Глава 6. Друг и убийца (1/1)

Новая глава с пылу с жару)) Переписывала ее раз десять и в результате получилось это... мне самой это смутно напоминает сценки из моих любимых ужастиков, где полно крови и мало смысла... В общем оцениваете... может мне уже пора заканчивать с мучениями над этим фиком?)— Босс, почему этот парень сидит с нами? – Гокудера понял, что за день его отсутствия рядом с Тсуной, слишком многое изменилось, в тот момент, когда их у ворот школы встретил чрезмерно счастливый Ямамото Такеши. И вот теперь даже в момент обеда он по-прежнему был рядом с ними.— Ха-ха-ха! Да ладно тебе, Гокудера! – Ямамото хлопнул итальянца по плечу.— Да я тебя…— Хаято, убери динамит, — умоляюще глядя на итальянца, попросил Тсуна, — И не скачи так. Ты же еле на ногах можешь стоять.Савада ничего не мог поделать с другом: тот просто отказывался оставаться дома второй день подряд, пусть даже и его поход в школу мог убить его.— Ты такой забавный, Гокудера! А почему ты Тсуну боссом называешь?— Потому что он мой босс! – проорал Хаято, вскакивая со стула. Правда, он тут же упал обратно, охнув от боли.— Я же говорил, — Тсуна покачал головой и закрыл глаза ладонью.— Тебе нужно быть осторожным, Гокудера.— Р-р-р!— Я нахожусь в сумасшедшем доме, — тихо проговорил Тсуна.— Босс! Простите!— Ха-ха-ха! С вами так весело, ребята! – Ямамото снова смеялся.?И как такой человек с вечным позитивом мог решиться прыгнуть с крыши??, — подумал Тсуна.— Тсуна, мне тоже нужно называть тебя боссом?— Моему боссу не нужен такой бесполезный подчиненный как ты! Правда, босс? – Гокудера глянул на Тсуну, ожидая поддержки с его стороны.— Да ладно тебе! – Ямамото качнулся на стуле, — Тсуна, я просто хочу хоть как-нибудь отблагодарить тебя, — серьезно произнес бейсболист.Тсуна отвел руку от глаз и, прищурившись, посмотрел на парня. Таких слов он никак не ожидал услышать от Ямамото Такеши.— Мне не нужна благодарность, — немного холоднее, чем нужно ответил Тсуна.— Вот так тебе, — злобно произнес Хаято. Но Тсуна не обратил на него внимания.— И не надо называть меня ?боссом? ради этого. И вообще общаться со мной…— Тсуна, подожди! Ты не понял! – Ямамото весь напрягся: такого Тсуну он никогда не видел. Не к месту вспомнилось, что раньше Саваду называли грозой всех младших и средних школ Намимори, и то, что он всегда дружил с нынешним ужасом всего города Хибари Кеей. Савада Тсунаеши не изменился с того времени, как думали многие.— Тогда можно я буду твоим другом? – слова сорвались с языка Такеши сами. Парень вспомнил, что и раньше хотел быть другом Тсуне… тому Тсуне, которого обходили стороной даже старшеклассники.— Да, — Савада не раздумывая протянул руку и Такеши пожал ее.Тсунаеши замер на секунду, словно впитывая в себя чувства, исходящие от руки Такеши. Это были яркие волны позитива и одновременно умиротворения. Тсуна будто вдруг забыл на секунду все свои проблемы, и ему не очень-то хотелось отпускать руку Ямамото, но дальнейшее промедление выглядело бы странно.— Ты собираешь вокруг себя бесполезное стадо, — Тсуна почувствовал, как тонфа уперлась ему в бок. Парень даже пожалел, что отпросился в туалет на уроке. Возможно, на перемене он бы не столкнулся с Кеей в пустом коридоре.— Они мои друзья, — Тсуна повернулся к Хибари лицом.— Бесполезные…— По мне так бесполезны одиночки. Даже у тебя есть твой дисциплинарный комитет. Вот зачем ты их вокруг себя собрал? Они же бесполезны…, — Тсуна знает, что играет с огнем, но напряжение внутри него уже дошло до критической точки.

— Это не важно, — Хибари усмехается, — Зато я могу их бить время от времени. Ты ведь не забыл про сегодняшнюю тренировку?

