Глава 21. Мне страшно, как мы скоро сговорились (1/1)

—?Ее высочество, царевна Зафира Ташбаанская, супруга и опора десницы короля Тельмара!Питер кривится, с удивлением глядя на прервавшего их работу стражника. Это ж надо, сколько титулов, выговаривать устанешь. Двери отворяются и на пороге появляется довольная тархистанка.—?Зафи! —?Сьюзен вскакивает с места. —?Что ты здесь делаешь?—?Имела удовольствие верхом путешествовать из Тельмара в Ташбаан, а теперь, вот, обратно. Так получилось, что дорога моя легла через Кэр-Параваль и я позволила себе решить, что здесь мне не откажут в постели и обеде. —?Зафира ухмыляется, окидывая взглядом троицу королей Нарнии. —?Мое почтение не разгибающим спины от непосильных бумажных трудов!Сьюзен немедленно забывает о том, что разбирала нужный закон Орландии в паре с Каспианом. Она хватает тархистанку под руку, ведя к кушетке у окна:—?И? Какие новости в Ташбаане?Зафира, позволяющая себя вести, закатывает глаза:—?Алим?— зануден до невозможного, с ним стало не о чем поговорить! Бедняжка Тюркиз?— седьмой ребенок! Мне кажется, она с ума сойдет с ними всеми. Старшему?— только тринадцать. Но, видела бы ты эту женщину! Имея семеро детей, она умудряется оставаться первой красавицей Ташбаана! Вельможи шеи сворачивают, когда она мимо проходит! Фигура, кожа, волосы?— она богиня, Сью! Я начинаю подозревать ее в колдовстве, так просто не бывает!Сьюзен округляет глаза:—?Семеро детей?— и первая красавица? Откуда взяться времени на красоту, когда у тебя семеро детей?Зафира активно кивает:—?Понятия не имею! Но она рядом с Алимом на всех его встречах. Дети?— воспитаны и всегда опрятны. Мне кажется, она просто нашла способ, как жить без необходимости сна!—?Вот это да! —?Сьюзен хватает кувшин с разведенным вином, наполняя два бокала. —?А Азамат?Глаза царевны загораются:—?Он все время пропадает в плаваниях! Ходят слухи, что он положил глаз на какую-то там пиратскую девчонку! Я?— не верю, мой брат в жизни не заставит себя задержать внимание на одной женщине больше месяца, кем бы она ни была. Он влюбляется по двадцать раз за год! Но говорят…Питер громко откашливается. Он честно пытался сконцентрироваться, но тараторящие без умолку голоса милых дам не оставляют ему ни единого шанса.Зафира щурится, глядя на Верховного короля:—?Вина? —?царевна кивает на бокал в собственных ладонях.Питер закатывает глаза:—?Нет, спасибо.—?Эм-м-м,?— царевна склоняет голову,?— шейку размять?—?Зафира! —?Верховный король смотрит на гостью с легким укором.—?Просто скажи, что ты хочешь, золотце?— царевна закидывает ногу на ногу. —?Я не умею читать мысли.Верховный король вздыхает:—?Пойдите, погуляйте.—?Там жарко,?— кривится Зафира. —?Неужто наше общество вам настолько неприятно?Тархистанка невинно хлопает длинными ресницами. Питеру не дают ответить. В дверях появляется Лира. Нежное кремовое платье, расшитое бледными цветами, очень забавно контрастирует с недовольным, близким к гневу, личику.—?Где вы вчера вечером были?!Взгляды всех присутствующих обращаются к ней.—?Нигде,?— первым отзывается Каспиан. —?Здесь, в замке. Спокойный семейный…Каспиан замолкает, наблюдая как щеки королевы Поднебесной краснеют. Она складывает руки на груди:—?А ничего, что вас всех ожидали на выставке белокаменных скульптур? Были гости из Гальмы! Наши выпускники представили то, над чем работали весь последний год!—?Гоблин… Мне казалось, что это на следующей неделе будет… —?Эдмунд закусывает губу. —?Прости, солнышко…Виноватым глазам Эдмунда впервые не удается разжалобить Лиру. Точнее, почти удается. До того момента, пока королева не замечает, что сожаление его никто другой не разделяет. Лира закипает:—?Это немыслимо! Вы никогда не приходите ни на одно событие, которое мы организовываем!Питер вздыхает:—?Лира, у нас много работы. Нам и так пришлось пожертвовать всю тебя школе искусств, неужели им мало того, что ты всю свою жизнь им посвящаешь?Лира останавливается по другую сторону стола ровно напротив Питера. Тонкие пальцы крепко сжимают спинку стула:—?Да, мало. Детям нужно знать, что вы их цените. Они?— наше будущее!—?Любимая…Лира игнорирует Эдмунда, сверля взглядом Верховного короля, который, кажется, считает себя абсолютно правым:—?