Глава 19. (1/2)
Keane – A Bad DreamCopeland – Chin UpThe Kooks – NaiveGood Charlotte – Like It's Her BirthdayGood Charlotte – Dance Floor AnthemGood Charlotte – Victims Of LoveГлава 19.Мы провели на крыше почти всю ночь. Пришлось бежать за теплыми пледами термосом с какао.
Детка была еще немного хмельной. Я положил под ее попу подушку, чтобы она не замерзла, и укутал самым толстым одеялом. Габи тихонько покачивалась из стороны в сторону и все улыбалась.Я налил ей горячего какао.- А вина нет? – наивно спросила она.Я засмеялся.
- Никакого вина больше. Мы и так бутылку выпили.- Жалко, - вздохнула Габи. – Но какао мне даже больше нравится. Оно сладкое. А вино горькое…- Но к нему быстро привыкаешь, - подмигнул ей я.
Я поднял глаза на звездное небо. Я до сих пор не мог прогнать из головы историю о звездах, которую мне рассказала малышка. Оказывается, мир совсем не то, что мы видим.
Все так странно… Запутанно и интересно. Я словно снова стал мальчишкой, которому было интересно все на свете. Я поежился под своим пледом.- Иди ко мне, - тихо сказала Габи, пялясь на небо.Я не сразу понял значение этой фразы.- Мне все равно холодно, - улыбнулась она. – А рядом с тобой всегда теплее.Я улыбнулся. И мне рядом с ней было теплее. Даже горячо.
Детка взяла меня под свое крыло из одеяла и крепко прижалась ко мне, охватив меня своими ручками за талию, а головой прижалась к груди. Я обнял ее. Почему-то это было не как обычно. Обычно наши объятья были похожи на объятья брата и сестры, маленькой дочки и отца, а теперь… это было романтично.Звездное небо над нами, ангельские улицы… Рядом со мной сидел ангел и ровно дышал, согревая меня своих дыханием.
- Что же я буду делать здесь без тебя? - грустно спросил я.- Может, Б. меня больше никогда не услышит…
- Не говори так.- Просто мне кажется, что отныне он будет глух к моим молитвам…- Как он Может оставить своего самого прекрасного Ангела? – усмехнулся я.Она тихо засмеялась.
- Когда я рядом с тобой, - зашептала она. – В моей груди что-то происходит…Теперь и в моей груди что-то зашевелилось. Я нервно сглотнул и весь превратился в слух.- Это так тепло и странно… но мне нравится. Если бы не ты, я не знаю, как бы я справилась со всем этим.- Ты бы не потеряла крылья, - вздохнул я. – Давно бы нашла Б. и отправилась бы с ним на Небеса. А тут я, который все испортил…- Не говори так, Кас! Ты самое… интересное, что было в моей жизни.Я хмыкнул.- А ты самое лучшее, что было в моей.
Она приподняла свою головку. Ее голубые глаза сверкали в темноте. Радио все еще хрипело какую-то песню. Наши лица были так близко. Нужно было всего лишь наклониться и прижаться к ее губам. Но я всего лишь улыбнулся.Она наградила меня своей самой очаровательной улыбкой. Габи уткнулась лбом в мою щеку и легко поцеловала в шею.
Мурашки. Она их чувствует. А я чувствую ее. Шея всегда была моим слабым местом. Марк часто ржал надо мной и пытался облизать ее. В колледже это очень странно выглядело. Если бы не зашкаливающая гиперсекусуальность и озабоченность Марка, нас бы считали голубыми. Он и до сих пор любит лизнуть мне. Фу, как гадко звучит!- Пошли-ка спать, милая, - ласково сказал я.- Мне нравится здесь…- Тебе все еще нужно отдыхать.Габи надула губки, но отлипла от меня. Это место сразу обдало холодом, словно от меня кусок оторвали.
В одну руку я взял одеяло и плед, а второй закинул Габи себе на плечо.- Ааа! – вскрикнула она от неожиданности. – Что ты делаешь?Она смеялась.- Катаю тебя на плече! Кас – конь!Мы засмеялись. Никакому Б. и не снилось, как она мне нужна.
***Утром я тихо встал, принял душ, оставил для Габи завтрак, чмокнул ее, пока она спит, взял сценарий подмышку и пошел в театр.Сегодня было как-то по-особенному холодно, даже пар изо рта шел. Ну, конечно. Конец ноября. Выпавший снег превратилсяв грязные лужи. Серый Лондон, что поделать!Я забежал в театр. Там меня уже ждал один из режиссеров с того приема. Тот самый Дак ВанХаллен.- Даже без опозданий, - довольно сказал он. – Обычно от актеров не дождешься, чтобы они пришли вовремя.- А я необычный актер. Особенный.Режиссер рассмеялся.- Вот теперь узнаю здоровый нарциссизм! Итак, мистер Коллинз? Я не ошибаюсь?- Нет, - мотнул головой я.- Я нашел для вас роль интересней, чем эти злосчастные три строчки! – радостно крикнул он. – Вам должно понравиться!Я вскинул одну бровь.
- И что это за роль?- Романтичная натура, - пожал плечами режиссер. – Очень интересный персонаж. В моей постановке он является третьим лишним в отношениях Жизель и Карлоса.
