Хризантемы на ветру (КюТория, мельком КюСо) (1/1)
И вновь историческое АУ. Много китайщины. Я предупреждала._______Наложнице третьего ранга Сон быстро наскучило общество женщин из дворца. Они обступали её со всех сторон, словно стайка пёстрых птичек, они просили её снова и снова рассказать о её жизни в Силле, о её супруге - генерале Чо Кюхёне, ныне командующем войсками Силлы, да о тамошнем королевском дворе. Они жадно перебивали её, когда наложница Сон рассказывала о своём супруге, не скрывая в голосе ни нежности, ни благодарности.- Но, позвольте, наложница Сон, вы же родом из Тан? - то и дело переспрашивали они певучими голосами и, когда она отвечала им утвердительным кивком, всплескивали руками - широкие вышитые рукава их одежд взметались ввысь, словно крылья прекрасных певчих птиц. - Ах, неудивительно, что вы так бледны, вы словно сорванный цветок, что бросили на скалах увядать...Наложница Сон, признаться, не чувствовала себя ни сорванным цветком, ни, тем более, брошенной, хотя по родным краям она, конечно же, скучала. Генерал Чо обращался с нею очень хорошо - а мог бы и не церемониться, ведь она военнопленная и происхождения низкого, а значит, всецело его раба. И всё же он пожаловал ей титул наложницы третьего ранга и даже, видя, как она тоскует по дому, взял её с собою в Китай, куда король Силлы направил его с дипломатической миссией. Он взял её, а мог бы выбрать и Чжухён, первую супругу Со - ту, кого для него выбрало само Небо, и только Небу известно, отчего же сейчас выбор всё же пал на неё, наложницу Сон.Её запястья даже после брака оставались белыми и чистыми, словно руки маленькой девочки, и наложница Сон, откровенно говоря, даже не знала, какое желание в ней преобладало: узнать свою судьбу или оставить всё, как есть.Еле отделавшись от назойливых придворных дам, она медленно прогуливалась по императорским садам, и хризантемы - любимые цветы Императрицы - встречали её приветственными поклонами. Она с улыбкой склонилась к особенно прекрасному цветку, тихо напевая незатейливый мотив, которому матушка обучила её ещё в детстве.- У вас хороший вкус, вы безошибочно отыскали лучший цветок в садах Чанъаня, - вдруг раздался над нею властный голос. Она подняла глаза - и тут же опустила. Перед нею была сама Императрица, а в двух шагах позади стоял, почтительно склонив голову, генерал Чо. Свита же и вовсе застыла на приличном расстоянии - видимо, им приказали не приближаться. Наложница Сон бросилась наземь, произнося традиционную формулу приветствия:- Десяти тысяч лет Сыну Неба!- Встань и назови себя, - повелела Императрица.- Наложница третьего ранга Сон, урождённая Цянь, - ответила та, почтительно отводя глаза и стараясь нашарить взгляд своего супруга за спиной Сына Неба. Но лицо генерала оставалось непроницаемым, только по поджатым губам было видно, как он устал и раздражён.- Так ты, значит, родом из империи Тан? - вновь спросила Императрица, но - наложница Сон готова была поклясться - эта властная женщина уже знала всё о её короткой жизни.- Да, Ваше Величество.- И ты сейчас принадлежишь роду Чо из царства Силла?- Да, Ваше Величество.- Может, хоть ты сумеешь разрешить наш спор с генералом Чо? - Императрица отошла в сторону и жестом подозвала командующего войсками Силлы. - Мы никак не можем прийти к согласию.Наложница Сон не на шутку перепугалась, и, чтоб не показать испуг, опустила взгляд на хризантемы, стараясь не дрожать в голосе:- Я с радостью помогу Сыну Неба, однако прошу учесть, в делах государственных я смыслю мало.- О, это не страшно, мы сейчас всё объясним, - усмехнулась Императрица. Генерал Чо наконец взглянул на свою наложницу, и взгляд его был темнее грозовых туч. - Видите ли, генерал предлагает мне заключить мир, но при этом требует, чтобы граница между Силлой и Тан проходила за хребтом Чанбайшань в пользу Силлы. Однако испокон веков территория Чанбайшань принадлежала Поднебесной и Великая Тан, разумеется, не хочет отдавать свои земли. Вы сможете рассудить нас, наложница Сон?И, хотя день был тёплым, Цянь бросило в холод. Теперь ей стала понятна угрюмость её супруга. Императрица задала ей коварный вопрос, который при любом раскладе будет стоить ей, скромной безродной наложнице, жизни. Ведь, реши она в пользу Силлы - её назовут предательницей Тан, а рассуди она в пользу Тан - и это расценят как предательство Силлы.- Бамбук клонится за ветром, а жена - за мужем, - наконец, заговорила она тихо, но уверенно. Хризантемы мягко кивали ей своими пышными головками, и ветер обрывал с них лепестки, похожие на слёзы. Генерал Чо коротко, разочарованно выдохнул. Когда Цянь подняла взгляд на Императрицу, та недовольно вздёрнула бровь, но подгонять не стала.- Однако, как бы ни был силён ветер, пока бамбук помнит о своих корнях - он выживет. Ваше Величество, - Цянь позволила себе вопиющую наглость: она взглянула прямо в глаза Сыну Неба - умные и проницательные глаза обыкновенной земной женщины, - я далека от дел государств и не имею права вмешиваться в судьбы, предназначенные для них Небом. Великая Тан - моя родина, Силла - мой нынешний дом, и мир между ними - всё, что я могу желать, - краем глаза наложница Сон заметила, как разгладилась хмурая морщинка на лбу её супруга; он улыбался.Императрица посмотрела на Цянь долгим испытующим взглядом, а затем повернулась к генералу Чо.- Мне следовало бы вас наказать, генерал. Вы украли из садов Поднебесной один из прекраснейших цветков. Теперь я вижу: было бы расточительством не вернуть этот цветок нашей империи. Ступайте оба; вечером мы с вами вновь обсудим этот вопрос, генерал.И уже склонившись в поклоне вслед уходящему Сыну Неба, наложница Сон вдруг почувствовала в запястье лёгкое жжение. Она осторожно приподняла рукав...- Что там у тебя? - генерал Чо подошёл ближе, и на миг его удивлённый взгляд застыл на её руках. Затем он с улыбкой отогнул рукав своих одежд, показывая Цянь её же имя:- Что ж, не одному мне менять свою судьбу.