Две гремучие змеи. (1/1)
На следующий день господин Аканиши взял выходной, отменил пару встреч и ужин в дорогом ресторане, назвав совещание по поводу выбора галстуков для фирмы - бессмысленным и глупым, позволив сотрудникам носить самые разные галстуки, на этом фирма Аканиши много сэкономит несколько сотен миллионов йен, если позволит сотрудникам хоть какую-то свободу. Коки приехал в дом Аканиши, поприветствовал дворецкого американским: "Hello!", но прислуга понимал только японский, его раздражало модное направление Коки - янки. Ибо дворецкий, по имени Сато, пережил бомбежку Хиросимы и Нагасаки. Однажды Сато отчитал за это молодого Танаку. И вот сегодня Аканиши снова горячо поприветствовал телохранителя:- Коки, как вы думаете, отмена собрания о выборе единого цвета галстуков для моей фирмы было хорошим решением?- Что за глупости?! Господин Аканиши, разумеется, вы поступили правильно!- Вот я о том же говорил Юкимото! - радостно ответил Джин. - Сегодня у меня выходной, поэтому я жду от вас историй! К тому же буду наслаждаться тем, как вы проходите полосу препятствий! Вы внимательно изучили правила?- Да, разумеется! - соврал Коки, падая на диван. "Какие правила? Я пройду все и без них!" - думал Танака, зевая. Господин все утро теребил телефон в руках, бегая по первому этажу, забыв о Коки, который уснул в кресле с розовыми пушистыми подушками. Мика еще спала, так как провела бессонную ночь в контролировании полосы препятствий.Через пару часов приехала жена Аканиши, Каменаши, вернувшись с курорта. Танака вовсе развалился как дома, храпел во весь рот, храп Коки напоминал стрельбу танчиков в компьютерной игре. Танака спал, засунув одну руку в штаны, вторую в рот, слюна стекала по пальцам и подбородку. А ноги Коки закинул на журнальный столик, заваленный кучей модный СМИ.Каменаши была женщиной высокого роста, имела стройную, даже худощавую фигуру, с грудью первого размера, узкими бедрами, кривоватыми конечностями и осиной талией в тридцать сантиметров. Лицо жены Аканиши было нежное, обрамленное каштановыми волнистыми длинными волосами, и являлось одним из самых красивых лиц в Японии. По приезду домой госпожа была наряжена в шелковую розовую блузку, широкополую шляпу такого же цвета, узкие голубые джинсы, обтягивающие квадратный дряхлый зад, и босоножки на чрезвычайно высокой шпильке. Каменаши не обладала какой-либо сексуальностью, жесты часто сопровождались вульгарностью, неудовлетворенностью. Жена Аканиши была помешана на педантичности и воспитании дочери. Она сама лично занималась воспитанием Мики, внушая ей свои моральные качества и духовные ценности.Джин спокойно вышел в гостиную, встретив жену теплыми объятиями и легким поцелуем. Но лицо Каменаши исказилось, когда она увидела Коки, спящего в ее кресле, более того, из ее тонких рук выпали солнцезащитные очки от Dior, с легкостью сломавшись об пол. Каменаши взвизгнула, затопала ножками, чуть не упала в обморок. Танака проснулся, очухавшись и увидел перед собой первую женщину в семье Аканиши:- Что это за бомж? - вскричала Каменаши, подойдя поближе к Коки и внимательно рассматривая его лицо. - Я же не разрешила Уеде таскать домой бездомных животных! - Каменаши обратилась к мужу. - А ты на что?! Отец, называется!Коки проговорил во сне, почесывая яйца:- Бабушка, не поливай меня ледяной водой! - воскликнул Танака во сне. Каменаши отстранилась от незнакомца на приличное расстояние. - Джанко, убери пальцы, обожжешься! Папа, я вымыл пол и стены в столовой, Ичитаро, я не знаю, куда делись твои диски с хентаем! - Милая, успокойся, это господин Танака - телохранитель нашей дочери!- Что, простите? Я думала, что воспитала хорошую дочь, дала ей все, что знала сама! Привила ей хороший вкус во всем! Подобрала ей отличного телохранителя, нашла ей идеального парня! А это!.. А это?! Бог ты мой, да как тебя угораздило таким уродом на свет родиться! Будь ты моим сыном, я бы отправила тебя в крематорий после твоего рождения! Уродам на Земле не места! Всем известно, что красота спасет мир! А это?! Нет, вы только гляньте! Как Мика могла выбрать эту блохастую плешивую полулысую макаку? Ведь внешность главное!