Питер, ты не пропускаешь ни одного турнира юных рыцарей! Их мотивирует то, что сам Верховный король будет смотреть. Так почему же будущих артистов ты жалуешь своим присутствием только тогда, когда в выставке участвуют работы Эсмеральды?Питер поджимает губы. Ему хочется резко ответить, что умение владеть мечом во время атаки врага будет куда нужнее Нарнии, чем умение держать в руках кисть, иглу, молоток для мрамора и что они там еще постигают годами. Считает про себя до трех, пытаясь успокоиться. Выражая свое искреннее мнение, он сейчас обидит Лиру. А он знает, что она невероятно чувствительная. В конце концов, он не должен разделять нарнийских детей. Они ведь не выбирают, к чему у них проявится талант.—?У меня… Просто вечно не хватает времени,?— и это отчасти правда. —?Лира, я часто нахожу время для собственных детей только после захода солнца. И… Я сожалею, что мы забыли о вчерашнем.Крылатая смотрит так… У Питера возникает плохое предчувствие.—?А сейчас чем вы заняты?—?Документальная рутина,?— уклончиво отвечает Верховный король. Лире не обязательно знать, что то, чем он занят, понадобится ему только во время сбора урожая.Королева Поднебесная переводит взгляд на Эдмунда:—?То есть, ничего срочного?—?Нет… —?честно отвечает тот.—?Отлично,?— лицо Лиры светлеет. —?Тогда, собирайтесь, мы идем в театр!Комната заполняется стонами и протестующими репликами.—?Но… —?Сьюзен вскакивает на ноги. —?Зафира только приехала!—?И замечательно,?— Лира складывает руки на груди,?— вот она и отдохнет сейчас.Зафира щурится, в заинтересованных глазах появляется тень усмешки:—?А там будут хорошенькие мальчики?Лира приподнимает бровь:—?Целая толпа! Сегодня играют взрослые.На лице царевны появляется торжествующая улыбка:—?Так что ты сразу не сказала? Вставайте, пни трухлявые, закрываем свои ворчливые ротики и идем в театр!Питер стонет. Выходя из покоев… Точнее, как, выходя? Будучи вытолканным оттуда полной энтузиазма тархистанкой, Питер успевает шепнуть стражнику, чтобы ему нашли Дженни. Питер знает, что ей единственной понравится такое времяпровождение.***Аласкар сортирует плащи по цветам. Темные?— для Блекки, белые?— для Уайти. Закулисье гудит, словно пчелиный улей. Сегодня они закрывают сезон. Поверить только… Взгляд тархистанца падает на окно, он видит входящих во двор театра королей и королев. Аласкар припадает к окну, чтобы быть уверенным.Резко оглядывается на Дженни: Ариадна как раз заканчивает с прической Одетты. Рядом с ней на полу сидит Этерно. Они о чем-то болтают и громко смеются. Аласкар прикрывает глаза и мысленно зовет Ариадну. Та оборачивается через плечо, смотрит удивленно. Аласкар кивает на дверь в коридор, за которой вскоре скрывается.—?Что случилось, милый? —?Ариадна заглядывает в глаза напрягшемуся Аласкару, опуская прохладные ладони на разгорячившиеся щеки.—?Здесь будут сегодня короли и королевы. Ты должна остаться и сделать то же самое для королевы, что и на первом спектакле,?— на одном дыхании выпаливает Аласкар.Дриада хмурится:—?Но меня ожидают после полудня…—?Отмени! —?Аласкар мнется. —?Пожалуйста…Ариадна вздыхает. В глазах его плещется искреннее волнение, не за себя. Она наблюдала за тем, как Этерно, Дженнифер и Аласкара постоянно тянет друг к другу, словно магнитом. Они научились понимать друг друга с полувзгляда. И она невероятно счастлива, что его мир, мир Аласкара, больше не сосредоточен на только ней одной. Ее царевичу давно, позарез нужны были друзья.Ариадна кивает:—?Дженнифер знает?Аласкар мотает головой:—?Нет. И не должна. Если она будет знать, перед кем выходит на сцену?— она не сыграет.***Этерно осторожно опускается на краюшек балкона, на который он только что взобрался. Ноги так и продолжают свисать на внешнюю сторону. Во взгляде?— мягкая насмешка, вызывающая дрожь в коленках. Он только что раскрыл себя, выступив из тени, показывая, что слышал, как Одетта признавалась в любви Ромео, будучи уверенной, что слушают ее лишь безмолвная луна и звезды.Одетта прикрывает лицо руками, отворачиваясь спиной к Ромео:—?Мое лицо спасает темнота,А то б я, знаешь, со стыда сгорела,Что ты узнал так много обо мне.