Гость (1/1)

Библиотека замка Шамбор ничуть не уступала великолепной луврской библиотеке, и сейчас Екатерине довелось убедиться в этом снова. Она стояла на лестнице, весьма неуверенно прислоненной к одному из высоченных, казалось, уходящих прямо в потолок стеллажей с книгами. Ее почему-то увлекла история взятия Иерусалима и непосредственно самого Готфрида Бульонского. Она была совершенно поглощена чтением, когда на пороге библиотеки внезапно появился капитан ее охраны. - Ваше Величество... мадам, - произнес он, по-видимому, слишком резко и неожиданно.- Матерь Божья, Нансе! - Екатерина неловко пошатнулась на лестнице. - Неужто вы позабыли, как стучаться?- Простите, Ваше Величество, - торопливо извинился герцог, поспешив от греха подальше придержать снизу весьма хлипкую конструкцию, на которой находилась королева-мать. - Но вы велели оповестить вас незамедлительно, когда молодой человек явится снова. - Ах вот оно что, - Екатерина аккуратно поставила увесистый кожаный фолиант обратно на полку, с трудом понимая, как она оказалась в трех метрах от пола. - Пришел, значит, - пробормотала она, осторожно спускаясь вниз. - Отчего же не привели ко мне? - коротко поинтересовалась она, оперевшись ладонью о плечо дворянина, спрыгивая с третьей ступеньки сразу. Ей хотелось как можно скорее ощутить под ногами твердь. - Так не идет, Ваше Величество, - Нансе покачал головой. - А вы не велели ребятам распускать руки. А он передал, что с нетерпением ожидает вас в парке, дескать, там вам будет спокойнее говорить, - герцог недовольно скривился. Отвечать за безопасность королевы-матери порой бывало делом не из легких. - Что этот мальчишка себе позволяет, - фыркнула себе под нос Екатерина.- Слишком многое, мадам, - согласился Нансе. - И я вам не советую встречаться с ним наедине. - Позвольте мне сопровождать вас.- Не нужно, - королева-мать махнула рукой, быстро проходя вперед. - Ваше Величество! Что я скажу королю, если с вами что-нибудь случится? - Нансе также быстрым шагом вышел вслед за ней. - Прольете скупую мужскую слезу, а после вместе возложите тюльпаны в усыпальнице Сен-Дени, - походя отмахнулась Екатерина. Она понимала беспокойство герцога, но спугнуть мальчишку было никак нельзя. Кроме того, на руках у нее было непреложное доказательство того, что он был тем, за кого себя выдавал. Младший сын Клотильды Сальвиати написал своей тетушке совершенно правильно составленное письмо, где слал ей свое великое почтение и любезно интересовался ее здоровьем, однако Екатерине не составило большого труда определить зашифрованное "помогите мне", а также прочесть о месте встречи и о том, что у молодого человека есть, что поведать королеве-матери в обмен на ее протекцию. Оттиск же фамильной печати ясно говорил ей, что перед собой она увидит опального герцога Тосканского. - Гортензии, - с полуулыбкой тихо проговорил герцог де Нансе. Однако сделал это так, чтобы королева-мать услышала. - Я знаю, какие цветы любит Ваше Величество, - добавил он, когда она внезапно остановилась и повернулась к нему. - Послушайте, Нансе, - мягко начала Екатерина, прекрасно понимая, что стоит за этим невинным флиртом. Он намерен пойти с ней, даже против ее воли. И это было его святой обязанностью. Начальник охраны на то и был начальником охраны, чтобы отвечать за королеву-мать не только перед ее сыном, но и перед своей собственной совестью. - Этот молодой человек мой племянник. И у меня есть все основания, чтобы быть в этом совершенно уверенной, - она бросила короткий взгляд на дворянина. Его оказалось достаточно, чтобы понять, что ее аргументы не произвели должного впечатления. - Однако я в состоянии оценить ваше беспокойство, - вновь продолжила она, сопровождая свои слова глубоким понимающим