ЗОТИ. (2/2)

- Ты - это ты, - убеждённо заявила подруга. - Ты рождён быть неудачливым ботаником...

- Ну спасибо! - вспыхнул я.

- ...а вот Малфои, - как ни в чём не бывало продолжала девушка, - всасывают любовь к чёрной магии с молоком матери. И Скорпиус - я уверенна - не исключение!Я устало глянул на убеждённую подругу. Спорить с метаморфом на такую тему - занятие бессмысленное.

- Ты ещё убедишься в обратном, Сел.

Селена закатила глаза.

- Продажная ты душонка. Тебя подкупили за какие-то двадцать очков...

***

Осень постепенно вступала в свои права, постоянные дожди нещадно заливали ухоженные хогвартские лужайки, сквозняк по-хозяйски исследовал коридоры замка и только непрерывная топка каминов спасала учеников от простуды. Тяжёлые грозовые тучи близко-близко подобралось к земле и казалось, что стоит только забраться на астрономическую башню, что бы погладить их свинцовое брюхо.

Учителя не дали нам времени размяться и с первых же занятий принялись заваливать работой, при этом неустанно напоминая, какой сейчас важный для нас год. Видимо, профессора искренне считали, что задавая горы домашней работы, они выражают нам свою любовь и заботу.

- Я когда-нибудь свихнусь с этими волшебными существами... - простонала подруга, уткнувшись лицом в свиток, - ну скажи, Майлз, откуда я могу знать, сколько раз в жизни сорвиголова меняет голову?

Мы сидели в библиотеке за единственным свободным столом. Точнее, за столом сидел я, девушка же нагло взгромоздила свою пятую точку на него.- Двадцать восемь - двадцать шесть самцы и девятнадцать самки, - ответил я, не отрываясь от учебника "Трансфигурация. Том шесть: как сделать из мухи слона!", - нам об этом говорили на прошлом уроке.

Селена наградила меня характерным, ботаникообличающим взглядом.

- А когда у них начинается брачный период?

- В середине апреля.

- А сколько самки вынашивают яйца? - Девушка воодушевлённо водила пером по пергаменту.

- Десять месяцев, - я потихоньку начинал звереть.

- А скол...

- Сел! - я хмуро взглянул на подругу, - Можешь хоть раз пошевелишь своими немногочисленными извилинами?

Девушка надула губы и на высокой ноте выдала свою любимую фразу:

- Жесткосердечный сухарь! - в её звонком голосе слышался плач, но в глазах плясали озорные чёртики, - Девушка ПЕРВЫЙ раз попросила тебя о помощи, а ты ведёшь себя...- Первый?!

-... как необразованный горный тролль! Вспомни, сколько раз я выручала тебя...

- Представляешь! - я всплеснул руками, - Не могу! Наверное, потому что этого ни разу не было.

- Или потому что кое-кто неблагодарный книжный червь!

Наше шутливое препирательство прервало деликатное покашливание. Я мгновенно замолк и повернул голову на источник звука, внутренне содрогаясь: если это мадам Уран, нас больше в жизни не пустят в библиотеку.

- Не хочу прерывать вашу милую беседу...

Ложная тревога. Это всего лишь Шэймунд с Кормаком каким-то образом забрались в библиотеку, где доселе отродясь не бывали.

- Так с чего ж прерываешь? - в тон ему сказала Селена. Иногда я её просто обожаю!

Шэймунд смерил её уничтожающим взглядом и, обращаясь ко мне, произнёс:- Завтра обещают отличную погоду. Может, тогда проведёшь отбор в команду? - Шэймунд сказал это таким тоном, словно, иного ответа, кроме как "да" нет и быть не может.

- Отличную погоду? - прошипела девушка, - Ты хоть на улицу выглядывал? Тучи уже неделю не уходят, наверняка завтра опять грянет гроза!

Однокурсник хотел ответить что-то резкое, но я успел этому помешать:

- Ладно. Хорошо. Если завтра дела будут обстоять лучше, то соберемся в двенадцать.

Шеймунд слегка улыбнулся и удалился. Когда могучие спины райвенклоцев исчезли из виду, Селена зло прошипела:

- Будь добр, если представится случай, скинь этого урода с метлы. Так, чисто случайно.