- Ласточка моя, ты не видела господина Танаку в действии! Он потрясающе умеет защищаться, и умеет защищать других! Телохранитель - это про него! Умоляю, не обзывайся! Ты вырастила такую же небрежную девушку из моей дочурки, внушив ей не те ценности, а мне приходится исправлять ее и извиняться за ее оплошности перед господином Танакой!- Ты еще и извиняешься перед этим верзилой? - Каменаши упала на диван, махая руками перед лицом. Дворецкий прибежал со стаканом воды и успокоительным. Каменаши выпила лекарство, сосчитала до двадцати, отдышалась и продолжила:- Поражаюсь, как телохранители его впустили! Отвратительный молодой человек!POV Коки ТанакаПоразительно, я даже рта не открывал в ее адрес, а уже отвратительный молодой человек. Но Рика похлеще издевалась надо мной. Эту неудовлетворенную женщину я потерплю, если в моей жизни была Рика. Знаете, я придерживаюсь мнения, что чем красивее женщина, тем хуже у нее характер! Но неужели моя мать была такой же отвратительной? Нет, она была прекрасной и умной женщиной! Момо говорила всегда, что моя мама была очень доброй, ласковой, таких женщин в Японии еще нужно было найти. Ведь все японки притворяются, они актрисы. А моя мать была не такой, она была лучшей женщиной!- Не унижай его! Иначе мы опять поругаемся! Мика так ждала твоего приезда! - предупредил господин Аканиши, пригрозив жене пальцем.- Ну, разумеется, ждала! - госпожа Каменаши всплеснула руками. - Я ее мать! В этом доме все против нее, все пытаются переделать мою душеньку! Я у нее защита! Ты же внушаешь Мике, что внешность - это не главное! Главное - это духовный мир! Но если бы не красивая внешность, никто бы не стал разглядывать твой духовный мир!- Меня же ты почему-то выбрала, хоть я некрасивый!- Отнюдь, - Каменаши сделала продолжительную паузу. Действительно, за очками господин Аканиши был красивым. Ему было сорок пять лет, а красота его не увядала, а только наоборот. Он был красивым мужчиной, обладателем пухлых губ, красивых карих глаз, длинных каштановых волос, что опускались на его плечи. У него был высокий рост; на каблуках госпожа Каменаши была ростом со своего мужа. Сама ростом она была 1.72. - Пускай, ты некрасивый, но у тебя есть счет в банке на кругленькую сумму! Это качество, за которое я тебя люблю! Но этот проходимец! Он же дармоед, убийца и вор!- Этот так называемый дармоед, убийца и вор спас мою жизнь! Если бы не господин Танака, ты бы даже не смогла оплакать мое мертвое тело! Господин Танака научил Мику извиняться! - скандал разгорался прямо на моих глазах, из-за меня самого. Такое часто случалось, например, когда с нами жила Рика, только она отчитывала отца, за то, что он породил такого бесполезного отпрыска, как я. Разумеется, бабушка никогда не говорила мне теплых слов, Момо давала мне почувствовать и понять тот факт, что для нее я любимый и неповторимый внук. - Этот андрогин разговаривал с моей ласточкой? А что же он сейчас закрыл свою помойку на ремонт, а? Язык от стыда проглотил или что? - Эй, а достоинство мужчины за что так словами задевать! Я мужчина! Хотите, прямо сейчас штаны опущу! Но меня сковывало молчание, во-первых, привычка сохранять вечное спокойствие, во-вторых, я в доме уважаемого мною человека, в-третьих, я на работе, в-четвертых, у меня испытательный срок, в-пятых, самураи не говорят о своих чувствах и не показывают эмоций!- Знаешь, я не хотел бы тебе говорить это, но ты ведешь себя более отвратительно и неприемлемо, чем Мика! Я начинаю жалеть, что ты вернулась! Ты позволяешь себе унижать человека, спасшего мою жизнь. Этим самым ты демонстрируешь отвращение не к нему, а ко мне! И обижаешь ты этим не его, а меня! Господин Танака добрый человек, он простил нашей дочери все обиды, он незлопамятен, он любезен, он воспитан в хорошей семье! Вчера я многое о нем услышал, это второсортный японец, но эта второсортность лишь в словах. Его духовные качества выше наших, и я равняюсь на господина Танаку! Он за один день сделал то, чего я не мог сделать годами! Мне стыдно, что ты оскорбляешь уважаемого мной человека!