Часть 1 (1/2)

Улица быстро учит. И отбор тут намного строже, чем в любом, самом крутом учебном заведении Америки. У каждого свой свод законов, никто давно не верит в Бога – тут место другим религиям. Социум в социуме, Зазеркалье Алисы, только из кошмара ее создателя.

Истории одни и те же, как под копирку, можно даже не спрашивать, угадаешь с первой попытки - пьющие родители, мать-проститутка, отец-извращенец. Выгнали, ушел, сбежал, не выдержал. Врут, в основном, но за каждой такой ложью обычно скрывается трагедия.Для того, чтобы выжить с наименьшими потерями, необходимо усвоить несколько простых правил: нужно уметь моментально соображать, чутко спать, быстро бегать и никому не верить. Можно еще добавить, что и бояться ничего не нужно, но это было бы лицемерием. Потому что бояться еще как было нужно, иначе просто не выживешь.Джаред Падалеки усвоил эти правила моментально. Нельзя, наверное, так говорить - ?рожден для улицы?, но это было истинной правдой. С самого первого дня, как только он оказался на Ривер-стрит в пятнадцать лет, Падалеки не сделал ни одной ошибки, которая могла бы стать для него фатальной. Озлобленного, всегда готового к драке, выделяющегося своей отчужденностью, одинокого даже в общей своре беспризорников, его боялись. Джаред был скор на расправу, мстителен, жесток и никогда не прощал обид. Тут нельзя было по-другому. Еще в характере Падалеки имелись и другие стороны, которые он предпочитал не афишировать - о них знали лишь единицы.

Их, в общей сложности, было пятнадцать человек, всегда плюс или минус. Плюс – это вновь пришедшие или забредшие в район такие же, как и они, беспризорные подростки, минус – это те, кто не смог справиться. Когда вот так кто-то не возвращался, все делали отрешенные лица и сжимали зубы, думая, что, рано или поздно, это ждет каждого из них. Все понимали, даже пять лет здесь - своего рода рекорд. Поэтому и жили на всю катушку, вкладывая в эту фразу какое-то свое, странное понимание.

Воровать – так отчаянно, рискуя сразу всем, и не имеет значения, хот-дог это с тележки, или дорогое колье с шеи холеной девушки, сидящей напротив полицейского участка. Повезет – проживешь день в шоколаде, а нет – ну что ж, винить некого. Если торговать наркотой – так почти не скрываясь, стоя у самой дороги, почти кидаясь на проезжающие машины, громким голосом рекламируя товар и пытаясь срубить как можно больше. Кого бояться? Закон не писан ведь не только дуракам. А если проституция, так это как повезет, иногда сто баксов может обломиться, а иногда и просто дай бог живыми выбраться. Но никто не жаловался. Возможно, потому, что другая жизнь была уже где-то за пределами понимания. Или погребена под таким слоем грязи, что добраться до нее уже было нереально. А некоторые просто не хотели вспоминать, намеренно пряча воспоминания куда-то внутрь себя, не позволяя прошлому даже сквозь сны проникнуть в их сегодняшнюю жизнь.Они жили в заброшенном доме, находившемся в одном из неблагополучных кварталов города, сбиваясь в стаю, как дикие волки, когда наступали холода, и становилось трудно выжить поодиночке. Относительно безопасно, и полиция не особо любила сюда соваться - не секрет же, что здесь всадить пулю копу считается делом чести. Кому охота просто так подставляться?В доме, где они обосновались, было три комнаты на втором этаже и одна общая гостиная на первом. Перила на лестнице были разрушены, так что приходилось подниматься осторожно, держась ближе к стене и, желательно, по одному, потому что под весом даже относительно легкого человека ступеньки опасно прогибались, грозя проломиться прямо под ногами. Обои когда-то красивого, яркого цвета теперь были грязно-серыми, свисали кусками, и в темноте казалось, что кто-то стоит возле стены и выжидает удобный момент, что бы напасть или сделать что-то очень плохое. Дырявый диван с ободранной обивкой, из-под которой выглядывала торчащая пружина, стоял посреди гостиной и вызывал такое количество неприличных шуток, что многие садиться на него просто не решались, предпочитая пол.

