Небольшое отступление от привычной жизни. (1/1)

Первым, что смутило Ямаду после пробуждения, были непривычно яркие персиковые стены и бьющий в глаза свет.Он непонимающе оглядел свою вроде бы обычную комнату, но всё продолжало быть таким светлым. Насколько сам парень помнил, в его спальне всегда была успокаивающая, мягкая атмосфера, хоть и слегка душная. Здесь же дышалось свободно, но этот чёртов свет... Чересчур кричащий.Вторым потрясением стала собственная мать. В первую очередь то, что она вообще ещё была дома. Родители очень редко бывали дома позже семи часов — сразу неслись на работу, не обмолвившись и словом с детьми. А во вторую очередь...Она готовила. С утра.— Доброе утро, Таро. — женщина улыбнулась так, как не улыбалась с самого его детства. — Надеюсь, ты хорошо поспал и полон сил, потому что мама приготовила твою любимую никудзягу!Никудзягу? С утра? И приготовила мама? А с каких это пор она вообще знает его предпочтения?— А для меня не найдётся кусочка? — Ямада почувствовал, как тяжёлые пустые руки отца опустились на его плечи. Мужчина чуть наклонился, улыбаясь ему. — Утро, сынку!Затем он скользнул вперёд, обнимая жену, чего не делал уже добрых пару лет. Они легонько посмеивались, вместе шерудя по в кои-то веки чистой плите.Что происходит?Ямада во все глаза пялился на них, не понимая, куда делись его родители. Кто эти счастливые люди? — Ты ещё спишь что ли, а, братец?Ханако ребячливо толкнула его в бок, после чего плюхнулась за стол. ?Наругают? — по привычке хотелось предупредить её, но потом он опять посмотрел на этих двух странных счастливцев. Эти точно не будут ругать.— Я, это... Пойду, в общем...Он пулей вылетел с кухни и с такой же скоростью принялся сумбурно натягивать вещи. Это не его родители. И Ханако тоже не его. Они все какие-то запредельно добрые и идеальные.Выскочив на улицу, Таро с удивлением осмотрелся вокруг. На улице февраль, это почему-то он сразу понял. Однако не тот мерзкий, слякотный месяц, а на удивление снежный и... Отчего-то совсем не холодный. Солнце светило ярко, но от него не исходило тепла. Кажется, где-то вдалеке мелькали цветы. В феврале.Что происходит?— Я! Ма! Да! Ку-ун!Его пронзил знакомый высокий девчачий голосок. Едва успев обернуться на звук, брюнет тут же угодил в объятия одной рыжеволосой девчонки.— Я сегодня особенно постаралась над твоим бенто. — не обращая внимания на шок друга, она вручила ему цветастую коробку. — Всё-таки, сегодня у тебя важный день.Осана?..Да, это определённо была она. Только по каким-то причинам добрее. Даже не накричала на него за то, что он вышел раньше неё. Снова не его подруга.— Да уж, Ямада-кун, я так счастлива за вас!Рядом с Наджими привычно примостилась Фумецу, что-то беспрерывно щебеча своим беззаботным тоном. Похожа, но опять не та.— А?.. За кого это... Нас?Поняв, что никто разъяснять ему ничего не собирается, Таро решил подать признаки жизни напрямую. Чем вызвал беззлобный смех девушек и хитрое хихиканье позади себя. Там стояла сестра.— Не обращайте внимание, братец сегодня явно не выспался. Что, замучили сны о нём?— Ханако! Какая грязная шутка! Девушки принялись переговариваться между собой, пока Ямада мог только растерянно хлопать глазами. Почему грязная? Почему не проснулся? И о ком этом загадочном ?нём? его должны были замучить сны?Ответом послужили накрывшие ему глаза холодные руки, которые парень узнал без колебаний.— Айши-кун!— Угадал.Когда он вновь увидел свет, с удивлением обнаружил, что был уже в классе, а позади него и впрямь стоял Янаги. И тот, казалось, уж точно был его.— Айши-кун! — снова повторил парень, радостно поворачиваясь к нему. — Чёрт возьми, что здесь происходит? Сегодня все такие странные! И... Осана и Райбару... Почему они?..