кивком. - И вовсе не желаю, чтобы однажды вы лишились из-за меня головы. Поэтому будете следовать за мной отдаленно. Делайте это, как хотите, хоть по воздуху перемещайтесь. Но если вы спугнете мне мальчишку, я сама лично задушу вас, ибо не представляю, что за вести он мне привез. Но, зная моих родственничков со стороны милой Италии, вести эти лучше не оставлять без внимания. Спустя четверть часа Екатерина вышла на главную аллею. Сегодня шел снег. Мягкий и ласковый, словно прикосновение ребенка. Он быстро таял, касаясь вечных траурных перчаток королевы-матери. Не прошло и недели с ее приезда, а заморозки уже отпустили эти земли. По утрам Екатерина слышала звон капели и счастливо улыбалась этому. В Париж она вернется уже весной. Ее свадьба назначена на двадцать седьмое марта. Она не заметила, как подошла к положенному месту. Перед ней был еще замерзший мраморный фонтан. Когда-то давно она гуляла здесь под руку с прекрасной Франсуазой де Шатобриан, тогда еще любимой фавориткой своего свекра. - Этим парком можно любоваться вечно, моя госпожа. Если он так прекрасен зимой... очень жаль, что судьба не привела меня сюда в летнюю пору, - раздался за ее спиной певучий, высоковатый для взрослого мужчины голос. Родной итальянский нежно ласкал слух королевы-матери. Чистый, словно родниковая вода. Совсем не такой, как у тех, кто жил в Париже, совсем не такой, как у ее собственных детей, которых с малолетства учили языку матери, как второму родному. Надо признать, что всем им удалось вполне прилично овладеть им, особенно Маргарите Валуа. Разговаривая с дочерью, Екатерина испытывала нечто отдаленно похожее на гордость. Однако это было совсем не то. Ее дети были рождены во Франции и от француза, другой язык был им официально родным. Они даже никогда не были в краю, где когда-то появилась на свет их мать. Екатерина повернулась и с удовлетворенной улыбкой взглянула на своего гостя. Молодой человек грациозным движением снял с головы черный шелковый капюшон. Сегодня его одежды вряд ли можно было назвать бедными. Он низко поклонился ей, от чего густые иссиня-черные волосы рассыпались по его плечам. Высокий и стройный, словно молоденькая девица, с тонкими, немного лисьими чертами лица, он был как две капли воды похож на свою покойную мать. - Государыня, какое же счастье лицезреть вас вновь, - он ответил ей точно такой же, совершенно женской улыбкой. - Стало быть, Альфонсо, - Екатерина протянула ему обе руки, не сводя с юноши любопытного взгляда. Он со всей галантностью приложился к обеим, а потом совершенно неожиданно вплыл в ее объятия. Королеве-матери ничего не осталось, как ответить тем же. Она уже и забыла, как сильно отличались правила этикета ее прежней родины от ее нынешней. - Когда мы виделись в последний раз, тебе ведь было лет шесть отроду? - поинтересовалась Екатерина, когда племянник соизволил отпустить ее, посчитав наконец, что родственный долг исполнен, как полагается. - Восемь, - сходу поправил ее герцог Тосканский. - Но я вас запомнил, госпожа, - с мечтательной иронией протянул он. - Изумрудное платье, волосы, словно огненное пламя... и кружева. Я сперва подумал, что вы утопаете в цветах жасмина. Мадонна не спустилась бы ко мне столь прекрасной, - его черные глаза вспыхнули совершенно неподдельным восхищением. Он снова поклонился Екатерине. - Значит, денег попросишь много, - та рассмеялась в ответ, уверенно похлопав его по плечу. - Но за комплименты спасибо, - с улыбкой проговорила она, жестом предлагая ему пройтись. - Итак, рассказывай. Почему инкогнито, почему не в Париже? - уже серьезно начала она, когда они медленно двинулись в сторону кедровой аллеи. Екатерина знала, что этот воздух был полезен для ее не очень здоровых легких. - Я