Самыми странными в доме были комнаты. Каждый из подростков рьяно метил свою территорию, собирая из сломанных, искореженных фрагментов то, что в его понятии олицетворяло слово ?дом?. Наверное, поэтому каждая комната, в которой теснились, в среднем, по пять человек, нелепо пестрела убогими украшениями. Единственное, что выделялось из общего хаоса, это была кровать и прилегающее к ней пространство, принадлежавшее Джареду. Ничего, что могло бы хоть как-то охарактеризовать его как человека. Ни пошлых постеров, найденных на помойке, ни безделушек вроде сломанной модели вертолета, ни даже мазка граффити, которым поголовно увлекались все уличные подростки. По-армейски застеленная дырявым покрывалом кровать и смена одежды, лежавшая в изголовье.

* * *Джаред был на заднем дворе, когда услышал громкие голоса из дома. Хотелось есть, купленные на последние деньги две пачки быстрорастворимого супа буквально жгли карман, а желудок уже начал ныть привычной, но такой ненавистной болью. Вода в чайнике, подвешенном на палку, начала закипать, и он решил не отвлекаться. Посмотреть, из-за чего орут, можно и позже. Скорее всего, кто-то опять попытался распотрошить общак, а остальные спустили собак, не позволяя этого сделать.

Через пять минут, держа в руках горячий чайник, он зашел в дом и остановился на пороге, кажется, даже растерявшись.Такое количество народа было редкостью, ?рабочие графики? у всех были довольно плавающие, поэтому застать в доме всех, кто тут проживал, было странно. Джаред не сразу почувствовал сильный запах алкоголя, распространяющегося по комнате. Что было еще более странно, ведь пить при их жизни было чревато серьезными последствиями, голова должна быть постоянно свежей – надо быть всегда начеку.- Падалеки, – к нему медленно, покачивая бедрами, подошла Джоанна и прижалась грудью, выдыхая прямо в лицо. – А мы тебя ждали. Я тебя ждала. Присоединишься?

- Джи, у тебя что, блядский квартал на ремонтные работы закрыли? – Джаред поморщился от пропитанного спиртом дыхания, отстраняя девушку свободной рукой. – Или ты наконец-то отсосала так, что больше не придется работать?- Ты, наверное, думаешь, что если хоть на минуту перестанешь быть мразью, от этого мир рухнет, да? - девушка вроде бы даже обиделась.- Брось, Падалеки, ну правда, расслабься хоть раз, тем более и повод есть. – Джейк, восемнадцатилетний парень со шрамом на шее, широко улыбался, показывая куда-то в сторону разрушенной кухни. Джаред повернулся и наткнулся на колючий, звериный взгляд незнакомого парня, внимательно, с животной настороженностью изучавший его.?Только что ушами не прядет. Наслышан уже, что ли??, - Падалеки усмехнулся про себя и направился к лестнице, крепко сжимая чайник в уже успевшей устать руке. Со всеми вновь прибывшими всегда так. Парни все делают верно. Задавить своим и чужим авторитетом, проверить на вшивость, на что способен, как среагирует. Не выдержит, опустит глаза, сдастся – все оставшееся время будет на побегушках, вечно подобострастно заглядывать в глаза и любыми путями искать защиты. Выдержит, не сломается под напором – примут за равного, допустят к общаку, при хорошем раскладе и силе воли, возможно, отвоюет даже улицу, закрепляя за собой. Пусть развлекаются.- Спасибо, обойдусь, Джейк.

На первой ступеньке, как-то пафосно и гордо стоял пластмассовый ящик, доверху наполненный бутылками с алкоголем. С дорогим алкоголем. Однако.- Ну что, может, передумаешь? – Джоана увидела секундное замешательство Джареда и расценила заминку, как заинтересованность Падалеки в алкоголе.- Пожалуй, да. – На самом деле, Джареду стало просто любопытно, откуда парень украл такое количество спиртного, которое, видимо, отдал в качестве взятки, чтобы приняли. То, что это был именно он, Падалеки не сомневался ни секунды. Да и как он умудрился тащить его, ни разу не наткнувшись на копов, тоже было интересно. Кто знает, может пригодится. А еще было интересно, как пройдет проверка.

Чайник так и остался стоять на ступеньке рядом с ящиком, а Джаред переместился на диван, обводя взглядом присутствующих, пытаясь угадать, у кого же на языке вертится та шутка, про ?пружинку?. Кто знает, может, осмелели, пьяные-то. Все молчали, а потом, словно по сигналу начали устраиваться, кто прямо на полу, кто на качающихся табуретках, кто на подлокотнике.Элитный виски пошел по рукам, Стивенс, самый младший, закашлялся, проливая алкоголь, за что получил сильный тычок под ребра.- Охуел? - Джоана вырвала бутылку из ослабленных рук и присосалась к горлышку, отчаянно морщась и жадно глотая.