— Потому что это то, чего ты хочешь? — просто пожал плечами Янаги. Таро заметил, что он переместил руки с его глаз на макушку, но ничего не сказал, позволяя продолжать себя гладить. Странно, но, наверно, в его духе.Он смотрел в лицо второклассника, стараясь понять, его ли тот или нет. Не особо помогло, хотя, стоило признать, у него просто умопомрачительные глаза.— Эй, голубки! — окликнул их Фрэд Джонс, заставив Ямада вернуться в изначальное положение. — Я, конечно, понимаю, что вас все всецело поддерживают, но будьте всё же поскромнее.— А?..Его снова оставили без ответа, положив на парту только какую-то бумажку. Кажется, то было освобождение от физкультуры.— В честь чего?Фрэд игриво повёл бровями.— В честь твоей непробиваемой наивности.— Да ладно тебе, они же такие милые. — ласково заступилась Энгейка Уэкия. Девушка посмотрела на него, чуть склонив голову. — Ямада-кун, ты сегодня придёшь в кружок или мне освободить тебя в честь этого чудесного дня??А я что, в кружке садоводства?..?Беспомощно обведя глазами класс, Ямада что-то нечленораздельно промычал. Янаги улыбнулся ему своей привычной очаровательной улыбкой и перевёл взгляд на Уэкию.— Сэмпай, мы были бы весьма признательны, если бы Вы отпустили Таро.— Оу, только послушайте это. — проворковала Роншаку Мусумэ. — ?Таро?, уже даже без суффиксов обращаетесь, не то что не по фамилии. Хотя, — она чуть ли не вплотную приблизилась к парню, заставляя того инстинктивно податься назад, к Айши. — ты всё ещё зовёшь его так. Айши-кун, не обижаешься?Девушка нахально посмотрела на второклассника, но тот, впрочем, и бровью не повёл. Только почему-то прижал Таро к себе.— Пока я могу слышать его голос, мне плевать, как он будет меня называть.Послышались театральные аплодисменты со стороны Ямазаки Цуруцзо.— Ах, юная любовь, молодые сердца и нежные чувства — всё отражено лишь в них двоих! Если это не любовь, чистая и невинная, какая может быть только раз в жизни, то мне и не жить!По классу прокатилось эхо беззлобных смешков и молчаливого одобрения. Даже Каменага украдкой улыбнулась ему. А потом неожиданно поднялся Цука Гейджу. И — вероятно, первый раз за год — заговорил.— В последнее время я был впечатлён вами. Как сказал Ямазаки-кун, ваша любовь действительно имеет для меня ту самую эстетику чистоты, так что я попытался запечатлеть её в карандашах. Краски вам не идут. Считайте это моим подарком в этот особенный день.Класс снова тихо одобрил эти слова, а Цубурая Шоку рассыпался в благодарностях перед Цукой, хваля за то, что тот наконец заговорил. Ямаде оставалось только опять недоумённо отрывисто осматривать класс, пытаясь выцепить хоть каплю смысла всего этого. Янаги спокойно принял рисунок, аккуратно вложенный во вручную расписанную рамку.— Мы можем только восхищаться Вашим талантом, сэмпай. — затем он осторожно обернулся к Таро, с какой-то небывалой нежностью взяв его за руку. — Пойдём на крышу, у меня для тебя подарок.— ?Поцелуи в небесах?... Звучит романтично! Буду писать песню — обязательно проконсультируюсь с вами. — подмигнула им вслед Шан Мюджи. Парень с какой-то невесомостью поднимался по лестнице, обескураженный этим странным поведением одноклассников. Волнующая догадка всё ближе подбиралась к его мыслям. ?Голубки?, ?такие милые?, ?юная любовь?... Смотря в спину лучшему другу, он как-то не особо осознавал, почему не отпускает его руку. Второклассник свободно распахнул двери и тут же резко обернулся. Не ожидавший того Таро покачнулся и едва не полетел вниз, но Айши тут же схватил его за форменный пиджак.— Прости, напугал. — чуть виновато улыбнулся Янаги, перехватывая его так, чтобы держать за талию. Он всё ещё нависал над лестницей, но с ним это казалось сущим пустяком. Почему-то, даже в таком положении, он чувствовал себя в безопасности.