийся свободой во всех её проявлениях. В тот период своей жизни Микеле на своей шкуре понял, что значит: ?Удача любит дерзких?. По приезде двадцатитрехлетний итальянец случайно познакомился с одной пожилой дамой, мадам Буланже, потомком богатой семьи аристократов, которая искала преподавателя по музыке для своей внучки, которая была буквально на пару лет младше самого Локонте. Не растерявшись, Микеле предложил свои услуги. Он стал жить в их загородном доме близ Парижа, так ещё и достойный гонорар регулярно получал. Но о своей цели в столь уютных условиях не забывал, постоянно работая над тем, чтобы его заметили как рок-исполнителя. Начиналось всё слишком банально – с почти бесплатных выступлений в барах и клубах… Однажды Микеле закончил работать в одном таком баре слишком поздно и не успел на нужный поезд до пригорода. Он, конечно, предупредил мадам Буланже заранее, что, возможно, не приедет в тот день домой, так как предполагал, что может задержаться, но кто же знал, что это окажется правдой: Локонте всё-таки рассчитывал успеть на транспорт. Теперь же деваться ему было некуда, а звонить так поздно и просить Рауля (личного водителя мадам) приехать за ним было как-то неудобно. Вариант переночевать в какой-нибудь гостинице отметался сам собой. Конечно, мадам Буланже платила итальянцу так, что грех было жаловаться, но Микеле поступал разумно и деньгами лишний раз не разбрасывался. Он, как никто другой, понимал, что для будущего продвижения вверх по карьерной лестнице ему понадобятся немалые средства. В итоге, итальянец остался на холодных и безлюдных улицах совсем один. Однако именно такое неудачное событие (как воспринял его тогда сам Мике) и перевернуло его жизнь с ног на голову. Микеле неспешно гулял по ночному Парижу, любуясь ярко подсвеченными улицами и наслаждаясь тишиной столь шумного днём города. И чёрт его знает, что заставило Локонте вдруг резко свернуть именно на эту почти не освещённую улицу.
?Наверное, судьба?, - скажете вы и, несомненно, будете правы.
Не успел Мике пройти и пару шагов, как в него кто-то врезался и повалил на землю. Конечно, первым делом Микеле подумал, что его грабят или убивают. Оторопевший Локонте сначала не предпринял никаких действий, не совсем осознавая, что происходит. А ?нападавший?, тем делом, в отличие от придавленного к асфальту Мике, активно шевелился и несуразно и неудачно пытался встать, отчаянно пыхтя и матерясь. Всё усложнялось тем, что на плечах незнакомца висел, кажется, огромный нелёгкий рюкзак, который мешал тому подняться. Локонте пытался скинуть с себя барахтающегося на нём мужчину, однако ?легко сказать, трудно сделать?: парень постоянно (нечаянно, правда) ударял итальянца то под рёбра, то в челюсть. Вся эта бестолковая возня взбесила итальянца, и он, собравшись с силами и мыслями, наконец-таки, умудрился скинуть с себя неугомонного незнакомца. Вскочив на ноги, Микеле в порыве инстинкта самосохранения и злости схватил мужчину за шиворот и уже хотел ударить испуганно замершего в его руках парня, как вдруг из-за угла послышался топот ног, мерзкий звук полицейских свистков и свет фонариков.- Либо нас сейчас обоих арестуют, либо валим отсюда, пока эти дебилы не дотащили сюда свои задницы, - тяжело дыша от долгого бега, заговорил незнакомец в руках Микеле. Выбирать не приходилось: быть задержанным в чужой стране – последнее, чего хотел Локонте. Тогда обо всех грандиозных планах можно было забыть. По этой самой причине Микеле тут же разжал кулаки, отпуская своего нового знакомого, и парни рванули со всех ног подальше от своих преследователей. Пробежав несколько кварталов, молодые люди остановились, выбившись из сил. Согнувшись пополам, Локонте пытался перевести дыхание, а его случайный знакомый со стоном плюхнулся на бордюр, спрятав лицо в ладонях. В течение некоторого времени парни молчали, пытаясь прийти в себя. Даже у Микеле, который за всю свою жизнь бегал от полиции несчётное количество раз, плыло перед глазами, а кровь неприятно пульсировала в висках. Наконец, итальянец, всё ещё не разгибаясь, приподнял голову и попытался рассмотреть в тусклом свете фонаря своего нового знакомого: такой же повеса, как он сам, волнистые чёрные волосы до плеч, которые молодой человек то и дело убирал с раскрасневшегося вспотевшего лица, стильная бородка и поблёскивающие серьги в левом ухе. Парень, всё ещё тяжело дыша, периодически покашливал и сглатывал вязкую слюну. Около него на тротуаре лежала гитара в чехле, на которую Локонте почему-то не сразу обратил внимание.?Вот что это за ?рюкзак? был?, - усмехнулся про себя итальянец.
Микеле так увлёкся рассматриванием незнакомца, что не заметил, как парень начал разглядывать его в ответ.- Фабьен, - спустя какое-то время хрипло представился он, протянув итальянцу руку.