— Нет. О таком можно забыть?— Тогда хочу предупредить – притащишь за собой свое стадо – убью!— Ладно-ладно! – Тсуна машет руками, а затем, резко замерев, зовет друга по имени, — Ке, — голос Тсуны тих, — С каждымразом мне все труднее сдерживаться… Ты… Ты не боишься, того, что я могу сорваться?— Я этого жду, Савада Тсунаеши!— Но это… Я…— Ты мне надоел, — Хибари отступает от Тсуны на шаг, — Даже если ты станешь истинным монстром – я все равно не проиграю тебе, Тсунаеши. Только не такому тебе: сомневающемуся и запутавшемуся. Даже со всей своей нечеловеческой силой в таком состоянии ты не более чем еще один слабак.Хибари улыбается: еще немного и это загнанное выражение лица Савады Тсунаеши исчезнет навсегда. Все чаще Тсуна уверенно глядит вперед, будто видит нужный путь. Единственно верную дорогу. Вот только вряд ли эта дорога ведет в райский сад. Скорее это узкая и извилистая тропинка в ад.— Но ты ведь не бросишь меня, Кея?— Не раньше, чем убью собственными руками…Хибари Кея обожал проблемы, иначе бы, зачем ему становиться главой дисциплинарного комитета? Именно вечные проблемы были его смыслом существования. Для Кеи они как неиссякаемый источник веселья. Потому что проблемы всегда доставляют люди, а их можно избить до смерти, уничтожить, отправить в ад вместе с их проблемами. Вот только в последнее время все будто начало катиться по наклонной.

Предупреждение о том, что к Саваде присматриваются весьма серьезные люди, Кея никак не воспринял – привык уже к этому. В основном они просто следили за Савадой и вскоре исчезали в неизвестном направлении. Видимо даже соглядатаям было тошно наблюдать за скучной жизнью Тсунаеши в четырех стенах его дома. Хибари не было до них никакого дела раз они не громили его город и не трогали его беспечного друга детства. Но это было раньше… До того парня, что появился в городе пару недель назад. Хибари Кея мог бы сказать, что просто именно этому парню не повезло больше всех остальных или же он просто был любопытнее всех остальных. Может просто ему не стоило ходить везде и вынюхивать будто ищейке, а еще лучше просто не попадаться на глаза главе дисциплинарного комитета школы Намимори.Хибари Кея многое бы мог сказать по этому поводу… если бы хотел. Но он молчал даже тогда, когда проламывал череп этому парню, притаившемуся в кустах в своем раздражающем костюме тройке и обычным дешевым фотоаппаратом-мыльницей в руках. Кея хотел бы подраться со своей жертвой по-честному, но шум было поднимать нельзя. Тем более, что тот видно был ужасным бойцом, раз не почувствовал своего убийцу за спиной. Три сильнейших удара и вот уже жертва распласталась на земле, заливая кровью пожухлую траву.Никаких сожалений у Хибари это не вызвало, лишь чувства брезгливости и раздраженияпромелькнули где-то глубоко в сознании.Кея достал из кармана мобильник и набрал знакомый номер. Трубку на том конце взяли с первого же гудка.— Гостиница! – Кея поморщился— Гокудера Хаято, — прошипел Хибари.— Хибари?... Мы скоро будем.— Ты мне точно не нужен.— Я собираюсь присмотреть за тобой, чтобы ты ничего не сделал Тсуне!— Мне без разницы, — Кея зажал телефон между плечом и щекой и оттащил раздражающее его тело вглубь кустов, — Скажи Саваде, чтобы захватил лопату.— За…, — начал было Хаято, но Кея тут же нажал отбой, чтобы не отвечать на вопросы итальянца. Объяснять сегодня и так много придется. Стирая кровь с тонф и рук, Кея не мог перестать думать о том, что за последнее время он слишком часто занимался этим. О таком ли он в детстве мечтал, дерясь с мальчишками из соседней школы? И остановился бы тогда, если бы знал к чему в итоге придет? Ответ у Хибари Кеи был лишь один, и он хотел, чтобы к этому ответу пришел и Савада Тсунаеши.— Эт-то к-то? – в темноте было плохо видно цвета и лица, но Кея знал, что Савада побледнел. Может вспомнил свое прошлое, а может просто испугался. Даже Хибари, знавшему Саваду почти всю жизнь, было трудно понять его чувства и эмоции. Ему вообще было не понятно, что творилось в голове этого полутравоядного.— Черт! – Гокудера воткнул лопату в землю и присел рядом с телом, пытаясь нащупать пульс, которого, конечно же, не было, — Ты чертов маньяк! Зачем ты грохнул этого мужика? – орет Хаято, но затем резко понижает голос, оглядываясь по сторонам. На пустыре тихо и безлюдно как обычно.— Ке? – тихо позвал Тсуна, — Это ты его?Саваде очень не нравилась вся ситуация. Он, конечно же, догадывался, какую работу иногда выполняет его друг для Куроме Кихары в уплату за помощь ему, Тсуне. Но все же предпочитал думать, что это лишь его больная фантазия.Подойдя поближе к трупу, Тсуна не смог сдержать стона ужаса.— Черт-черт-черт, — Гокудера Хаято без зазрения совести потрошилкарманы мертвеца на наличие документов и личных вещей.— Это тот парень из гостиницы? –шепотом спросил Тсуна у итальянца, отступая на пару шагов назад. Саваду всего трясло будто в лихорадке.Гокудера кивнул.— Он самый. Тот, кто следил за нами…— Так ты знал? – Хибари схватил Саваду за плечо и повернул лицом к себе.