- А я, твоя любимая жена, мать твоих детей, между прочим! Ты должен сохранять супружеский долг, поддерживать меня и не оскорблять! Эти ведь слова ты произносил перед алтарем?- Милая, я всегда оценивал брак, как ты! Брак - это всего лишь печать в паспорте и обручальное кольцо на безымянном пальце.- Теперь мне стыдно, что мы супружеская чета! - Каменаши едва ли не расплакалась. Дворецкий снова прилетел с лекарствами в руках.Мика еще спала, обычно она поднимается строго в пять часов утра. Но по рассказу господина Аканиши вчера Мика вымоталась, контролируя проходимость полосы препятствий. Мика сама создавала свой график на день, сегодня у нее было в планах выйти из комнаты не раньше десяти, а мне на всякий случай велели явиться на пять с половиной часов раньше. - Мама! Папа! - раздался радостный возглас избалованной дочурки, все повернули головы. Мика стояла на лестнице, держась за перила. Она была одета в джинсы, удобные кроссовки и белую майку, под которой ничего не было. Волосы Мики были заплетены в тугую косу, хотя некоторые прядки уже выбились, обрамляя высокий лоб. Мика села на перила и съехала вниз, быстро побежала к дивану и запрыгнула на мои колени. Я почувствовал отвращение - семейка в сборе. - Мамулечка! - Мика полезла обниматься к маме, ерзая на моих ногах. Своими острыми коленками и пятками она придавила мне хозяйство несколько раз, когда повисла на шее матери ее коленка уперлась мне в мочевой пузырь, я почувствовал, как выпитая с утра вода в любую секунду готова увлажнить мои штаны. Мику я терпеть не мог еще больше, когда познакомился с ее матерью. Понятно, в кого Мика характером пошла... Они напоминали двух гремучих змей, которых хотелось связать узлом. Хуже таких женщин быть не может, разве что только моя бывшая мачеха! Нет, господин Аканиши радовал меня своей снисходительностью, добротой, мудростью, любезностью и вежливостью. С женой он хотел быть деликатнее при гостях, но этого не получилось, потому что госпожа Каменаши проявила открытую ненависть ко мне с первой встречи. Господин Аканиши хотел держать и дочь, и жену в ежовых рукавицах, но обе оказались своевольными невоспитанными барышнями. Ладно, если пройду испытательный срок и эту полосу препятствий, возьму на себя эту Мику. Без матери она противная, но перевоспитать эту засранку я всегда сумею. От красивой внешности Мики я отвык еще вчера, когда увидел эту милочку в слезах и соплях. Так что сегодня ее красивая свежая внешность не так уж и привлекала меня. - Солнышко мое! - госпожа Каменаши прослезилась, да я тоже, чувствуя, как нога Мики придавила мне все, что должно вставать при возбуждении. Это ж надо быть такой стервой! Я резко и неслышно шлепнул Мику по заднице, чтобы она перестала так делать. Но Мика только развалилась на мне с нахальным лицом, словно в кресле никого нет. Микины руки помяли мое лицо, словно это подушка, Мика взбила мою грудь и прислонилась к ней бочком, сидя в кресле, как кошка. Я думал, что возбуждаюсь. Но разве можно возбудиться от такой противной девушки? Каменаши смотрела на дочь немного удивленно, пока не понимая ее задумки. Но я-то понял. Мика хочет сделать все, чтобы я ушел. Но мы оба прекрасно знаем, если я уйду, эта крошка будет скучать, и подушка ее будет мокрой от слез. Мика будет ползать за папой на коленях, будет клясться о хорошем поведении, лишь бы меня вернули. Но я очередная игрушка в руках Мики. Она рада, что я обязан уделять ей свое внимание. Но я заставлю видеть ее в людях людей! Я научу ее уважению, дам ей то, чего не дала мать! Что отец не мог исправить годами! Она запоет у меня по-новому! Когда вся семья собралась завтракать, господин Аканиши позвал и меня, пока мое лицо было зажато плечом Мики. Я вдыхал чистый запах ее тела, но дышать чистым воздухом не мог, так как мне перекрыли доступ к кислороду. Мика постоянно меняла позы, сидя в кресле, то она садилась на меня полностью, я чувствовал, как ее упругие ягодицы упираются в мой член, а спина накрывает мое лицо, коса щекочет лицо. Я не мог пошевельнуться. Очередное издевательство!