Дженни произносит свой текст дрожащим голосом, всем нутром проживая стыд своей героини. Стыд, от которого хочется убить себя первым попавшимся клинком, лишь бы тот, кому ты так опрометчиво призналась в своей слабости, перестал сверлить лукавым взглядом.Этерно наконец перебрасывает ноги на балкон, замирая за спиной Дженни. Переносит волнистые светлые волосы наперед, мягко опускает ладони на плечи, трется кончиком носа о ее оголившуюся шею. Одетта вздрагивает от такой интимной ласки, наконец отнимая ладони от собственных глаз:—?Хотела б я восстановить приличье,Да поздно, притворяться ни к чему…Одетта медленно оборачивается к Ромео, виновато заглядывает в его смеющиеся глаза:—?Ты любишь ли меня? Я знаю, верю,Что скажешь ?да?!Дженни отводит взгляд, закусывая губу. ?— Но ты не торопись.Конечно, я так сильно влюблена,Что глупою должна тебе казаться.Одетта отворачивается от Ромео, рука скользит по обвитой вьющимися розами стене. Она срывает одну, тихо ойкнув, когда несколько шипов не по сценарию ранят кожу, на которой выступают маленькие капельки крови. Она снова заставляет себя посмотреть на Ромео, несмело протягивая ему цветок:—?Прости за пылкость и не принимайПрямых речей за легкость и доступность.Ромео принимает подарок, ловя ее ладонь и целуя поколотые пальцы:—?Клянусь, люблю тебя одну,Горячим сердцем, что в груди пылает.Дженни подается к Этерно, накрывая ладонью его грудь.—?Не надо, верю. Как ты мне ни мил,Мне страшно, как мы скоро сговорились.На губах лорда расцветает благостная улыбка, он накрывает ее ладонь своей.—?Одетта! Госпожа! —?раздается из-за кулис.Дженни нервно оглядывается в сторону бутафорных окон, быстрым движением ласкает щеку Этерно. Не сдерживается, задевая непослушные темные волосы:—?Спокойной ночи! Эта почка счастьяГотова к цвету в следующий раз.Спокойной ночи! Я тебе желаюТакого же пленительного сна,Как светлый мир, которым я полна!Этерно глубоко вздыхает, закусывает губу, пытаясь подавить улыбку:—?А завтра?— станешь ты моей.Скажи, как эту ночь мне без тебя прожить?Без глаз твоих и ласковой улыбкиМне каждый час покажется годами.Питер с интересом наблюдает за сценой. Не сказать, что он часто бывал на спектаклях, но на тех, которых он бывал?— актеры всегда слишком громко и выразительно декламировали свои слова со сцены, а все остальное отходило на второй план. Возможно, поэтому театр казался ему скучным, полным пафосной фальши, зрелищем. Сейчас же у него складывается впечатление, что он подглядывает, находится там, где его не должно быть. Слова главных героев теряются за такими настоящими эмоциями: дрожащие ресницы, случайные прикосновения, откровенные взгляды и голос, переходящий в шепот.Орландского лорда он узнал сразу. Тот невероятно хорош в игре, хоть Питер и отнесся скептически к цели его визита. Ну где это видано, чтобы взрослый мужчина оставил свои владения на полгода, чтобы играть на сцене и что-то там сравнивать в методах постановок? Верховный король решает, что обязательно подойдет к нему, чтобы поздравить с премьерой. И, непременно позовет на ужин.Партнерша Этерно тоже кажется ему смутно знакомой. Лорд упоминал в разговоре о ее таланте, даже пообещав ее ему представить. Питер оборачивается на сидящую рядом Зафиру. Дженни не оказалось в замке и, как Питер не протестовал, Лира заставила его прийти на спектакль без нее. Сейчас они разделяют центральную ложу. Зафира притихла с самого начала спектакля, хотя перед началом ее рот не закрывался от комментариев сомнительного приличия, в которых царевна выражала свои ожидания от спектакля.***Аласкар щурится, зло ухмыляясь. От его властного взгляда по телу Дженни разбегаются мурашки:—?Ты никогда обратно не вернешься!Кричи, зови на помощь, плачь!Крепкая рука ложится на шею Одетты, сжимая горло. Дженни откидывает голову под натиском его пальцев. Колдун прижимает ее к себе всем телом, подставляя к горлу кинжал. Горячее дыхание обдает щеку тяжело дышащей принцессы:—?Сей день твоим последним станет…Стрела арбалета пролетает в нескольких дюймах от лица Аласкара, врезаясь в столб дерева. Как же долго они умоляли господина режиссера позволить им исполнить этот трюк на сцене. Акт безоговорочного доверия. Аласкар будет стоять в нужном месте, а Этерно выстрелит четко в цель, находящуюся чуть правее головы тархистанца. Как и всегда, данное действие публика отвечает овациями.