Я с еще более непонимающим взглядом посмотрел на него. Я никогда не представлял себя в роли героя – любовника! Лучше уж там руки, ноги всякие…- Но не переживайте, к началу второго акта его все равно убивают.- Это меняет дело! – да нихера не меняет…- Отлично! Тогда вот вам новый текст, вот ваша партнерша, давайте попробуем сцену и ворот аптекаря.Я быстро пробежался глазами по словам. Б., как он мог поставить меня на эту роль? Верните мне отрубленную голову!Из-за кулис вышла Жизель. Вроде ничего такая. Пышные формы, узкие джинсы, темная водолазка, пышные черные кудри.
- Привет, яМарта, - улыбнулась она мне.- Кас, - коротко сказал я и кивнул в ответ.- Начинаем! – завопил ВанХаллен.Я прокашлялся.
- О, Маркус, - с придыханием начала актриса. – Нам с тобой никогда вместе не быть… чертова судьба. Я не могу разорваться. Карлос много значит для меня, пойми это.Набрав в легкие побольше воздуха, я прочитал свою реплику:- Жизель, ты – все мои мысли и мечты.- Я знаю, милый мой. Тебе будет сложно здесь без меня…После этих слов я не слышал ничего. Я снова представлял перед собой мою милую Габи, которая останется здесь еще ненадолго. Надеюсь, что хотя бы до рождества. Мысли о ней разожгли во мне непонятное чувство. Снова. Казалось бы, ее здесь нет, некому тревожить меня своими прикосновениями и улыбками, но память играет со мной злую шутку.Я разобрал, что реплика Марты прекратилась. Выдержав паузу, я стал читать свою самую большую реплику в жизни.- Мне без тебя здесь все не мило. И день уже превращается в ночь, и солнце никогда снова не поднимется, - перед глазами стоял мой Ангел. – Не услышу твоего звонкого смеха. Не посмотрю в твои голубые глаза, не поцелую губы… Сколько моментов нам удалось пережить! И как это мало по сравнению с вечностью. Которую я хочу прожить с тобой… Но силы разделяют нас и мою любовь к тебе просто разрывает на части. И я прошу Б. Останься хотя бы еще на одну ночь со мной, чтобы послушать твое ровное дыхание…Я смотрел Марте в глаза. В уголках собрались слезы. Полная тишина во всем театре. Даже монтажник заворожено смотрел на меня.Послышались четкие хлопки за моей спиной. Это хлопал ВанХаллен.- Браво, Коллинз! – крикнул он. – Браво! Только у Жизель карие глаза, будьте внимательны. Вы что-то от себя добавили?- Да… - смутился я. – Последнюю строчку.- И какая же особа вас так вдохновила? – игриво улыбнулся режиссер.Я улыбнулся белокурой девчушки в своей голове.- Не важно, - улыбнулся я.- Вот и правильно. Не стоит выдавать свою музу, а то улетит!ВанХаллен засмеялся, и только я один понимал всю ироничность этой фразы. Улетит. И не вернется.***POV Габи.Я проснулась, но Каса не было рядом. Из-за этого мне тут же стало грустно. Схватив своего плюшевого Коллинза, нацепив тапки, я побежала на кухню, откуда раздавался этот чудесный запах его стряпни. Он приготовил мои любимые блинчики с сиропом. Пусть они и подгорели, но я знала, что он старался.
Я быстро проглотила их и пошла в душ. Головка маленько болела. Наверно, это из-за вчерашнего вина. Зато простуда уже совсем прошла!
Я достала из ящика вкусно пахнущее полотенце голубого цвета, свежее белье и халат Каса. Большой и полосатый.Забежав в душ, я быстро скинула с себя все, что на мне было. Только про шапку чуть было не забыла.
Теплые капли стали бить по моему телу. Помню, как первый раз Кас показывал мне, как нужно принимать душ. Он наотрез отказывался заходить и давал все инструкции через щелку. Я улыбнулась.С полки я взяла флакон с гелем для душа. Мой любимый. Пахнет лилиями… Я выдавила на ладошку и стала размазывать его по всему телу. Я взбила на теле пену и улыбнулась.
Маленькое радио, которое было и в ванной, пело какую-то красивую песню (Urge Overkill – Girl, You'll Be A Woman Soon). Я стала ей подпевать, не зная слов.
Я смотрела на свое отражение в зеркало и пристально изучала себя. Зачем ангелу такая большая грудь? Не понимаю…
Когда я касалась ее, мое тело покрывалось мурашками, словно от прикосновений Каса.
Вниз по животу… тоже приятные ощущения. Интересно, что бы сказал Кас, когда узнает, что делаю… Хотя я сама не понимала, что я делаю! Руки сами двигались по моему телу.
Пальцы скользнули в место между ножек. Там тоже всегда было приятно, когда Кас целовал меня в макушку и виски. От моих прикосновений я даже вздрогнула. Но эта дрожь была приятной настолько, что мне не захотелось останавливаться. Я раздвинула странные складки и легко нажала на какой-то бугорок.Теперь даже теплая вода не смогла согреть меня, чтобы избавить от мурашек. Левой рукой я оперлась на кабину и прижалась к запотевшему стеклу лбом.Я вспомнила про Каса, и удовольствие от моих прикосновений стало нарастать. С губ сорвался странный стон Я гладила себя там все быстрее и быстрее, блуждая пальчиками в разные стороны, пока мои ноги чуть не подкосились.Я даже закричала, но не от боли. Но когда пелена этих судорог спала, я испугалась.