На завтраке Мика постоянно хихикала и любезничала с матерью, не замечая меня совсем. Я был рад. Не хочу ходить с дырками на одежде от кислоты ее едкого взгляда. Госпожа Каменаши завтракала, тоже забыв о моем присутствии. Господин Аканиши беспокоился, после завтрака он подошел ко мне и спросил, готов ли я к полосе препятствий, ведь полоса препятствий была придумана Микой. Только я приготовился встать и рассмеяться, как... Не могу встать! Мои штаны приклеились к стулу! Классическая шутка взяла свое, я в ловушке. Мика залилась звонким смехом вместе с матерью, увидев, что я не могу подняться. Не могу подняться со стула, значит, не могу идти. Не могу идти, значит, не попаду на полосу препятствий! Не попаду на полосу препятствий, значит, испытательный срок будет длиться дальше! А это значит только одно, что она расправится со мной во время него и сделает все, чтобы меня уволили! Господин Аканиши схватился за голову и велел позвать садовника, а дворецкому велел принести новые штаны, но я сказал, что смогу сам разобраться со всем этим. Стул на заднице - не помеха, отнюдь! Я попросил проводить меня до полосы препятствий. По лестнице мы спустились в подвал. Подвал был огромен. Сначала меня провели в раздевалку, где я смог переодеться в более удобный спортивный костюм. Мой костюм долго не хотел находиться, а потом еще и оказалось, что он дурацкого цыплячьего цвета с капюшоном в виде головы цыпленка. Уверен, что Мика и здесь постаралась. В кроссовки мне нассал какой-то кот, а носков не было. Что же, выбора не было. Я надел то, что есть. В любом случае я всегда смогу снять с себя этот цыплячий костюм и вонючие кроссовки. До время начала полосы препятствий оставалось еще полчаса, даже тогда я успел препираться с Микой:- Ну вот, опять он... - пробурчала Мика, заметив меня. Она сделала это будто нарочно. Сначала все утро она не замечала вовсе, что я здесь, а сейчас сделала вид, что я существую, и принялась за старое. - И когда уже Джунноске приедет?- Как спалось? - спросил я, надо же ее о чем-то спросить, раз столкнулись. И опять стояк преследует меня, Мика так встала, что от одного взгляда на стройные ножки, и я уже задыхаюсь от возбуждения.- Тебе-то какое дело? - фыркнула Мика. Вышла она так вальяжно и вульгарно, я даже не знал, ему от смеха падать или плакать. При виде меня Мика тут же заважничала, задрала нос кверху, на центре лестницы сфотографировалась на свой телефон и выложила в Интернет:- Для кого так вырядилась?- Не для тебя точно! Сегодня день твоего увольнения - день моей эмансипации от дебила-телохранителя!- Вау, какие словечки-то мы знаем! - я почесал яйца. "Сегодня день твоего увольнения". Неужели Аканиши недоволен мной? - Почему день моего увольнения?- Ты не пройдешь полосу препятствий, - усмехнулась Мика.- Ты так уверена, что я не пройду? Почему тебе не нравится мое присутствие здесь? Неужели потому, что я защищаю тебя. Ты же сама мечтала о телохранителе!- Да, но не о таком, как ты!- По-моему, кто-то забыл встречу на остановке, - пропел я.- Кто сказал, что я забыла, каждый день вспоминаю! - случайно проговорилась Мика, я улыбнулся. Второй день подряд я видел все тот же сон, как Мика голая стоит на побережье моря, тянет ко мне руки. На этот раз удалось коснуться во сне ее запястий.