бы приняла тебя, как подобает, - продолжала она, беря его под руку. Мощеные мрамором дорожки становились все более скользкими от таявшего на глазах мокрого снега. - Сказать по правде, твое письмо весьма озадачило меня. В столь юном возрасте ты уже бежишь из родных мест. Что с тобой приключилось, сынок? - она приостановилась и заглянула ему прямо в глаза. - Не знаю, с чего и начать-то, тетушка, - с задумчивым вздохом ответил молодой человек. - С самого начала, - ободряюще кивнула ему королева-мать. - После смерти своей горячо любимой супруги, я пустился во все тяжкие, госпожа моя, - чистосердечно начал ее племянник. - Что, сами понимаете, не сильно понравилось моей старшей сестрице, - он презрительно хмыкнул. - Франческа решила наследовать в обход твоих прав, до нас дошли сии известия, - Екатерина кивнула. - Что ж, с головорезами ее мужа, она могла себе это позволить. И если ты хочешь, чтобы я помогла решить тебе именно эту проблему, то сейчас это будет очень непросто, Альфонсо, - без обиняков заявила королева-мать. - Возможно, потом мы подумаем, что можно сделать. - Нет, мадам, я приехал к вам не за этим, - герцог отрицательно покачал головой. - Свое законное место я заберу тогда, когда придет нужное время, - сухо произнес он. Ничуть не сомневаясь в сказанном. Екатерина едва заметно пожала его руку. Это были хорошие слова. - Мои несчастья начались, как я уже и поведал, со смерти жены, Ваше Величество, - юноша непритворно тяжело выдохнул. - Валентина была сущим ангелом. Поэтому Господь не дал нам долгих лет. Я был недостоин ее... Осознав свою истинную натуру, я долго боролся с ней, но безуспешно. Дьявол всегда оказывается сильнее нас, не так ли, госпожа? - мрачно поинтересовался он, глядя совершенно опустевшим взглядом прямо перед собой. - Что ты подразумеваешь, говоря о своей натуре? - Екатерина ответила вопросом на вопрос, будучи абсолютно уверенной в том, что ее племянник страдал от того же самого недуга, что и ее любимый сын. Ей достаточно было взгляда, чтобы понять это очевидное сходство. Разница заключалась лишь в том, что герцог Тосканский уже сейчас ощутил губительность этого пристрастия. В то время как сын ее все еще находился в сладком плену своих иллюзий. Несмотря на более солидный возраст. - Я, как и многие, оказался не чужд содомскому греху, - герцог обреченно подтвердил ее опасения. - И я даже раскаяться в этом толком не могу. Королева-мать сочувственно вздохнула. - Не торопитесь посвящать лучшие годы чувству вины, - мягко произнесла она. - Это вы всегда успеете, уж поверьте мне. Скажите-ка лучше, что заставило вас бежать во Францию? Неужто ваш зять решил убить вас за содомский грех? - Нет, госпожа, - Альфонсо горько усмехнулся. - Так решил архиепископ Вайолла. Чей любовник слишком долго и горячо утешал меня почти три года, - он едва успел подхватить спутницу, которая внезапно поехала одной ногой вперед. - И во всей Флоренции тебе не нашлось с кем более посоперничать? - Екатерина досадливо прищелкнула языком. - Даже если я спрячу тебя под свою юбку, он найдет тебя там. - Вот поэтому я и уехал из Парижа сразу же, как только прибыл, - иронично закивав в ответ, констатировал молодой человек. - Что значит уехал? - королева-мать вопросительно подняла бровь. - А вот ради этого я и попросил с вами личной встречи. И именно здесь, ибо под сенью этих могучих и старинных древ, есть только мы с вами... Да господин де Нансе, - он с обворожительной усмешкой кивнул в сторону заснеженных деревьев, - но он мне не мешает, госпожа. Раз уж Вашему Величеству так спокойнее. Я все понимаю. - Говорите, Альфонсо, - Екатерина пристально посмотрела в его черные глаза. Непроницаемые, словно глухая ночь. Точно такие же, как у нее самой. - Говорите все.