Часть 1 (1/1)
Юный граф спит, и я могу заняться тем, что волнует меня сейчас сильнее всего.Душа более кристальная, возвышенная и страдающая, чем сжигаемая жестокой жаждой мести душа моего теперешнего господина! Такая сладкая и такая недоступная! Душа без желаний…Легко перескакивая с крыши на крышу, я направлялся к дому Гробовщика. Именно его душа так занимала меня сейчас. Демоны давно потеряли интерес к этому странному шинигами. С ним не возможно было заключить контракт — он ни к чему не стремился, ни о чем не мечтал. Даже о покое, несмотря на столь древний возраст. Любил одиночество, но и посетители не доставляли ему неудобств. А шуток требовал от скуки… И, вдруг, что я слышу? ?Я хочу высокой любви!? Гробовщик, это не смешно! За любовь платят душой! Или ты готов платить?Я спустился с крыши на мостовую недалеко от конторы седовласого шинигами, а в голове у меня все еще повторялись его слова: ?Мое настоящее желание – Любовь. Хочу сладко страдать, сгорая в огне любви!?. Тогда, при Сиеле, я перевел все в шутку. Но мне было не до смеха в тот миг, когда меня словно огнем опалил взгляд твоих кристальных глаз из-под серебристых волос. Ты лежал у моих ног, протягивая ко мне тонкую руку, покорный и такой зовущий одновременно. Ты так легко подчинился моим пальцам, скользящим по твоему лицу. Ты хочешь любви Гробовщик? Или ты хочешь МОЕЙ любви? Почему мне тогда показалось, что именно это ты имел в виду? И почему меня это так волнует? Неужели в этом холодном и костлявом, словно мумия, теле прячется пламя, способное сокрушить вечный холод демонического разума?Я подошел к двери похоронной конторы, уже ясно осознавая, что не только возможность получить душу Гробовщика привела меня сюда. Я хотел его самого…Толкаю никогда не запирающуюся дверь и решительно вхожу. Несмотря на поздний час, Гробовщик не спит – перебирает какой-то хлам в углу. В скудном свете свечного огарка, прилепленного прямо к полке над его головой, густые тени на стене кажутся живыми. И Гробовщик сейчас похож на огромного жутковатого паука, плетущего свою смертельную сеть. Что, шинигами, призываешь смерть? Демоны любят ее! Они обожают смотреть на изощренную, жестоко прекрасную смерть. Возможно, я подарю тебе такую... Возможно. Я еще не решил.— Ну, что же Вы, Себастиан, застыли у порога? – насмешливо спросил Гробовщик, выбираясь из своего угла и ловко лавируя между гробами.— Жду, когда Вы изволите обратить на меня внимание, — я вежлив и холоден, как всегда. Но долго играть роль дворецкого этой ночью не в моих планах.Кажется, и Гробовщик не намерен прикидываться клоуном. Он опирается спиной о боковину гроба, поставленного на пирамиду из двух других, и, продолжая дурашливо улыбаться, проводит языком по бледным губам. Что? Так сразу и откровенно? У шинигами принято переходить к делу без разговоров? Ну что ж, демоны, тем паче, время на слова не тратят!Я упираюсь руками в его плечи, еще сильнее прижимая к гробу, и припадаю к его рту в страстном поцелуе… Но, что… Лишь легкое касание губ, и Гробовщик исчезает из моих рук…Не сразу осознаю, что случилось… Со страшным грохотом пирамида из гробов разваливается и хозяин конторы, лишившись опоры падает спиной на самый нижний, оставшийся на полу, гроб. Я, потеряв равновесие, заваливаюсь на него, и теперь наши губы, наконец, встречаются. Жадно впиваюсь поцелуем в его рот. Но не чувствую ответа. Гробовщик без сознания. Наверное, ударился головой, когда падал.Впрочем, это не важно. Стаскиваю его на пол и снова целую, срывая с плеч серый балахон и рубашку. Старая ткань легко поддается усилиям, открывая моему взгляду снежно белую теплую кожу на худых плечах.Набрасываюсь с поцелуями на его шею, ключицы, грудь… Это тело так послушно моей воле, так доверчиво. Нетерпеливо устремляюсь дальше, мои губы и руки спускаются все ниже, скользя по груди, впалому животу и бедрам, все еще скрытым тканью брюк. Путаюсь в поясе, который служит вместо ремня…Внезапно, Гробовщик застонал, приходя в себя. Поднимаюсь обратно и целую в губы, обхватив его голову руками. Мои пальцы чувствуют горячее и липкое – седые волосы моего любовника пропитались кровью. Наслаждаясь ее дурманящим запахом, облизываю пальцы на руке, и снова целую его. Теперь у его губ сладко-соленый, пьянящий вкус крови. Мне это нравится.Гробовщик приходит в себя, с трудом открывая глаза, усмехается, глядя на меня, и, запустив тонкие пальцы в мои волосы, притягивает мою голову к себе, заставляя продолжить поцелуй. Ты откровенен и безрассуден, и мне это тоже нравится.Я жаден и немного тороплив. Возможно, слишком тороплив. Но твои сверкающие, чуть пьяные от возбуждения глаза, не дают мне замедлить темп. Пол под тобой весь в крови, ею пропитались твои волосы, а тело и лицо изукрашены прихотливыми алыми узорами, оставленными ласкающими тебя моими руками.
Ты подобрал где-то на полу сапожный нож и легко разрезал запутавшийся пояс. Теперь ткань брюк без помех соскользнула с твоих худых бедер. Издаю почти демонический рык. От возбуждения мне все трудней оставаться в человеческом теле. Но ты не хочешь отступать. Теряя последние капли рассудка, врываюсь в тебя…
С алыми от крови волосами и таинственной полуулыбкой на искаженных сладострастием губах ты сейчас странно похож на Грелля…Я провел рукой по лицу, окончательно просыпаясь. Взгляд уперся в потолок моей комнаты в поместье Фантомхайв. Да, оказывается, мне тоже могут сниться сны…