Комната, где встречали телохранителей для отправления на полосу препятствий, была сферообразной, темной. Через круглые окна виднелся целый подвал - вот она, полоса препятствий. Все телохранители были здесь шкафообразными мужиками, они все как один басом смеялись над моим хрипловатым баритоном и внешним видом. Я хиляк в цыплячьем костюме с вонючими кроссовками, пришел сюда петушиться. Но мне было не до шуток. Я считал, что хорошо будет смеяться тот, кто смеется последним! Нас познакомили друг с другом и велели тянуть жребий, кто первым будет тянуть жребий и проходить полосу препятствий. Как оказалось, я буду последним! Меня впустили в комнату ожидания, здесь сидели мои соперники на мягких диванах, на столах стояли различные вкусности, каких я никогда не видел. К столу приближаться даже не стал, надо быть в форме в любом случае. А эти пирожные и газировка только согнут меня по дороге. Телохранители-здоровяки ржали и наедались, подобно свиньям. Всего в комнате нас было пятеро. Я молчал, сидя на полу. Когда количество ржущих шкафов поубавилось, я забрался под диван и лежал там. Меня сочли за слабака. А я просто ждал своей очереди. Каждый, кто проходил полосу препятствий, погибал. Я пытался разобраться в Микиной полосе препятствий, не видя ее. Но потом, когда я один остался в комнате, то выбрался к еде и понюхал ее. Отравлена. Яд в маленьких дозах. Но сладости так аппетитно выглядит, что руки сами так и тянутся их отведать. Чем больше, тем быстрее действует яд. Название успешно забыл. Но так как бабушка моя была отличным химиком, она много времени отдавала не только готовке, но и рассказам о различных химических веществах. Мика еще та гадюка, если умудрилась отравить пищу. Диван тоже был отравлен ядом древолаза. Вот ведь стерва! Меня-то решила поберечь почему-то! Ладно...Назад дороги нет, а этой дуре надо доказать, что я достоин быть телохранителем. Надо доказать господину Аканиши, что второсортные японцы - лучше. Я покажу тебе. Покажу всем. И ты помнишь первую встречу? Не влюбилась ли? Я, видимо, влюбляюсь. В эту грубую, отвратительную, невоспитанную, избалованную девку! И красуюсь! Какая к черту любовь?!"Танака-сан, ваша очередь наступила!", - я крепко сжимаю кулаки, чувствуя, как увеличивается пульс. Зубы сжаты. Не волнуйся, Мика! Коли все телохранители, выбранные твоей матерью, сдохли! Я покажу тебе, что останусь! И тебе придется смириться с этим! Придется смириться с второсортным японцем! Я вышел в сферу, откуда всех отправляли на полосу препятствий. Меня поставили в центр комнаты, нацепляя на мое тело различные датчики и устройства, предупреждали о возможных испытаниях и летальном исходе. Внимательно выслушав правила и все возможные предостережения, я опустился на серебряном круге в какое-то место по тоннелю, потом пол исчез, и я упал в машину.Меня встретили двое специалистов, мои руки сковали наручниками, тело привязали веревками, на руку надели какой-то специальный браслет, а потом замотали меня всего цепями и закрыли двери. Рядом со мной, на соседнем сиденье сидел манекен. Если вспомнить условия, то эту куклу мне везде придется таскать с собой. И тут заговорил радиопередатчик, я заерзал, мое тело слишком сильно зачесалось во всех местах:"Доброе утречко, Танака-сан! Вы попали на полосу препятствий! Пройдите ее и станете телохранителем дочери господина Аканиши! Ваша задача доставить манекен к финишу в целости и сохранности! Никто пока не прошел полосу препятствий живым! Желаем удачи!"Вот так радость! Этот диктатор такой счастливый! Но стоило ему затихнуть, как несколько секунд царила полная тишина, я слышал, как бьется мое сердце. Все чешется. Чесоточный порошок, стерва! Вдруг включился таймер бомбы, машина рванула вперед, расстояние метров двести до воды. От попытки почесаться случайно нажимаю на браслет, когда пытаюсь выкарабкаться, как появляется нож, этим ножом перерезаю веревки, а после включаю лазерную сварку, как цепи со звоном падают на пол машины. Высвобождаюсь сам. Таймер тикает, машина приближается к воде, освобождаю манекен, выбиваю локтем стекло, открываю дверь. Машина воспаряет над водой. Хватаю манекена за талию и прыгаю в воду. Машина от соприкосновения с водой взрывается. Бассейн, оказывается, не такой большой. Плыву к подводному тоннелю. Проплывая через него, вижу подсветку и появившиеся препятствия. Стрелы быстро начали обстрел, выяснив их интервалы, быстро преодолеваю их, плыву дальше. Вентилятор. Вставляю в ось нож, как тот с треском прекращает работать, проплываю между лопастей, как вижу акулу, бью в самый нос, как акула