Красный. (1/1)

Территория лагеря полукровок была огромна, и практически всегда можно было найти какое-нибудь уединенное место, куда бы точно никто по ошибке не забрел. Это одинокие поляны, со всех сторон окруженные гордыми вековыми соснами, краешек побережья – тонкая полоска влажного песка, на которую робко ступают ягодные кусты, в конце концов, необъятный лес, радующий днем своей прохладной тенью.Укромные места – целый простор для фантазии. Но иногда случались такие моменты… Когда просто не хотелось куда-то уходить, а от адреналина голова шла кругом. Не было ничего опасного для жизни, не надо ни с кем сражаться. Но само ощущение того, что вот-вот нас могут найти, привносило в наши отношения что-то особенно жгучее.Мы закончили обедать раньше всех. Точнее, Лука встал первым, отнес к Огню лучшие грозди винограда и увесистый кусок жареной рыбы – приношение отцу. А потом… ушел. Это произошло так быстро, он даже не попрощался с нами. И тут я понял: отряд. Он должен отвести в одиннадцатый домик свой отряд, он просто не может уйти. Я посмотрел на мистера Д. и Хирона – они ничего не заметили. Я наскоро доел, предал Огню яблоки, шницель и половину плитки шоколада, прошептав: ?Посейдону?. Потом я выскользнул из трапезной и пошел по веранде. Внезапно я почувствовал рывок такой силы, что он чуть было не заставил меня упасть – кто-то резко схватил меня на локоть. Я ошарашено оглянулся – это был Лука. Он стоял под низкой лестницей и улыбался, как это было принято у отпрысков Гермеса – хитро и подозрительно. Я облегченно вздохнул и шагнул к нему, замечая, что следы от его пальцев быстро побелели, а потом рука стала выглядеть так же, как и до этого.Чувство запретности во мне зашкаливало: стоило сделать десять шагов от Огня… И можно наткнуться на нас. Сердце мое стало биться гулко, и я почувствовал, как к щекам моим прилила кровь. Кастеллан выглядел так же уверенно, как всегда, - ясные светлые глаза, растрепанные волосы, широко расправленные плечи и эта открытая и искренняя улыбка. Он обнял меня за шею, запустил ладонь в мои волосы… На руке его висела широкая плетеная красная фенечка, и я чувствовал, как она трется о мой затылок. Было так удивительно хорошо просто от его близости, его уверенности, просачивающейся в меня капля за каплей, его доброго взгляда. Он ни разу ни в чем меня не упрекнул, хотя моя неуверенность, наверное, немало его забавила. Он так и не зашел дальше этих объятий – поцеловав меня в шею, он отстранился и, улыбнувшись, повернулся в сторону трапезной. Уже уходя, он провел пальцами по моему запястью. Мне оставалось только уйти отсюда – не возвращаться же мне вместе с ним?Больше той фенечки на руке у него я не видел. Он говорил, что ему сплела ее девочка из домика Афродиты, и она была пропитана приворотным зельем. Я зарделся, когда он как бы между прочим сказал мне это. По крайней мере, никакой приворот не дает ему забывать обо мне. Это заставляет меня молча радоваться и вызывает слишком уж собственническое чувство к Кастеллану.