Парень с нотками сожаления поставил его на ноги, после чего осторожно перешёл назад, снова прикрывая глаза. Привычные холодные руки вернулись.— Иди вперёд, я поведу. Только не смотри, иначе весь подарок в тартарары.Старшеклассник покорно пошёл вперёд. Одна закоченелая рука по-прежнему не давала видеть. Другая же потянулась и сплела их пальцы. Ямада абсолютно не понимал, какая сила притяжения заставляет его подчиняться этим чудным порывам, но не чувствовал необходимости противиться им. Стало быть, они влюблены? Сладковатый запах фудзи приятно отогнал мысли. Ладонь медленно поднималась с его глаз, но он уже и без того понимал, что это нечто прекрасное. Нечто милое сердцу с давних пор.Снова водопады глицинии. Кто-то важный ассоциировался с ними. Впрочем, это не очень его заботило.— Айши-кун, руки ледяные.Очень хотелось, безумно хотелось всё осмотреть, потрогать каждый лепесток и вдохнуть аромат, приносящий с детства радость. Однако по неизвестной причине, он выбрал сначала растереть пальцы Янаги.— Это всё, что тебя волнует?— Знал бы ты, как я готов скакать от восторга! Но с сосудами совсем плохо. Чтоб завтра же сходил к врачу, на эти синие руки нельзя смотреть без слёз.— Значит, я для тебя важнее даже фудзи?Парень не знал, почему вообще не реагирует на такой вопрос. Обычно бы он уже во всю стыдился бы всего, что произошло за это утро и паниковал от невозможности понять ситуацию. Обычно бы он был дико смущён этой чёртовой нежностью... Обычного лучшего друга. Да, обычно бы, они были друзьями.— Я бы сказал, важнее любых цветов и людей всего мира. Даже если дражайшие фудзи с этим не согласны.Айши не смог сдержать чувства бесконечного умиления, поэтому... Поэтому...Украл его первый поцелуй.От неожиданности Таро свалился в кучу упавших лепестков, утягивая Янаги за собой. Тот целовал совсем неумело, а у него самого были потрескавшиеся губы с отчётливым привкусом крови. Тем не менее, Ямада, напрягая все свои абстрактные книжные знания о поцелуях, постарался следовать их указаниям. Хотя Айши не позволил подобного.Не отрываясь, он в очередной раз сплёл их пальцы, для удобства приподнимаясь над объектом своего бесконечного обожания. Не найдя ничего более подходящего, старшеклассник зарылся пальцами в его волосы.Наконец, это неопытная возня была прекращена. Было тяжело дышать и во рту оставался привкус чужого дыхания. Янаги выглядел до непотребного взбудораженным.— Айши-кун, — всё-таки прервал состояние переворота всех внутренних органов парень. — какой сегодня день?Айши не стал обижаться или даже разочаровываться.— День, когда мы так нелепо упали в снег в грязный, промозглый февраль.Он отпустил его руку лишь для того, чтобы лечь рядом, а потом опять вцепиться в неё.— Айши-кун.Ему бы хотелось выдержать паузу, но бившаяся на задних стенках тревога была сильнее. К тому же, немного странным казалось то, что они только что сделали. Совсем немного, если честно.— Ты в меня влюблён?Второклассник не посмотрел на него.— А ты разве нет?Таро наблюдал, как очередной цветок распадается на лепестки, и их неким неизвестным ветром несёт к его лицу. Один и впрямь упал на лоб, остальные рассыпались по форменному пиджаку. Скептично подняв сиреневый лоскуток, он повернулся лицом к Янаги.— Почему ты любишь кого-то вроде меня?— Потому что ты — весь мой мир.У него закрыты глаза, но пальцы он сжимает ещё крепче.— Сгущаешь краски?— Говорю чистейшую правду.Он вспомнил, что не так.Мама никогда не готовила завтрак и не называла его по имени. Папа никогда не касался его и не здоровался. Сестра никогда не шла на кухню в этой дурацкой пижаме. Осана никогда не давала ему встретить утро без дозы криков. Райбару никогда не судила кого-то даже за самые похабные шутки.