— Что он за мной следил? Ага… знал… Ненужно было его… так…— Босс?— Они всегда появлялись и исчезали… Иногда те же самые, иногда новые… В основном их посылает мой отец. Они просто следят, — словно в бреду шептал Тсуна, — Хотя возможно у этого была другая цель. Зачем же ты…— Твое спокойствие меня бесит, Савада.— Я знаю. Но все же ты зря сделал это.— Да у него просто крышняк снесло, босс, — Гокудера яростно выдирал пленку из фотоаппарата.— Ну иди и сдай меня полиции, — хмыкнул Хибари.Гокудера фыркнул и встал, отряхивая руки.— Где копать? – Итальянец взял лопату.— Хаято…— Ты заткнешься или мне тебе помочь? – Кею бесило поведение Савады, — Ты вообще о чем думал когда громко заявлял, что хочешь быть сильным? Позволяешь называть себя боссом! А сам не более чем тряпка!

— Я просто…— Чего просто? В игрушки хотел поиграть? – Хибари схватил Тсуну за ворот рубашки и резко встряхнул, — Думал притвориться крутым, а при первой же возможности снова запереться дома?

— Ты не понимаешь!— Тогда объясни мне! Ты думаешь, что показав этому, — кивок на труп, — на что ты способен, ты бы остался жив?— А теперь придет кто-то другой! … Они придут за мной, — Тсуна весь сжался, — Теперь точно придут…— А разве не этого ты хотел? Разве это не кратчайший путь до твоего отца? До той верхушки мира, куда ты так хочешь попасть?— Да нас просто убьют! Тебя убьют… Хаято…— Ты так в этом уверен? – Хибари отбрасывает Тсуну как шелудивого котенка, — Тогда просто победи их всех.

— Босс… Хибари, ты…! Босс, я ничего не понял, но я останусь с вами, чтобы не случилось! – Гокудера зло косится на Кею, но лишь помогает Тсуне подняться.— У тебя… все руки в крови, — Тсуна отворачивается.— Простите.— Вы не можете потом поболтать? Оттащим этого подальше в лес.— Не командуй.— Я-я помогу, — Тсуна сжимает кулаки и чувствует себя загнанным в угол.— Тсуна, теперь у тебя не будет выбора.— Ты так хочешь превратить меня в монстра, Ке?— Я лишь хочу, чтобы ты стал самим собой.— Таким же как ты? – с горечью в голосе спрашивает Тсуна. Но Кея не отвечает ему, лишь хмыкает и идет помогать Гокудере, который, видимо, совсем не ощущал никакого беспокойства по поводу случившегося.Тсуна вспоминает о том, что рассказывал о себе Хаято и, наконец, понимает, что игры закончились раньше, чем он смог осознать происходящее. Но ведь ему снова так не хотелось оставаться одному.— Ты псих, Хибари, — Гокудера сидел по-турецки на полу в комнате Тсуны, когда как Хибари занял подоконник. Сам же хозяин отправился готовить чай. Хотя Кея подозревал, что тот скорее пытается утопиться в одной из ванн гостиницы, — Может, тебя лучше полиции сдать?— Иди… Вот только ты соучастник… и твой босс тоже, — Хибари даже не смотрит на итальянца, прекрасно зная, что тот никуда не побежит и никому никогда об этом не расскажет. Ни ради себя, а ради Тсуны. – Что ты там нарыл в его карманах.— Ничего особенного. Лишь документы на имя Сайто Сенбу. Скорее всего фальшивые. Нужно его комнату обыскать. Я вот тут подумал…— Ты это умеешь?— Мне тебя взорвать?! – вскакивая и доставая динамит, проорал Гокудера.— Прекратите, пожалуйста, — Тсуна протиснулся в комнату с подносом, на котором стояли три чашки с горячим чаем. Волосы парня были влажными и растрепанными.— Ты знаешь, где комната того парня? – Без каких-либо переходов, спросил Кея.— Д-да. Она на этом же этаже. Только надо подождать… У бабушки бессонница.— Как часто они появлялись с момента смерти твоей матери?— Ты не знаешь? – Тсуна поставил поднос на письменный стол и сел рядом с Хаято, обняв руками коленки, — Этот первый за последний год. Я думал, все закончилось… Но…— Я ничего не понимаю, — взвыл Гокудера.— Тебе и не нужно, — зло бросил Кея.— Прости, Хаято, — Тсуна краем глаза взглянул на итальянца и начал рассказывать, — Я… я соврал тогда, когда сказал, что не знаю кто мой отец.Тсуна вбежал в дом: сегодня он получил по очередному тесту больше тридцати баллов. Это был его личный рекорд и он спешил обрадовать им свою маму. Тсуна даже не пошел гулять после школы.В кухне как всегда звенела посуда и были слышны голоса. Тсуна обрадованно потер руки: к ним еще и бабушка зашла… Вот только вряд ли она уж слишком сильно обрадуется 36 баллам.— Мам, прекрати!Тсуна замер, держась рукой за ручку двери.— Тебе и Тсуне нужно уехать, Нана! Я понимаю, что ты все еще ждешь его и на что-то надеешься, но…— Я сама решу, что мне делать! Тем более я не думаю, что смогу спрятаться так, что нас не найдут… Если бы только Тсу-кун…— Тсуна тут не причем! Если бы твой муж хоть немного заботился о тебе и сыне, ничего бы этого не было!