ворочается, разворачивается назад. Хватаю ее за спинной плавник и выплываю из тоннеля. Выплываю на берег и падаю на песок. Я нахожусь в павильоне, похожем на джунгли, тут около небольшой речонки три здоровых аллигатора рвут в клочья трех здоровяков. Пантеры помогают, а наверху выход, из него висит мертвая анаконда. Я разбегаюсь, прыгаю на здоровый хвост аллигатора, который подкидывает меня вместе с манекеном к веревке. Подтягиваюсь наверх, меня поливает кровью змеи из артерии. Выбравшись наверх, снимаю с себя мокрую ветровку с цыплячьим капюшоном. Вдруг мое тело зачесалось тут и там. Бегу в воду, глядя, как впереди моих двоих соперников кусают осы-убийцы. Быстро бегу сквозь них, как несколько ос увязывается за мной, ныряю в другу воду, осы отстают. Вода соленая, черт ее дери! Убью, если жив останусь!!! Стерва проклятая! Осы-убийцы, акулы, машина без тормозов, аллигаторы, отравленная еда, соленая и подслащенная вода!!! Что еще подсунешь?! Я вылез из воды, не боясь ос-убийц. Мое тело соленое и мокрое. Глаза дерет до боли. Я вслепую иду, дальше, пытаясь нащупать руками проход, второй сжимаю манекен. Как натыкаюсь на лианы и густую листву, а среди них кучи испытаний, которые я успешно одолел: сжимающаяся комната, разъезжающийся пол, выставляющиеся из стен препятствия, задания на равновесие. Я все это прошел вслепую и умудрился потерять желтые цыплячьи штаны. Остался в семейниках, кроссовках и ободранной и окровавленной майке. Умыв руки росой в лесу, я оказался на ринге, пройдя через огненные ворота. На ринге меня встретил огромный мужик с мечом в руках и с одним глазом. Он дразнил меня, обзывая цыпленком. Я был злой, уставший. Мне не до трепа! Я хочу драки. Это последнее испытание! Манекен бережно кладу в сторону, достаю из ножны на стене катаны. Мне было глубоко плевать на его обзывательства. За несколько ударов расправляюсь с ним, хотя сам иногда терпел поражение и падал, а в конце отрубаю здоровяку голову, вместе с манекеном тащу ее к выходу. Встречали меня с аплодисментами и слезами на глазах. Я единственный живой! Мика вскочила с места от ярости, подбежала ко мне, приготовившись отчитать, как я поцеловал ее со всей самонадеянностью. Представьте себе, красивая девушка в белой маечке, чистеньких джинсиках целуется с мокрым, обгоревшим парнем, с парой укусов, с кучей царапин, в одних семейниках. Мне продолжали аплодировать, зафиксировали все состояния тела, здоровье, давление, пульс:- Поразительно! Он идеален! - кричали специалисты. Одна Мика была недовольна:- Ты не мог пройти! Не мог! Не мог! Не мог!!! - вопила Мика, махая руками перед моим лицом. Лицо Мики заливалось краснотой от ненависти, она кипела, словно чайник!- Вау, да на тебе яичницу можно жарить! Я ведь сделал это!- Как?! - Мика выплюнула мне в лицо набранный в рот молочный коктейль, прорычав это. Она не выдержала и рухнула в кресло. Я стер с лица коктейль, смахнув его рукой. Моя физическая подготовка не по зубам ее злобному гению. - Я сделала все, чтобы ты сдох! А ты взял прошел! С такой легкостью! Ты не мог!!!! Ты сделал невозможное! Я приклеила тебя к стулу! Я насыпала в твой костюм чесоточного порошка! Вырядила тебя цыпленком! Отправила последним! Гаденыш! Ты должен был сдохнуть! Я сделала все эти испытания, чтобы ты провалился, проиграл и сдох! Специально для тебя я сделала все непроходимым!- Ты постаралась именно для меня, как это мило! - восхитился я, назвав Мику кавайной. Она действительно милая, когда злится. - Господин Танака, вы мой кумир! Этот юноша отлично дерется, грубоват немного, иногда на идиота похож, но из него потрясающий телохранитель! Мика такая изобретательная, весь вечер она злилась на господина Танаку и изобрела ужасную полосу препятствий, я боялся, что он не сумеет ее пройти. Но слово "трудности" тут же превращается в "ерунду" рядом с Коки! - восклицал господин Аканиши, подбежав ко мне и пожимая мою руку. - Вы сумели! Вы приняты! - вот слова, которые я хотел услышать. Да, я лишил тебя очередной возможности, Микуля, выгнать меня!