А Янаги никогда не был в него влюблён.— Даже если мне нравится этот мир, он ведь совершенно не реален.Ямада встаёт и снова тянет за собой Айши, однако не отпускает руки. Тот, как выглядит, совершенно не удивлён таким заключением, хотя слегка опечален.— Я понимаю. Тогда позволь мне ещё раз тебя...Вместо ответа Таро сам подступил к нему и, обняв за шею, прикоснулся к губам. Именно прикоснулся, он понятия не имел, как целоваться.— Я буду ждать тебя, Ямада Таро.***— Кого ждать?Звонкий голосок Ханако разбудил его. Парень снова удивлённо присел на кровати, изучая комнату. Мягкие персиковые стены. Мягкий свет. Мягкое большое окно с белой рамой. Да, он определённо дома. А Ханако не была в том придурковатом костюме. А Осана не была жива. Как и Райбару.— Таро, ты чего? Тебе приснился кошмар?Он тупо уставился на неё, после чего порывисто обнял. Вроде, живая.— Да нет, не кошмар. Просто о том, что...Наконец, до него дошёл смысл этого странного сна. И едва осознав его, Ямада окончательно продрал глаза и зарделся ярче мака.— Ханако-о, мне сейчас так стыдно!Он спрятал пылающее лицо в ладонях, к сожалению для себя вспоминая яркие стыдные картинки. Чёрт возьми! Ему! Приснилось! Как они были в отношениях! Как над ними подтрунивал весь класс! Как они целовались с Янаги! С Янаги...С его лучшим другом. Как теперь, как смотреть ему в глаза?Наблюдавшая за его неясными метаниями сестра только подлила масла в огонь.— Эй, может, напишешь Айши-куну? Он всегда умеет тебя успокоить.Успокоить? На ум пришли сцены, когда второклассник гладил его по волосам, обнимал за талию, касался холодными руками...— Нет! Только не Янаги!Казалось, невозможно было ещё больше покраснеть, но у Ямады это прекрасно получалось. Ханако, наверно, догадалась о причине того.— Эй... Только не говори, что тебе снилось, как Янаги-— Нет! Нет, нет, нет!В панике спрыгнув с кровати, он опрометью понёсся в ванную. Судорожно умывая лицо, он не мог забыть, как его трогали ледяные ладони Айши. Жар к щекам, напротив, приливал сильнее. Парень застонал куда-то в никуда. А ведь сегодня им ещё видеться вживую.Не желая объясняться перед сестрой, он принялся сумбурно натягивать вещи, после чего пулей выскочил из дома, даже не позавтракав.Впрочем, барабаня в уже наполовину заполненном классе по парте, Ямада сильно об этом пожалел. Хотелось теперь и спать, и желудок выворачивался во всех известных позах, и голова горела.Сегодня Айши снова пришёл с яблоками. — Сэмпай!Привычно отдав фрукты, Янаги уже было собирался улыбнуться и начать очередной скучный разговор. Однако до кончиков ушей его обожаемый сэмпай был красный, как это самое яблоко.Второклассник с изумлением коснулся его лба тыльной стороной ладони и в ужасе отпрянул.— Да у Вас жар!Это реплика привлекла внимание одноклассников, поэтому Ямада очень боялся, что сейчас всё повторится. Однако Фрэд Джонс только заметил его нездоровый румянец и предложил пойти к медсестре.Кивнув, Айши неосознанно схватил его за руку и быстрым шагом направился к медсестре. Эти чёртовв кадры, эта чёртова рука... Холодная.— Подожди! Таро наконец приходит в чувства и не может не заметить, что только что у него был порыв растереть пальцы Янаги и посоветовать пойти к врачу. — Всё хорошо, правда. Мне не нужна медсестра. Умыться бы только.Ему всё ещё дико стыдно, особенно, когда парень придвигается к нему ближе и заглядывает в глаза с беспокойством.— Точно?— Да... И, пожалуйста, отпусти мою руку.Айши смущённо выполняет просьбу, а Ямада умывается у первой попавшейся раковины. И всё-таки решает кое-что сказать.— Айши-кун, руки ледяные; с сосудами совсем плохо. Чтоб завтра же сходил к врачу, на эти синие пальцы нельзя смотреть без слёз.