— Мама…— Он последний ублюдок! Бандит!Тсуна отступает от двери. Он слышит тихие всхлипы матери, а голос бабушки звенит у него в голове.— Если бы он хоть немного ценил вас – он бы не дал всему этому происходить.— Он не виноват… Это все кровь… Он не виноват…

— Здесь ничего нет, — Хаято устало опустился на кровать. Они уже полчаса перерывали комнату Сайто Сенбу. Тсуна все это время создавал вид активной деятельности и старался не смотреть на Хаято и Кею, до тех пор, пока вообще не исчез из комнаты, оставив поиски на ребят. Саваде с трудом, но все же от начала и до конца рассказал все итальянцу. И про отца, занимающегося чем-то страшным далеко за океаном, и про мать, которая тщетно пыталась уберечь своего сына и, в конце концов, умерла сама. Про свою силу и про то, что он мог ей сделать. Никогда Тсуна не говорил так много, и никогда ему еще не было так страшно как в тот момент, когда слова, наконец, кончились.

— Кажется, я нашел, — Кея шарил рукой под подоконником, даже пару раз стукнул по нему, пока на пол не вывалился плотный бумажный пакет.Хаято тут же вскочил и подобрал его, высыпав содержимое на пол.Ворох фотографий, каких-то бумажек и куча паспортов.— Это на итальянском, — Гокудера быстро перебирал бумага. – О боссе, о Мияги-сан, даже об этом чокнутом психе Хибари.— Забью до смерти, — рыкнул Кея, рассматривая фотографии и хмурясь.— А вот это записи обо мне, — пораженно произнес Хаято, — Черт…— Ну!— Здесь… в общем… Здесь описано все, чем мы трое занимались за последние несколько недель. Это вроде подробного отчета.— Читай! – Хибари отбросил фотографии.— 21 число, пятница. Объект встретился с Куроме Кихарой. О чем они говорили, подслушать не удалось.

— Дальше! – Хаято отлистнул пару страниц назад.— В городе объявился Гокудера Хаято. Попытаюсь выяснить, что ему здесь понадобилось. Объект ведет себя странно, есть подозрения, что кровь в нем все-таки проснулась. Здесь подробно описанкаждый наш шаг.— Тренировки?— О них ничего… Мы были осторожны… Хотя в итоге он нас все равно перехитрил.— Без разницы, — Кея собрал все разбросанное на ковре, — То, что он сегодня был там, говорит лишь о том, что он выследил вас раньше.— А может, это ты виноват!— Может…— Ребята? – Тсуна прокрался в чужую комнату и аккуратно притворил за собой дверь. В своих руках он крепко сжимал конверт, — Это сегодня пришло… Письмо на имя Сайто Сенбу.?Бесполезный мусор! Ты надоел чертовому боссу! Убей Саваду и сдохни сам!Капитан?.— Это все?— Да, — Гокудера смял записку в кулаке и посмотрел на Тсуну, который почему-то улыбался, глядя куда-то в потолок.