Колдун выпускает кинжал от неожиданности, послабляя хватку. Одетта вырывается из его рук, бросаясь к любимому.—?Ромео, милый, лучше уходи!Этерно мягко притягивает к себе Дженни, мажет губами по ее виску, разворачиваясь к колдуну так, чтобы закрыть ее собой от него. Арбалет по-прежнему направлен в грудь колдуну.—?О, Аслан, задняя кулиса! —?кто-то дергает Ариадну за плечо, заставляя оторвать взгляд, прикованный к королеве.Дриада видит, как нижний край темной ткани охватывает пламя стоящей рядом свечи. Ариадна рывком вскидывает руку, создавая из воздуха поток воды. Тот с тихим плеском обрушивается на загоревшуюся ткань. Пламя с шипением исчезает. Ариадна посылает ветер, чтобы тот вынес небольшой столб дыма за пределы сцены.Владычица леса снова бросает взгляд на сцену: там по-прежнему разворачивается потасовка Ромео и колдуна. Кажется, маленького происшествия актеры даже не заметили. Ариадна с облегчением вздыхает, а затем вздрагивает: она оторвала взгляд от Дженни, а значит, ее ?маска? спала…Питер наблюдает за сценой. Ощущает неприятный укол где-то внутри, когда Ромео отводит в сторону Одетту, снимает свой плащ, нежно укутывая в ее:—?Ты глазом не моргнешь, как все свершится.Одетта ловит лицо Ромео обеими ладонями, глаза на мокром месте:—?Ромео, умоляю, не ходи!Коварен он, не верю его слову!Голос Одетты срывается на последнем слове. Ромео нежно улыбается, мягко целует, перекрывая Одетту собой:—?Моя любовь к тебе все стерпит!Ромео отрывается от Джульетты, доставая шпагу из ножен. Завязывается впечатляющая дуэль, которая приковывает взгляды всех зрителей. Оба актёра, хорошо владеющие оружием, решили оторваться по полной, даря зрителю невиданное шоу. И только Верховный король не может оторвать взгляда от нервно комкающей пальцами платье Одетты, которая жадно ловит каждое движение шпаги Ромео.—?Колдунья меня побери… —?Питер оглядывается на соседнюю ложу, ловя на себе вопросительные взгляды Каспиана и Сью.Ему не показалось. Он не сошел с ума. Но, если так, как он умудрился не узнавать ее всю первую половину спектакля?! Изумление закипает внутри. Он просто обязан с кем-то поделиться своим открытием.—?Это Дженни! Моя Дженни! —?Питер забывает о нормах приличия, хватая за руку сидящую рядом Зафиру.—?М-м-м… —?протягивает та без всякого энтузиазма.Питер вскакивает на ноги, зарывается ладонью в волосы:—?Уму не постижимо! Это она, моя королева! Как…Молчавшая до этого Зафира раздражается:—?Сядь!—?Но… —?Питер с непониманием смотрит на тархистанку, почему-то слушаясь. —?Моя Дженни сейчас на сцене!—?Я уже слышала,?— с раздражением выпаливает тархистанка. —?Ты можешь держать себя в руках? Вокруг люди!Питер с изумлением смотрит на царевну:—?Ты не понимаешь…Зафира складывает руки на груди:—?Ты так уверен, король?Гроза волков совсем сбит с толку. Царевна многозначительно смотрит на него:—?Это всего лишь королева Кэр-Параваля, в театре Кэр-Параваля. Что тебя так напугало?—?Ее не должно быть там! —?горячо возражает Питер.Зафира вскидывает бровь:—?Да? А теперь смотри, нарниец,?— царевна переводит взгляд на сцену,?— вон тот, который ?Ромео??— моя первая любовь.Питер пытается что-то возразить, но Зафира показывает ему ладонью ?птичий клювик?, который захлопывается, веля молчать.—?Это мой Этерно. И я узнаю его, что бы ни случилось и сколько лет бы ни прошло.Услышав имя, Питер закрывает рот, прекращая попытки что-то добавить.—?Так вот,?— продолжает Зафира,?— а вон тот, который ?колдун??— вообще мой ?покойный? брат!Питер внимательнее вглядывается в демонстрирующего отменное мастерство оружием актера. Встреть он его на улице?— никогда бы не узнал. Но видя, как тархистанец размахивает шпагой… В голову бьет первый день битвы на Пересечении трех земель.—?Какого гоблина…—?Вот,?— Зафира одобрительно кивает. —?Поверь, мне невероятно интересно знать, какого, как ты выразился, гоблина, эти двое делают здесь, но я же?— терплю! И ты потерпи!Колдун со сдавленным стоном падает от руки Ромео.