На пятом человеке спиртное закончилось, принесли еще одну бутылку. Парень по-прежнему стоял в дверях.- Чувак, ты особого приглашения, что ли, ждешь? Тут не мамочкин дом, уговаривать пройти к столу не будут. – Райт звучно рыгнул и похлопал себя по карманам, в поисках сигарет.Мальчишка отлепился от стены и медленно подошел к компании, прикидывая, где лучше устроиться. Сесть так, чтобы вписаться в круг сидящих, можно было только на полу, между Вернером и Патриком, двух ебнутых отморозков. Джаред непроизвольно скривился, вспоминая поступки парней, подтверждающие его догадку. Задний двор, весь забрызганный кровищей, сладковатая вонь собачьего мяса по всему дому и Джоана, задавшаяся целью в тот вечер облевать все комнаты.

Вонь, и правда, стояла жуткая, несмотря на то, что варили на улице. Под угрозой выселения парни поклялись больше не прибегать к особенностям городской охоты и добывать пищу более очеловеченным способом, но у Джареда не было уверенности, что парни не промышляли этим где-то вдали от дома. Какими-то подозрительно сытыми они выглядели, когда приходили в свои комнаты. Джаред почувствовал, что его начало слегка подташнивать, и переключился на парня, который как-то уж слишком лихо запрокинул голову и начал глотать вискарь.Сколько ему? На вид лет пятнадцать, если это верно, то он на четыре года младше Джареда. Осень холодная, а мальчишка в легкой куртке, нос покраснел, но точно не от алкоголя, пальцы тонкие, ледяные, наверное, неловко держит бутылку, медленно делает глотки, а сам в это время настороженно осматривается, будто пытается читать каждого, сканирует жесты. Боится. Незаметно вроде, но перед Падалеки все равно палится, даже не замечая этого.

Разговоры становятся громче, веселее, Джоана уже перебралась на диван, прижимаясь горячим бедром к ноге Джареда, и ненавязчиво положила руку тому на коленку, делая вид, что она внимательно слушает историю о том, как Марк с Софией умудрились спиздить сумку из машины, прямо под носом у водителя. Падалеки только вздохнул.

- Сколько тебе? – голова слегка кружится, и почему-то вопрос о возрасте не дает покоя.- Двадцать.

- Зачем врешь?- А зачем спрашиваешь? – агрессии нет, но и дружелюбия не наблюдается. Нет, такой не прогнется. Даже почему-то досадно стало.

Уже другая бутылка, судя по зеленому цвету и надписи - Абсент, пошла по хрен знает какому кругу. Пили быстро – цель не по душам поговорить, а нажраться и забыться, хотя бы ненадолго, а такой кайф обламывается не часто.Даже Джаред позволил себе расслабиться, наблюдая за мальчишкой и больше не задавая вопросов. За него это делали другие. Народу тоже стало любопытно.Уже через пять минут Падалеки узнал, что зовут мальчишку Дженсен, родители у него – алкоголики, живет на улице уже два года, бухло спиздил через открытую форточку на складе. Джаред моментально впился взглядом в Дженсена, замечая узкие бедра и худые плечи. Да, скорее всего, действительно умудрился пролезть.Джоана перехватила взгляд Падалеки, направленный на Дженсена и злобно хмыкнула.- Джааа… – протянула она. - Ну посмотри на меня, что ли, хватит на эту малолетку пялиться. Не видишь что ли, ему сегодня и без тебя повезет на хуй сесть. Я даже подозреваю, на чей, - и пьяно засмеялась, не отрывая взгляда от Вернера, который подхватил шутку, громко заржав и обернувшись к Дженсену.?Вот же сука?, – Джаред даже ухмыльнулся. Джоана и по трезвости особо своих чувств не скрывала, а по пьяни – тем более, по-детски обижаясь каждый раз, когда Падалеки, как ей казалось, ?переходит на другую сторону?.

Проверка на вшивость началась. Джаред сделал глоток Абсента и чуть подался вперед, в ожидании ответа.- А может, тебе самой не терпится присесть, а? Или ты просто по работе так скучаешь? – Дженсен прищурился, глядя колючим взглядом девчонке прямо в глаза.- Мразь. - Джоанна икнула и полезла за сигаретами.

Джаред вздохнул. Что ж, могло бы быть и интереснее.